Женить короля любой ценой - Виктория Серебрянская
— Ага! Раздельно! — Теперь я уже начала заводиться. — Отдохнем, а заодно заведем себе фаворитов! От скуки!
— У королевы не может быть фаворитов! — Эльдан тоже начал злиться и реветь, как разбуженный посреди зимы медведь.
— А у короля фаворитка значит, может? — Я прищурилась. Что-то внутри меня набирало силу. И это что-то, я уже способна была это осознать, грозило оранжерее глобальной катастрофой. Мне нужно было срочно отсюда убегать, ибо как подавить то, что все ширилось во мне и росло, норовя вырваться на свободу, я не знала. — Нет! Я на такое не соглашусь никогда! И замуж выйду лишь после того, как буду уверена, что мы с будущим супругом любим друг друга! А сейчас отпусти меня немедленно!
Но пальцы Эльдана на моем теле сжались еще сильнее:
— И как же ты собираешься, дорогая невеста, — вкрадчиво и зловеще поинтересовался он, — в этом убеждаться?
— Будущий муж должен ухаживать за мной и показать, что я интересую его как женщина, а не просто как удобная супруга! — с отчаянием взвизгнула я, понимая, что время почти вышло. Резким движением опустила каблучок на ступню Эльдану, вынуждая того, невольно разжать руки, и опрометью бросилась вон, ощущая, как воздух тугими пружинами закручивается вокруг меня.
Только бы успеть… Только бы не развалить оранжерею… О том, что за дверью снуют слуги, стоит стража и бродят придворные, я почему-то забыла…
***
— Что между вами снова произошло? — грозным эхом разлетелся по просторному помещению сердитый голос королевы-матери. — Эльдан, что за ребячество? Что ты натворил на этот раз, что у Полины снова магия вышла из-под контроля?
— Да почему сразу я? — возмутился король и эхо насмешливо и звонко подхватило «я… я… я…». А я еще сильней вжалась спиной в стену того закутка, в котором сидела.
Как я здесь оказалась, я не смогла бы объяснить и под угрозой смертной казни. Просто, увидев, как моя магия подхватывает передвигавшихся по галерее перед оранжереей людей, словно соломенных куколок, и расшвыривает их по стенам как оловянных солдатиков, потеряла голову. Нет, я честно попыталась взять неукротимый поток магии, льющийся из меня, под контроль. Но, кажется, сделала только хуже. Если до этого люди просто летали как подхваченные торнадо щепки, то после моего вмешательства их стало крутить словно в сверхмощной центрифуге. У одного из лакеев каким-то чудом до сих пор держался в руках поднос. Посуды на нем давно не было, она вся была размазана вместе с содержимым по стенам, как будто какие-то авангардистские картины. Теперь же магия вырвала из рук лакея и поднос. И с силой опустила его на голову какому-то стражнику, в этот миг пролетавшему мимо меня, выпучив глаза и вывалив язык.
Вой ветра почти заглушил глухой звук удара. Выпученные глазки закатились, стражник отправился в глубокий обморок. Надеюсь, там нет сумасшедших магичек, которые колотят его по голове чем ни попадя…
Я беспомощно стояла и глазела на творящийся вокруг конец света до тех пор, пока оброненная очередным стражником огромная алебарда, или как называется топор на длинной ручке, не просвистела в непосредственной близости от моей головы. Вот тогда, испуганно подобрав юбки почти до колен и наплевав на все приличия, я повернулась спиной к учиненному мною же концу света и сорвалась в забег.
Бежала, плутая по коридорам, переходам и галереям, не обращая внимания на попытки меня остановить, до тех пор, пока в легких не закончился воздух и пока они не начали гореть от недостатка кислорода. Когда дышать уже было совершенно нечем, а легкие буквально горели от недостатка кислорода, почти не оглядываясь по сторонам, я юркнула в какой-то темный угол, загороженный большим креслом с высокой резной спинкой, и там остановилась, согнувшись и упершись ладонями в колени. А потом очень долго приводила в порядок дыхание, не слыша ничего, кроме грохота собственного пульса в ушах…
Когда же дыхание восстановилось, а сердце замедлило бег до почти нормального, я разогнулась, одернула задравшиеся юбки и услышала, что совсем рядом со мной кто-то разговаривает. Прислушалась и поняла, что рядом королева-мать и ее сын…
— Потому что ты приглашал Полину на завтрак и завтракать вы должны были одни, — невозмутимо отозвалась королева-мать. — Сын, я держу руку на пульсе!
