Фима и всё. Том 1 (СИ) - Анна Гращенко

что-то в заметке на телефоне и клеил на страницы тонкие полупрозрачные стикеры. Он с восхищением разглядывал рисунки, слушая рассказ Фимы о тонкостях воплощений заклинаний.

— До ночи нужно найти чугунный куб и начертить в нём эти символы, — девушка указала на один из рисунков. — Они сохранят ежу жизнь, это важно.

— Ого, э-э-э, — Красибор почесал затылок, — чугунный куб звучит как не самая частая история. Если им просто чугун нужен, может, мы что-то другое приспособим?

— Что, например?

— Казан.

— Казан? Для плова?

— Ага, у меня есть дома.

Несколько секунд Фима молча буравила его глазами, а потом звонко рассмеялась. Её смех пробил трещину в куполе напряжения, под которым они сидели уже пару часов. Красибор сначала смотрел на неё ошарашено, а потом присоединился к веселью, хотя и не понимал, чем именно рассмешил девушку. Просто она так заразно хохотала, что устоять было невозможно.

— Заглянем к Каракулиным сначала, — сказала она, держась за живот и улыбаясь, — они кузнецы, наверняка такого добра у них навалом. А казан оставим как запасной план. Окей?

— Окей, — отозвался Красибор.

— Есть ещё кое-что. Покажешь мне, где Ромин стол?

— Легко, но зачем?

— Ежи ежами, но, если ты не забыл, кто-то нашему ненаглядному подклад делал. Я придумала кое-что, — она подмигнула.

Они спустились на этаж ниже и прошли на кафедру физики ускорителей и радиационной медицины. Фима шла мимо кабинетов, аудиторий и удивлённо поднимая брови: за всё время знакомства она ни разу не бывала здесь и даже не знала, чем именно Роман занимался в НИИ.

«Ну, меня можно понять, — оправдывалась она сама перед собой. — Голова забита под завязку. Там разберись, тут не умри, со стажировки не вылети. Сложно».

— Вот, — Красибор указал на большой белоснежный стол, стоявший рядом с окном.

На первый взгляд можно было предположить, что это не рабочее место. В том плане, что мало кто смог бы работать, сохраняя такой порядок: ручка к ручке, ластик к ластику, стикер к стикеру. Из папок не выбивались листы, как у Фимы, и рабочая поверхность не была покрыта случайными росчерками ручек и маркеров, как у Красибора. Рабочее место Романа больше походило на фотографию из мебельного каталога.

Оттого ещё легче было Фиме заметить что-то неладное. Она села на стул, положила руки на столешницу и закрыла глаза. Мысленно обратившись к столу, за которым её друг провёл несчётное количество часов, она постаралась найти отблески энергии, чуждой этому месту. Что-то, что выбивалось бы. И нашла. Открыв глаза, Фима резко дёрнулась правее, туда, где вертикально стояли широкие папки с кольцами. Ощупав корешки, Фима обнаружила тонкую верёвочку, зацепившуюся за кольцевой механизм одной из них. Медленно потянула на себя, стараясь избегать резких движений, и наконец выудила небольшой холщовый мешочек.

— Ещё один? — ошарашено спросил Красибор, очутившись рядом.

— Тш-ш-ш! Не слишком громко. Не хочу, чтобы нас услышали. Это точно кто-то из своих.

Красибор тут же замолк и выпрямился, скрывая девушку от посторонних глаз. Кроме них в кабинете больше никого не было — ещё три рабочих места пустовали. Должно быть, сотрудники были на исследованиях или выполняли какие-то другие задачи. Или просто пошли покурить. Но Красибор всё же встал так, чтобы, если кто-то и зайдёт, различить ничего бы не успел. Фима подняла подклад на уровень глаз, всё ещё держа его за верёвочку и не касаясь пальцами. Она сложила губы трубочкой и медленно подула на мешочек, постепенно увеличивая силу воздуха так, чтобы под конец её запаса воздуха мешочек подскочил почти параллельно столу. Потом она плюнула на него и, приблизившись, процедила сквозь зубы:

— Лишеник.

Красибор вздрогнул. Лёгкий заряд статического электричества коснулся кончика его носа: совсем рядом ведьма сотворила заклинание, а он сумел почувствовать искорку от этого костра.

— Обернула действие подклада на того, кто его сделал. Благо, Рома не успел ещё его потрогать.

— Фима, ты гений!

— Я знаю, — девушка улыбнулась и задрала острый подбородок. — Посмотрим, кому поплохеет в ближайшее время. А теперь давай сходим ещё в магазин для будущих родителей. Кое-что сделаем и поедем готовиться к охоте на ежей.

— Прости?

— Ой, милый, ну не робей ты так! — Фима встала и игриво хлопнула Красибора по плечу. — О детях нам думать рановато, обойдёмся пока покупкой видео-няни без каких-либо обязательств. Проследим, не побежит ли кто забирать своё добро.

Красибор наконец понял, к чему она клонила. Всего через полчаса он вернулся сюда же и оставил на столе друга маленького плюшевого мишку, глаз которого транслировал окружающую обстановку прямо на их с Фимой смартфоны. Для верности они купили открытку с пожеланием скоро выздоровления, чтобы никто из коллег Романа не удивился новому аксессуару.

Сделав это, молодые люди разошлись по своим делам. У обоих начинали гореть сроки исследований, и если Красибор был готов послать работу по-настоящему далеко и надолго, то Фима своей позицией дорожила, и Красибор решил её в этом поддержать. В конце концов, без неё он сейчас мало что мог бы сделать. Роман по видеосвязи уверил его, что отец в относительной норме, потому что за сегодняшнее утро они с тётушкой Негомилой и Александром хорошенько прошлись по саду и повыдёргивали ростки болиголова. А тётушка обещала непременно поговорить с ним о заклинаниях в гримуаре и шансах вернуть магические силы, но вечером — сейчас она была слишком занята ухаживаниями за больными, включая себя саму. Так что Красибор убрал гримуар в рюкзак и отправился завершать свои брошенные утром расчёты, заключив с самим собой сделку: сначала он сконцентрируется на исследовании и ближайшие два часа не будет ни на что отвлекаться, а в обмен на такое самопожертвование во имя науки до конца дня он засядет где-нибудь с гримуаром и погрузится в чтение.

«Возможно, что-то в этой книге подскажет, что вообще случилось с нашей семьёй», — думал он, вновь настраивая микроскоп и уставившись на монитор компьютера, на который выводилось изображение с предметного стекла.

Фима же ещё раз проверила свои таблицы, убедилась, что планшет заряжен, и собралась на встречу, которую переносила уже четырежды. Она затягивала шнурок на рюкзаке, когда в кабинет вернулась Ольга. Она была взволнована в хорошем смысле: яркий румянец на щеках и улыбка украшали её лучше любых аксессуаров или макияжа. Но и последние тоже своё дело, конечно, делали.

— Хорошие результаты? — спросила Фима, закидывая рюкзак на плечо.

— Что? Ах, да, неплохие, — Ольга кивнула и убрала прядь за ухо, прижимая при этом телефон к груди.

— Что ты там от меня прячешь? — нахмурилась Фима.

— Ничего, правда, — девушка развела руки в стороны, будто показывая, что открыта перед ней и ничего не скрывает за пазухой.