Александра фон Лоренц - Средневековый любовник

─ Приехала, ─ тихо отозвалась она. ─ Не шуми, у меня голова болит.

Он хотел ее поцеловать, но она отпрянула от него как от прокаженного.

─ Не прикасайся ко мне, Игорь, ─ прошептала она. ─ Ты чудесно проводил время с любовницей, пока меня не было, теперь тебе будет еще лучше…. не нужно будет скрываться и изворачиваться. Я ухожу от тебя.

Игорь повел себя как свойственно человеку его уровня ─ сдержанно, без эмоций. Он не стал возмущаться, не стал переспрашивать, не стал говорить банальности, а сразу перешел к главному вопросу.

─ Что ты еще выдумала? Какая еще любовница… Вчера ко мне приходила главный бухгалтер. Мы пили с ней кофе, обсуждали дела и даже поужинали вместе, представь себе. Разве нельзя? Ты ревнуешь меня к женщине, которой одного стула не хватит, чтобы усесться как следует?

Игорь говорил уверенно. Он врал лихо и правдоподобно. Вера даже не пыталась его слушать, потому что не верила не единому его слову. Когда муж закончил, она принесла из своей комнаты стопку женского белья и кинула перед ним на пуфик.

─ А это тоже принадлежит твоему бухгалтеру? ─ с усмешкой спросила она. ─ Бедняжка Нина Петровна, за три недели похудела с шестидесятого размера до сорок второго!

Хмурый Игорь молча смотрел на стопку стрингов и лифчиков, не зная, что сказать в свое оправдание. После чересчур затянувшейся паузы он произнес примирительным тоном:

─ Вера, я искренне сожалею, что так получилось. С кем не бывает… У меня есть любимая жена, а другие женщины для меня ничего не значат. Изменяют своим женам большинство мужчин, ведь ты сама знаешь. И зачем тебе надо было ковыряться и вытаскивать все это на поверхность?

Вера вспылила впервые за весь день. Выражение его чужих глаз и эти холодно-вежливые слова сильно зацепили ее. Все они: и муж, и Стефано, и Коррадо пытались сделать ее своей вещью, всепрощающей и бесчувственной красивой куклой.

─ Делать мне больше нечего! Я открыла свой шкаф, не твой, Игорь, а свой, и наткнулась на трусы твоей любовницы.

─ Тварь… ─ со злостью прошептал Игорь, разглядывая потолок.

─ Не надо так плохо отзываться о любимой женщине, ─ усмехнулась Вера, бросив на мужа холодный взгляд, словно он был для нее посторонним человеком. ─ Ты ей явно чем-то сильно угодил, и глупышка подумала, почему бы тебя не захомутать? Что поделаешь, любовь зла!

Он угрюмо молчал, но Вера чувствовала, какие недобрые мысли блуждают у него в голове. Вряд ли он простит любовнице подлую выходку.

─ К чему эти бессмысленные разборки, Игорь, ─ устало сказала Вера. ─ Отвези меня на вокзал, больше мне от тебя ничего не нужно.

─ Ишь ты, какая гордая! ─ он неожиданно взорвался и перешел на крик. ─ Собралась уходить… из-за какой-то шалавы? На какие шиши ты собираешься жить, красавица? На свою мизерную зарплату?

─ У меня нормальная зарплата, ─ бросилась в атаку Вера. ─ Не «министерская», конечно, но мне хватит.

─ Эти байки расскажешь своей нищей подружке! Ты хоть помнишь, когда в последний раз на ценники в магазине смотрела?

─ Помню. Сегодня утром. Ничего, Игорь, буду жить как все ─ скромно. Зато спокойно.

─ Ты что, с ума сошла?

─ Конечно, ─ усмехнулась Вера. ─ А тебе сумасшедшая жена не нужна, дурная наследственность может плохо отразиться на твоем потомстве.

─ Вера, хватит паясничать! ─ Игорь подошел к ней и слегка потряс за плечи. ─ Как ты не можешь понять, что жена для мужчины всегда на первом месте!

─ Отойди! ─ она брезгливо сбросила его руки со своих плеч. ─ Таскаешься с кем попало… не долго и заразиться! А болеть мне вовсе не хочется….

От злости Игоря даже передернуло. Он засунул руки в карманы брюк и отошел к входной двери. На его лице нарисовалась озлобленная ухмылка.

─ Вон куда ты клонишь, ─ процедил он, ─ крутая стала… ─ он не договорил, но Вера отлично знала концовку его излюбленной фразы. ─ Повод ищешь, чтобы свалить? Что, завела себе кого-нибудь? Предупреждаю, если сейчас уйдешь, обратно не приму!

─ Хочешь сказать: «свято место пусто не бывает»? Игорь, можешь приводить кого хочешь ─ мне уже все равно.

Дальше их разговор продолжался в том же духе. Она даже не ожидала, что муж станет ее уговаривать остаться. Как же это было не похоже на ее великолепного героя! Итог был таков: пропустив мимо ушей насмешливые пророчества насчет ее печального будущего, Вера взяла первую сумку с вещами и выставила ее в общий коридор. Под конец разговора Игорь сильно обозлился. Вторую сумку он вынес сам и поставил возле лифта, после чего входная дверь оглушительно хлопнула. Вера, прислушиваясь к звукам, доносящимся из квартиры, нажала кнопку лифта. Она услышала резкий грохот открывающейся балконной двери, нецензурную брань по своему адресу и усмехнулась.

Такси приехало спустя минуту после звонка с чужого телефона. А еще спустя час Вера уже была на вокзале с двумя битком набитыми тяжелыми сумками и высматривала вокзального носильщика.

С шумом разъехались двери электрички, и к ним ринулась толпа людей. Нетрезвый мужчина с отекшим лицом грубо отпихнул Веру, чуть не сбив ее с ног.

Да здравствует новая жизнь! Человек человеку волк… это всего-навсего первые ласточки!

За пыльным стеклом мелькали огни вечерней Москвы. Вера смотрела на свои сумки, и ее просто распирало от уважение к себе. Да, было жутко вот так оставить богатую жизнь, но она смогла переступить через свой страх.

Около девяти вечера Вера стояла на привокзальной площади родного городка. Не успела она собраться с мыслями, вспоминая номер автобуса, как к ней подбежали надоедливые таксисты и начали предлагать свои услуги.

─ Спасибо, я сама доберусь, ─ вежливо отказала им Вера, всматриваясь в сгрудившуюся толпу людей возле закрытого журнального киоска. Да, это и есть автобусная остановка.

Две немолодые женщины с сумками, полными яблок, ворчали, посматривая на вокзальные часы. Автобус обычно ходил четко, по графику, каждые сорок минут. По их словам, он задерживался на четверть часа. На скамейку рядом с ними присела молодая пара. Девушка поздоровалась с пожилыми женщинами, назвав их по имени. Затем она уселась к парню на колени и положила ему руки на плечи.

Вскоре подошел автобус. Вера прошла в салон и села возле окна. Женщины устроились напротив нее и сразу уставились на подростков, которые, решив, что им теперь никто не помешает, стали целоваться.

─ Ну и Оленька! ─ со злорадным возмущением заговорила одна из них. ─ Школу еще не окончила, а с мужиками уже вовсю трется. Мамашка на двух работах вкалывает, чтобы дочу одеть-обуть. Воспитать не сумела, значит, сама будет расхлебывать.