Три сестры. Диана - Дина Сдобберг

ночь моя жена и внучка не отпустили меня. Помнишь? — улыбка стала грустной. — Это адова мука, быть рядом, всё видеть, всё знать. И не иметь возможности ни помочь, ни защитить, ни уберечь. Даже не обнять.

— Как сейчас? — сделала я маленький шажок к мужу.

— Как сейчас, — подмигнул мне Генка-Генрих-Герда.

— И как нам быть? — тихо спросила я.

— Ждать, когда я снова стану мужиком. Герда отправится в столицу с каким-нибудь поручением, а вернётся обратно уже лорд Генрих. Что же он, совсем дурак, терять такую жену? Главное петлять по дороге, чтобы в капкан не попасть и прицелиться из арбалета не получилось, — напомнил мне Генка о планах сестёр-хозяек.

— Но у меня теперь дочь, — нельзя было забывать и о девочке.

— У нас, ты хотела сказать, — улыбался Генка. — Развод же мы отменяем? А вот как объяснить почему скрывали и как она оказалась здесь, надо придумать. Или придётся слушаться мудрого дедушку. Думаю, он уже сидит и составляет план.

— Как думаешь, он действительно заехал просто так по пути? — спросила я Генку.

— Да вот счаз! Во-первых, он точно знал, кто такая Герда. И не смог бы удержаться и не проследить лично за всем. Вообще-то он до сих пор влюблён в леди Лидию, если что. А во-вторых, я думаю у его нового воспитанника большие проблемы. И Карл собирается его спрятать. Вот если ещё, конечно чисто случайно здесь появится сорр Илайс, то точно эти престарелые почитатели Зорро что-то задумали. — Так знакомо фыркал Генка. — Да я и не против помочь если что.

— Потому что Майкл и рыжий? — с пониманием улыбнулась я. — А на счёт престарелых… Сам до скольки лет по полосе препятствий бегал?

Глава 57

— Мальта, ты не видела лорда Карла? — спросила я, вернувшись в замок.

— Для разговора срочно нужен, — добавил за моей спиной Генка-Герда.

— Так Микаэль повела его парк показывать. И этот, воспитанник его с ними, — сразу направила нас Мальта. — Вы погодите, через кухню пошли. Корзинку соберу. Филиппа пирогов с яблоками напекла. Так-то они лежалые, есть никто не захочет, а пироги за милу душу. И чая горячего. К разговору, да на свежем воздухе, корзинка с пирогами самое оно!

К корзинке с пирогами нам всучили еще стопку старых одеял. Выцветшие, яркими пятнами заплат, но выстиранные и заботливо сложенные, они отчего-то казались чем-то очень важным. Чем-то обязательным для долгого разговора по душам.

Ещё по-весеннему голый парк уже начинал оживать. Солнце прогревало деревья и землю, заставляло набухшие почки истончать особый, тонкий аромат. И хотя кругом было достаточно и прелой листвы, и сухой травы, и кое-где собрались лужи после проливных дождей, всё равно не было той грусти, что осенью. По каким-то неведомым и неявным признакам ощущалось, что пришла весна.

Граф Пембрук сидел на широком бревне, его воспитанник запускал блинчики по поверхности пруда и считал прыжки, а Микаэль с восторгом повторяла за ним счёт.

— Вроде как обещал ждать в замке, — хмыкнул Генка, усаживаясь рядом с Карлом на бревно.

— Микаэль, там уже собираются обедать. Тебе нужно поспешить, — отправила я девочку кушать.

— А что сегодня на обед? — заинтересовалась малышка.

— Сорра Филиппа приготовила куринный суп с клëцками. — Улыбнулась я.

— И жаренным луком? — прищурилась Эля.

— Мальта нажарила его так много, что обещала положить дополнительную ложку в каждую тарелку, — заговорщицки сообщила я.

— А вы? — сорвалась было с места, но остановилась малышка.

— Сначала дети, потом взрослые, — объяснил ей причину нашей задержки Генка.

— А он почему не идёт? Он же деть и тоже голодный! — кажется приехавшего с графом озара уже успели записать в свои.

— Я пока сухпаем обойдусь, — хмыкнул мальчишка, кивнув на корзинку с пирожками. — Что? Руки я вон и в пруду помою.

Вопрос адресовался Генке-Герде. Генка в образе служанки хмуро рассматривал паренька.

— Думаю, что дело в твоих странных словах, которыми ты всё время разбрасываешься. Парашют, теперь сухпай. Обычные люди их не знают, — объяснил ему лорд Карл.

— Парашют? — переспросила я.

— Думаю, что нам всем есть что рассказать друг другу! — продолжил граф. — Но начнём мы с вас. Особенно с тебя, сын. Знаешь, чего мне сейчас очень сильно хочется? Не поверишь, забыть, что я лорд, и по простому, по мужски вмазать тебе по морде! Да, да, именно так.

— По наглой рыжей морде, — засмеялся Генка, цитируя известный анекдот.

— Может и мне расскажешь, от чего это ты такой весёлый? Я вот как ни пытаюсь, особых причин для радости найти не могу, — мрачно ответил лорд Карл. — Ты хоть понимаешь, что наделал? И хуже всего, что молчал! Одно дело, когда обручённые лорд и леди поспешили с началом выполнения супружеского долга. Другое, если… Если сейчас делать всё открыто и официально, то Микаэль навсегда останется признанным бастардом. Всего лишь! И не важно, что родители женаты и готовы признать её рождение! Аристократия таких ошибок не прощает никому!

— К нам идут, — предупредил всех Майкл.

— Леди, этот сорр только что приехал и сообщил, что его здесь ждут, — Пьер сопровождал невысокого мужчину, чуть полноватого, заметно в годах и скромно одетого.

— Илайс, наконец-то! — поспешил к нему на встречу лорд Карл. — Я уже начал волноваться, что ты задержишься.

Лорд и новоприбывший никого не стесняясь обнялись. Пьер, которого поблагодарили за беспокойство, только головой покачал, что-то неразборчиво проворчав. Ну, похоже не каждый день на его глазах лорды с обычными соррами обнимались.

— Уверен? — внимательно посмотрел на меня сорр Илайс.

— К счастью, не только уверен, но и получил неоспоримые гарантии. Ил, когда ты узнаешь подробности, то сам согласишься со мной, что просто уставшая и обиженная девочка спряталась за отвратительную маску. — Заверил друга граф.

— А эти подробности случайно не отсюда бежали пару минут назад? — с явным намёком на Микаэль хмыкнул сорр Илайс.

— Это не подробности, это гарантии! — ответил ему лорд Карл. — Вот думаем теперь, как извернуться, и вернуть моей внучке законное имя.

— И до чего уже додумался? — спросил его друг.

— Эти двое, — показал на нас