Ольга Безмирная - Танец стихий

— Ты права, Кира, — деревянным голосом проговорил маг. — Сила выживших цваков выросла в разы. Раньше цваки лишь считывали информацию с окружающих, теперь же они полноценно общаются между собой на расстоянии! Почти как если бы разговаривали в присутствии друг друга! Знаешь, сейчас мне кажется, я больше бы выиграл, если бы остался до конца со своим народом.

— Зато не стал бы легендой, — усмехнулась я, подмигнув. — А еще говорил, что я многого хочу!

— Эх, мне теперь учиться и учиться, — печально вздохнул Ллер, с завистью глядя на сорасника.

Молодой цвак вздрогнул, очнулся и одарил меня невероятно тяжелым взглядом.

— Пойдем, — мрачно бросил он, быстро зашагав вглубь острова.

Мы поспешили за скорым проводником. Цвак направлялся прямиком к кособоким хижинам морниев: я удивленно оглянулась на Ллера — тот пожал плечами. Конечно, трудно предположить, что цваки будут жить в столь удручающих условиях. Но, видимо, маскировка имеет для них значение гораздо большее, чем комфорт.

Ян остановился у пролома в хижине, означающего вход и откинул старую ткань, служившую пологом. Я нырнула в пролом первая, да так и осталась стоять на пороге, пораженная в самое сердце. Хвала небесам, не цваковской стрелой, — изумление от увиденного пригвоздило меня к месту.

Прямо начиная от порога, вниз уходила чуть светящаяся лестница: она расширялась книзу, закругляя величественные ступени. В подножии лестницы раскинулся волшебный город из сказки про фей: ажурные, ярко сияющие разноцветными красками дома с развевающимися на маковках цветными полосками узких флагов. Улочки вымощены блестящими камнями шестиугольной формы. Стройные башни венчали широкие площадки с аккуратными палисадниками. На круглой площади собралась толпа.

Ян, которому, видимо, пришел приказ поторопиться, ткнул меня в спину, чуть не спихнув с лестницы: чтобы восстановить равновесие, пришлось пробежать несколько ступенек. Остановившись, облегченно вздохнула и оглянулась на нахального цвака, показав ему кулак. Но тот был прав: любоваться архитектурой времени не было. Чувствовала я себя уже значительно лучше, чем сразу после уничтожения скалы, так что пришло время действовать. Но впереди еще предстоял разговор с правителем цваков. Поверит ли он мне? Будет ли помогать? Мучаясь вопросами, я приближалась к небольшой группе, отделившейся от толпы.

— Буду, — неожиданно мягко улыбнулся мне высокий цвак с суровым лицом, — и поверю…

Я сглотнула: читает мои мысли! И даже весь сумбур, царящий там, не мешает тукану просматривать меня, как открытую книгу. Паника поднималась по позвоночнику, грозя закатить истерику сразу по прибытии в голову. И тут древняя змея силы приоткрыла один глаз: ну, что ты мечешься? Что такого может прочесть в тебе цвак? Ты всегда была открыта этому миру, так чего тебе скрывать сейчас от его части?

Мгновенно успокоилась и приветливо улыбнулась тукану, вся насмешливость которого мгновенно испарилась, оставив место легкому удивлению:

— Спасибо за поддержку, — сердечно поблагодарила я цвака. — Согласие подтверждает, что я поступаю правильно. Ты можешь выбрать восемь сильных магов перемещения?

— Нет, — качнул головой тукан, справившись с удивлением. Я нахмурилась, а цвак широко улыбнулся: — Выбирай сама, сколько нужно: любой из цваков, что стоят здесь — отличный маг.

Ллер при этих словах вздрогнул, словно от удара хлыстом. И нахохлился еще сильнее: надо же, как подействовала на цвака весть о таком прогрессе своей расы. Он-то думал, что является самым сильным магом из расы цваков, так как сумел соединить ее с магией анахов. А, оказалось, что и цваки не стояли на месте… Правда, за могущество пришлось заплатить почти полным вымиранием, да выкидышами, вроде отморозков из леса.

Задумавшись, обвела взглядом цваков: среди них заметила немало женщин, головы которых теперь украшали шикарные гривы волос. Я не могла поверить: все, что осталось от великого народа, сейчас перед моими глазами?

— Не переживай, девочка, — печально отозвался тукан. — Ты все исправишь… не спрашивай как — только ты это знаешь. Точнее, это ведает нечто, что скрыто от моего внутреннего взора.

Загадками изъясняется. Я начинала злиться, а это плохой знак: отрицательных эмоций сейчас нельзя проявлять, цваки чрезвычайно чувствительны. Наугад потыкав пальцем в толпу, выбрала нескольких претендентов: цваки, на которых пал выбор буквально расцветали, словно им достался крупный выигрыш. Да, наверное, сейчас у них не самая веселая жизнь, приходится постоянно прятаться, скрывать от мира свои возможности. Конечно, цваки отыгрались, построив себе чудо-город под землей. Но этого было явно мало: кипучая сила требовала выхода.

— Семь, — подсчитал Ллер. — А ты говорила — восемь, надо еще одного…

Приунывшие цваки, на которых выбор не пал, было воспряли, но тут влез вездесущий Ян:

— Это место мастер пообещала мне еще на берегу! — гордо заявил он, подмигнув.

— Я бы попросил, чтобы вы начали утром, — подошел ко мне тукан, — нужно увести народ, чтобы уберечь от ярости мицара.

Огляделась: восемь цваков стояли плечом к плечу и сияли так, словно они всю жизнь мечтали о смерти во имя всего мира.

— Не нужно, — ответила я повелителю цваков. — Мы сами уйдем отсюда — жаль подвергать опасности такую красоту! Да и время сбережем. Неизвестно, сколько его осталось…

Повелитель кивнул, соглашаясь.

— Я пойду с вами, — заявил он.

— А можно ли увидеться с моими помощниками? — чуть склонившись, осведомился Ллер.

Тукан, оглянулся на широкий дом, напоминающий карету-тыкву из старой сказки. Через мгновение оттуда выскочил Ривиэля, которому мне однажды удалось спасти жизнь, да его копия. Только чуть помладше.

— Кира! — увидел меня цвак. — Ты здесь? Значит, старый пройдоха был прав — мастер стихий снова пришел ворошить скучное существование кеприйцев!

«Старый пройдоха» поперхнулся и весьма красноречиво посмотрел на друга: да, передо мною стояла практически копия легкомысленного Ривиэля… разделенная на две части.

— Куда направимся? — спросил тукан.

— На материк, — ответила я: хватит уничтожать прибрежные острова… остается только надеяться, что непредсказуемая магия стихий не уничтожит континент.

Повинуясь знаку повелителя, избранные цваки подошли ближе и кругом обступили нашу пятерку. Заклинание, которое они пели гортанными голосами, было смутно знакомо. Свет поглотил всех путешественников. Очутились мы на небольшой полянке, окруженной высокими деревьями.

— Где будешь ворожить? — деловито осведомился цвак.