Любовь по рецепту (СИ) - Шаенская Анна

Что спровоцировало истончение купола?

Айшагирцы готовят новую пакость? Монстры Изнанки рвутся в наш мир?

Вариантов было море, и все они не вызывали энтузиазма. Но последнюю версию можно проверить. После тестирования контрзаклинаний Хуан обещал поговорить с кимриками*.

Крылатые котофеи с радостью соглашались участвовать в любом деле, лишь бы подкормиться магией за дядин счёт. Я не сомневалась, что они мигом всё разузнают и сдадут любых монстров, собирающихся просочиться в наш мир. Генерал уже пару раз предотвращал разрывы с помощью своих любимцев.

Зверьки следили за чудовищами Изнанки и докладывали ему, когда те подкрадывались слишком близко к истончениям в куполе и начинали «догрызать» Завесу.

– Приехали, прекраснейшие! – повозку тряхнуло в последний раз, и я чудом не ударилась лбом о стенку кабинки.

Жуть... чтоб я ещё раз согласилась в это сесть...

– Благодарю, – просипела, выползая на свет, и едва не рухнула в обморок, увидев, во что гномы за ночь превратили местную деревушку...

Трорин в очередной раз продемонстрировал, что может создать как Хаос, так и невообразимую красоту. Тейтен тонул в цветах и всполохах магических огней. Некогда безликие деревенские домишки теперь казались разноцветными бусинками, рассыпанными щедрой рукой по изумрудному бархату трав и бесконечных клумб.

Жёлтые, красные, нежно‑голубые и пурпурные... глаза разбегались от пёстрого многообразия, а на душе пышным цветом распускались азарт и предчувствие праздника. Вот только огромные экраны и стенды с портретами участников намекали, что деревня балансирует на грани не только шоу, но и грандиозного балагана.

Прямо напротив меня висело табло с изображением Армана Вальгорры. Король личей невозмутимо смотрел с поверхности магического кристалла, а рядом мигали какие‑то столбики и числа. Последние стремительно увеличивались и зеленели, а в левом углу постепенно проступала золотая медаль с номером один. Похоже, немёртвый лидировал в каком‑то гномьем рейтинге.

И судя по истерике, которую мы наблюдали в кабинете командира, победа лича не радовала. Понять бы ещё, что означает надпись «Жених ночи»...

– Темнейший, – я обернулась к господину Барканга, он как раз выпутался из упряжи и медленно расхаживался, выравнивая дыхание после забега, – вы не знаете, что означают эти числа и медали?

– Божественную кару! – проникновенно рявкнул вурдалак. – Девять отвернулись от нас, наслав полчища гномов...

– Ой, тю! – раздался неподалёку бодрый женский голос. Обернувшись, я увидела деревенскую травницу, которую мы недавно спасли от верной гибели на болотах.

На ведьме был удобный брючный костюм, в руках она держала небольшую корзинку, а на поясе висели пустые мешочки. Похоже Дарина снова собиралась «на охоту». Потрясающая женщина! Мне бы такую веру в собственную непотопляемость!

– Тоже мне беду нашли, – продолжила травница, – ну перекрасили дома, повесили мигалки и отловили парочку холостяков, подумаешь! После шоу разведутся, велика проблема.

– Но помилуйте...

– Вы гляньте лучше, как гномы деревню‑то нашу преобразили! – с нежностью продолжила Дарина, – смотришь, и глаз радуется!

С последним не поспорить. До нашествия горного народа Тейтен жил своей размеренной жизнью. Гости здесь бывали редко, только столичные лекари и торговцы иногда заезжали за редкими ингредиентами.

В деньгах местные не нуждались, защиту обеспечивали Ловцы. Когда я первый раз увидела деревушку, поразилась царившей здесь чистоте и порядку. Домики были новенькими, аккуратными, тротуар идеально отремонтированным, а одежда на жителях добротной, но однотипной.

В общем, жили в Тейтене хорошо, но... скучно. Для местных жителей шоу стало прекрасным способом вырваться из монотонного быта и рутины, они воспринимали его как весёлое приключение.

Деревенских мужчин гномы не трогали, только нечисть. Зато улочки украсили, цирк бесплатный устроили. Чего ж не радоваться?

