Путинбург - Федор Галич

В КАКОЙ-НИБУДЬ СВЕТЛОЙ, ЧИСТОЙ, ТЁПЛОЙ, УЮТНОЙ ЛАБОРАТОРИИ В БЕЛОМ ХАЛАТЕ И СМОТРЕЛ В МИКРОСКОП НА РАСТУЩИЕ КЛЕТКИ ИСКУССТВЕННОГО МЯСА». — Это ведь твои слова? А брошенные в небо желания «пилота» являются для «штурмана» командой к исполнению. Вот я и отправил тебя в будущее, естественно, согласовав это с «диспетчерской». Или ты хотел копаться в сырой земле до пенсии и страдать от нереализованных амбиций?

— Копаться в земле до пенсии? — переспросил Владимир. — Но ведь я умер от сердечного приступа в палатке?

— Ты умер, потому что твоя душа осталась в 2115 году и не вернулась в прежнее тело. А если бы вернулась, то ты не умер бы от остановки сердца, а проснулся бы и как прежде стал копаться в сырой земле до пенсии, страдая от нереализованных амбиций, — упрямо настаивал на своём, Ангел.

— Ты хочешь сказать, что если бы я вернулся в 2015 год, у меня не получилось бы издать учебник будущей истории и вместо того, чтобы стать писателем-историком, я бы навеки остался археологическим «ржавым экскаватором»? — разочарованно поинтересовался Владимир, «копая» воздух растопыренными, как «ковши», кистями рук.

— А с чего ты взял, что я хотел это сказать? — удивился, Ангел. — Наоборот. Написанная тобой книга была бы опубликована уже в 2016 году и пользовалась бы огромной популярностью. Ты, даже, получил бы за неё в 2017 году Нобелевскую премию по литературе.

— И это ты называешь «нереализованными амбициями»? — взвизгнул от радости Владимир, мысленно примерив на себя «ореол славы». — Да стать в двадцать лет Нобелевским лауреатом для студента — это великое счастье и начало благополучной жизни!

— А хочешь узнать, чем бы закончилась твоя благополучная жизнь? — хладнокровно «приземлил» Владимира, взлетевшего на звёздный Олимп, голос «штурмана».

— Известно чем: ФИЗИЧЕСКОЙ СМЕРТЬЮ, — фыркнул Владимир, недовольный слишком резким перепадом эмоциональных нагрузок.

— Твоя физическая жизнь закончилась бы в семьдесят два года, от инфаркта. А я тебя спрашиваю о том, хотел бы ты знать, как закончилась бы твоя БЛАГОПОЛУЧНАЯ жизнь? — уточнил Ангел.

— И как? — без особого энтузиазма, но с заметным раздражением в голосе, спросил Владимир.

— Она закончилась бы сразу после получения тобой Нобелевской премии. А твой писательский взлёт завершился бы таким же стремительным и позорным падением. Получив денежное вознаграждение, ты потратил бы всё до копейки на строительство научной лаборатории по созданию прибора телепортации. Причиной такого глупого и опрометчивого поступка послужили бы окружающие тебя скептики, которые завидовали твоему писательскому успеху и называли бы тебя не историком, а фантастом, сочинившим историю в голове, но никогда не видевшим её воочию. Пытаясь доказать всему миру и этим прощелыгам правоту каждого, написанного тобой в этой книге, слова, ты бы и задумал изобрести подобный прибор, чтобы закрыть их поганые рты раз и навсегда. Но, к сожалению, твой научный эксперимент закончился бы крахом. Прибор бы ты так и не изобрёл, впал в депрессию, перенёс бы первый инфаркт, в двадцать пять лет, а убыточную лабораторию продал бы питерскому бизнесмену, который, впоследствии, изготавливал бы в ней финскую водку. Затем, ты уехал бы из Питера на Урал и устроился бы в самый обыкновенный археологический исследовательский институт Младшим научным сотрудником. А дальше тебя бы ждали впереди сорок долгих лет монотонной трудовой деятельности, после которых, твоё измученное состарившееся измахраченное больное тело, сначала, торжественно проводили бы на заслуженный отдых, а потом, через некоторое время унылого существования на нищенскую пенсию, и в последний путь.

В подтверждение своих слов, Ангел безжалостно проецировал в голову Владимира картинки из его непрожитой жизни, наглядно демонстрируя своему подопечному всю серость и убогость его несостоявшегося бытия.

Наблюдая со стороны за тем, как стремительно поднимаясь по карьерной лестнице и считая себя незаменимым столпом науки, на котором держится весь мир, он, на самом деле окажется обычным рядовым «ослом», бегущим за несуществующей «морковкой» и прущим на своих плечах начальника, едущего на нём в профессиональный рай, Владимир окончательно прозрел. Его преждевременные обиды на Ангела за то, что он лишил его писательской славы, бесследно исчезли. А на смену им пришли глубокое уважение и искренняя благодарность за принятое Ангелом, единственно правильное решение: уберечь его от этих мучений.

— Да о чём ты говоришь, спаситель? У меня теперь даже в пьяном угаре язык не повернётся критиковать тебя за то, что ты уберёг меня от этого кошмара. Вот только я не понял… А нафига мне нужно было бы изобретать прибор телепортации? Он что, сломался бы после моего возвращения из будущего в 2015 год? — попытался прояснить Владимир некоторые нестыковки в своей несостоявшейся биографии.

— У тебя бы его выкрала одна молодая и очень симпатичная девушка, — тонко намекнул голос.

— «Королева клубники»! — догадался Владимир.

— Да, — подтвердил голос. — Та самая студентка Путинбуржского Молекулярного Университета, переместившаяся из 2515 года в 2015 год за пробами природной речной воды.

Владимир от расстройства опустил голову и задумался:

— Надо же, как устроена жизнь… В зависимости от ситуации один и тот же человек может стать для тебя хорошим другом, а может и ненавистным врагом. Хорошо, что я сам отдал ей тот прибор, и мы расстались с ней хорошими друзьями. А иначе мне пришлось бы её винить во всех своих жизненных неудачах и проклинать до самой смерти.

— А ещё твой джентльменский поступок избавил её от необходимости воровать и, тем самым, не позволил честной девушке взять грех на душу, — поддержал принятое Владимиром правильное решение Ангел, найдя в нём ещё один немаловажный нюанс.

— Как ты это делаешь? Я не успел обо всём этом подумать, а ты уже комментируешь мои, зарождающиеся в голове, мысли, — возмутился Владимир, сетуя на столь непривычный формат общения.

— Я прекрасно слышу не только то, о чём ты говоришь, но и то, о чём ты думаешь, — предупредил своего подопечного Ангел, предостерегая его от попыток плохо о нём думать.

— И как после этого прикажешь с тобой общаться? Ты можешь без труда отличить правду от лжи, а мне остаётся лишь верить тебе «на слово»? — поинтересовался Владимир, почувствовав себя уязвлённым.

— Если мы честно будем друг другу ГОВОРИТЬ то, о чём думаем, а не думать о том, ЧТО сказать, тогда общение будет лёгким, откровенным и равноправным. А главное, ПОЛЕЗНЫМ! Особенно, для тебя. А без толку, в пустую, «чесать» языком мне запрещено. Да и у тебя нет на это времени. «Диспетчерская» может в любой момент прекратить сеанс связи. Так что пользуйся уникальной возможностью и открывай самые загадочные тайны своей жизни, — посоветовал Владимиру перейти к конкретным вопросам Ангел и вывел на дисплей гаджета изображение лежащей под