Бессмертный принц - Кэролайн Пекхам

и жаждала тишины своей комнаты, чтобы обдумать все дерьмо этой ночи.

Я взглянула на Пейдж. — Ты хочешь уйти?

— Останься! — Крикнул Майлз позади нас, похлопав по сиденью рядом с собой. — Давай, Пейдж, мы повеселимся без этих занудных ублюдков. Я научу тебя танцевать бачату.

— Ты ни хрена не умеешь танцевать бачату, — рассмеялся Уоррен.

— Я могу станцевать бачату на всю катушку, и ты это знаешь, — бросил вызов Майлз.

Пейдж выдавила улыбку, заправляя прядь волос за ухо. — Я останусь, — сказала она мне, сжимая мою руку. — Увидимся завтра?

Я кивнула, прощаясь, и направилась вслед за Джошуа и Брианной. Эрик взял на себя роль лидера, двигаясь в ровном темпе, пока мы вели остальных вниз по лестнице, он поддерживал Джошуа, а я помогала Брианне.

— Q, R, S, — икнула Брианна. — T, U черт, что там после «U»?

— V, — предложила я, и она расхохоталась, хлопнув меня по руке.

— О боже мой, как я могла забыть? V — вампир. V — вена, V — … вагинааа.

Джошуа громко фыркнул, оглянувшись на Брианну, затем потерял равновесие на парадной лестнице и чуть не шлепнулся на задницу, но Эрик поймал его за рубашку и рывком вернул на ноги.

Вскоре мы вошли в вестибюль и вышли на улицу, где температура резко упала, заставив меня дрожать на морозном воздухе. К счастью, повстанцы ушли, и охранник снимал оцепление на другой стороне улицы, тихонько посвистывая при этом.

Нас ждала машина, и когда Джошуа и Брианна сели в нее, Эрик взял меня за руку, останавливая, чтобы я не последовала за ними. — Ты зайдешь в мою комнату, когда мы вернемся в замок.

— Ни за что, — прошипела я, пытаясь высвободить руку.

— Просто поговорить, — прорычал он.

Он прижал меня крепче, и его пепельные глаза в лунном свете превратились в жидкое серебро. Я задрожала сильнее, и он снял пиджак, накинув его мне на плечи, прежде чем я успела отказаться. Он схватил его за лацканы, удерживая меня в ловушке, пока Брианна закрывала дверцу машины.

Мы купались в золотистом свете крыльца, когда звук двигателя наполнил мои уши, и я испугалась, что нас оставят здесь.

— Нечего обсуждать, — сердито прошептала я, и мое дыхание сбилось. — Ты заставил меня кончить, молодец. Хочешь медаль?

Взгляд охранника скользнул в нашу сторону, выглядя неловко, поскольку он явно услышал, что я сказала.

Глаза Эрика вспыхнули, ярость исказила его черты. — Монтана, я…

Громкий взрыв разорвал воздух, за которым последовало пламя, руша мир на части. Что-то столкнулось со мной, и я сильно ударилась о бетон. Боль пронзила мой затылок, и все, что я могла видеть, были черные волосы, когда вес Эрика придавил меня к земле.

Он повалил меня на каменный пол, и рев подсказал мне, что произошло что-то ужасное.

Я высунула голову из-под него, и пепел от пылающего костра посыпался мне на лицо. Вокруг нас на земле валялись осколки, рубашка Эрика на спине была разорвана в клочья от осколков, которые, должно быть, попали в него, ярко-красная кровь текла по его спине. В небо поднимался дым, и я уставилась на машину, превратившуюся в горящую оболочку, чувствуя, как меня сотрясает шок. Две фигуры неподвижно лежали на задних сиденьях: Брианна и Джошуа, их трупы горели, и в воздухе разливался запах смерти. Водитель, спотыкаясь, выбрался с переднего сиденья, катаясь по земле и крича от испуга, пытаясь потушить пламя.

В ушах у меня зазвенело так сильно, что этот звон заглушил все остальные звуки, кроме стука моего сердца.

Эрик что-то говорил, но я не слышала его, пытаясь расшифровать движения его губ.

Он провел ладонью по моей щеке, и я почувствовала, как горячая кровь стекает по моей шее сзади. Он зажал рану, которую я не могла почувствовать, прижимая к себе мою голову, и рукав его рубашки покраснел. Его губы шевелились в мольбе о помощи, лицо то появлялось, то расплывалось в фокусе.

Кошмар испуганно гудел на моем бедре, и как раз перед тем, как темнота поглотила меня, он произнес в моей голове слова, которых я не понимала, тайну, которая преследовала меня в забвении.

Рожденный воином, но ставший монстром, изменит судьбы порабощенных душ.

— Ж

ди здесь. Я разберусь с Элитой, — скомандовал Магнар, когда я попыталась последовать за ним из диспетчерской.

— Но…

— Я буду сражаться лучше, если мне не придется беспокоиться о тебе. Ты должна найти способ освободить этих людей из гробов. Нам нужно сосредоточиться на том, чтобы двигаться быстро и добраться до твоего отца. Лучший способ сделать это — пройти через этих вампиров. Я могу проложить нам нужный путь. — Он посмотрел мне в глаза, и моя решимость поколебалась. Он был прав. Нам нужно было добраться до папы и найти Монтану. В этой комнате было полно элементов управления, а на стене висела карта. Если я смогу изучить ее, то, возможно, пойму, где мы находимся и где находится отец.

— Хорошо, — ответила я, соглашаясь. Магнар отвернулся, но я поймала его за руку и притянула к себе. — Но пообещай мне, что ты вернешься.

Его губы изогнулись в улыбке. — Я вернусь.

Он приложил ладонь к моему сердцу на невероятно короткое мгновение, затем подмигнул, повернулся и оставил меня одну, закрыв между нами дверь.

Этот гребаный мужчина доведет меня до сердечного приступа, прежде чем мы расстанемся, я просто знала это.

Моя грудь болела, когда он направлялся навстречу опасности, но я ничего не могла с этим поделать. Я должна была верить в его силу и его обещанию.

Он вернется ко мне. Он не умрет.

Я хотела убедить себя, что забочусь о нем только потому, что нуждаюсь в его помощи для спасения моей семьи, но ноющее чувство под ложечкой заставляло меня беспокоиться о нем не только из-за этого, вопреки всем клятвам, которые я когда-либо давала о том, чтобы не позволять себе заботиться о ком-либо, кроме моей семьи. Я не хотела, чтобы он умирал.

Я резко выдохнула, игнорируя эту мысль, сосредоточившись и пытаясь забыть о том, что делал Магнар за той дверью.

Я перевела взгляд на экран, который показывал склад, где Магнар шествовал к выходу с мечами в руках. Я с тревогой прикусила губу, когда он приблизился к двери, через которую пытались прорваться вампиры. Я не знала, хочу ли смотреть, но и не думала, что смогу оторвать взгляд.

Сердце екнуло, когда засовы, фиксирующие дверь, поддались, но я не могла терять время, наблюдая,