– И вообще, у нас теперь знаете сколько заказов на травы местные, а? Я на болота бегать не успеваю, тут же разбирают! – подбоченившись, продолжила Дарина. – Сеньор Шморин токмо за утречко три посылочки отправил...

– Какие посылочки? – вкрадчиво поинтересовалась я, предчувствуя новые проблемы.

– Известно какие, с травушками! – жизнерадостно отозвалась ведьма, достав из‑за пояса огромный список. – Мы и раньше торговали со столичными, но больно проблемно было. А теперь красота! Голубями заказы перекидываем.

– Это как? – к нам подошли Беата и Эльза.

– Гномы упряжи летучие смастерили, – пояснила Дарина, – по четыре пернатых на посылочку. Они мигом до столицы долетают, а нам деньги на карту банка капают.

– Какого банка? – просипела.

– Гномьего, – травница махнула рукой, указывая на небольшое здание с изумрудными стенами и малиновой крышей, – дедушка Маэстро Трорина тут филиал ночью открыл, в здании старой ратуши. Сказал, что так проще переводы оформлять. А то деньги рисково с голубями обратно отправлять, сами понимаете...

Мамочки...

– Фиалочки, отставить панику, – рассмеялась ректор. Двигалась Элисандра бесшумно, я и не заметила, как она подкралась. – Торговля согласована с генералом, гномы платят налог с каждого голубиного рейса.

Да? Ну и чудненько! Чем бы Трорин ни тешился, лишь бы зарабатывал. Глядишь, наладив птичью почту, гном сосредоточится на посылочках и потеряет вкус к отборам.

– Ну я пойду, – Дарина помахала нам рукой, – и, кстати, поблагодарить вас хотела. Если чего нужно на болотах, только списочек черканите, всё достану!

Поклонившись, травница пошагала в сторону болот. Едва она дошла до ворот, сидящий внизу гном мигом взлетел на вышку. Закреплённое на крыше колесо вспыхнуло разноцветными огнями и завертелось как ветряная мельница. А через миг по лужайке скользнул огромный магический блик. Он неотрывно следил за Дариной, окружая травницу мерцающим маревом.

– Потрясающе..., – пробормотала я, – они поместили в прожектор отпугиватель дикой нечисти и поисковый аркан, чтобы подсвечивать нужные травы!

– Разве в Тинтаре не запрещены подобные заклинания? – уточнила Беата.

– Они простенькие, почти без фона, – ответила ректор, – не переживайте. Эти нюансы гномы согласовали с начальством. В отличие от этого..., – она перевела взгляд на табло и с тоской протянула, – «Жених ночи», подумать только! Не мудрено, что темнейший Вальгорра так разнервничался.

– Гномы – беспредельщики! – рявкнул вурдалак. – А ведь мы их за своих почитали! Торговлю вели, в местную рок‑группу взяли... эх!

Беспредельщики – это мягко сказано, но сейчас меня больше интересовала Дарина. Травница оказалась на редкость разговорчивой и помнила о долге. Я не сомневалась, что нам удастся выпросить у неё рецепт обходного зелья! А может, успеем сегодня и за лягушками метнуться?

Главное урвать немного времени между сьёмками шоу и выпросить у командира парочку Ловцов в качестве сопровождения...

– Кстати, а что всё‑таки означает этот таинственный статус: «Жених ночи»? – поинтересовалась Эльза.

– А, это свадебный тотализатор, – отмахнулась ректор, – утром гномы устроили ставки и платное голосование. Теперь каждый зритель может заплатить серебряную монетку и проголосовать через миркало за любимую пару. Участники, набравшие больше всего голосов, отправятся на свидание!

– Я правильно понимаю, что «Жених ночи»...

– Это первое место! – едва сдерживая смех, закончила Элисандра. – Его Темнейшество абсолютный лидер зрительского голосования, будь оно неладно!

– Спасать надобно короля, – проникновенно поддакнул вурдалак. – И нас заодно!

– Спасём! – пообещала ректор, и решительно направилась вглубь деревушки. – Фиалочки, за мной!

Мы поспешили следом. Наставница уверенно петляла между домами, а я то и дело вертела головой, осматривая деяния гномьих рук. Размах поражал воображение, за одну ночь горный народ преобразил Тейтен до неузнаваемости. Но несмотря на пёстрые краски и яркие огни улицы казались... безлюдными?