Эшелон сумрака - Анна Цой

ещё не успел вычислить, на каком месте в моей системе ценностей ты стоишь, а ты уже повышаешь свой ранг. Это наталкивает меня на крайне печальные мысли.

Я сглотнула и ухватилась за рукав его немного подсохшей рубахи.

— Ты меня убьёшь? — выдавила.

Над головой раздался смех. Даже не так — хохот.

— Ты не шутила? — удивленно замер он, — я похож на того, кто станет примерять роль законченного глупца? Столько действий, чтобы ты в одночасье спросила меня такое? Это возмущает.

— Прости, — буркнула я.

Но не выдержала:

— Я сказала так потому… — тяжёлый вздох, — ты сам сказал мне предупредить тебя, и я решилась… и… я планирую тебя убить.

Вошедшая в вагон госпожа врач застыла, занеся ногу перед шагом. Оушен, на которого я смотрела, задрав голову, расплылся в снисходительной улыбке и важно кивнул.

— Не переживайте, госпожа Неус, — усмехнулся он, — леди Луана — человек чести и совести, — хмык, — в отличие от меня. Я о своих коварных и злых планах её не предупреждаю. Однако, — он оторвал взгляд от меня и продолжил громче, — Шага, отыщите и принесите для леди нож! — он хитро мне улыбнулся, — или револьвер?

Я насупилась, чувствуя его смех надо мной.

— Нож, — решила я.

Он кивнул с ухмылкой.

— Бинт, — приказ госпоже с серьёзным и сосредоточенным видом, — опоры для шины вышли идеальные, — он аккуратно развязал мою калеченую руку, — их менять не буду, — уверенное, — насчет кости, то всё вышло крайне удачно — смещений нет.

— Ты не веришь мне? — спросила у него.

Он немного дёрнул уголками губ.

— Верю, Лу. Ты в меня выстрелила, если ты не помнишь.

— Ты даже не хромаешь, — вспомнила я.

Он кивнул и хмыкнул:

— Какая досада, не правда ли?

Я поджала губы.

— Я уже решила, — выдохнула тяжело.

Он пожал плечами и продолжил заматывать мою руку.

— Кто-то препятствует? — спокойный вопрос.

Брови сошлись в одну. Я не знала, что говорить.

— Ты должен был потерять свою хм… неубиваемость, потому что огонь тебе больше не подчиняется, и ты здоров. Без проклятья.

— Замечательно, — ровным голосом заметил он.

На душе стало неприятно.

— Это нужно для жизней людей! — не выдержала.

— Так и есть, — согласился он.

Смущена я была или возмущена, не знаю, но повернулась в его объятьях я легко, как и положила руку на плечо, пока он продолжал заматывать вторую.

— Ты не будешь сопротивляться? — мой взгляд был прям и совершенно хмур.

Его же глаза будто улыбались из-под ресниц.

— Мне это ни к чему, — ровные слова.

Насмешливые, но без издевки. Мне это не нравилось.

— Почему? — не могла понять его.

Он пожал плечами и сделал узелок на ткани.

— Потому что, если я буду сопротивляться, ты можешь пострадать, — уже без смеха, — или испытать ещё бо́льшую ненависть, а я даже настоящей не желаю.

Я расслабилась и сгорбила спину, чувствуя невероятную тяжесть на плечах. В вагон вошла обеспокоенная Шага, переглянулась с госпожой врачом и нахмурилась от этого сильнее. В её руках был нож, который она пронесла до меня и застыла, протягивая.

— Положи на стол в спальне, — через пару секунд Оушен понял, что я кошусь на прибор с опаской, — все свободны. Хотя… принеси вина.

Он дождался, пока обе девушки выйдут и оставят нас одних.

— Я боюсь, — прошептала я, не дав ему даже раскрыть рта.

Мужчина медленно склонился, припал губами к моему виску и спустился к уху, чтобы произнести:

— Тогда не делай, — лёгкие для него, но очень тяжелые для меня слова.

Я мотнула головой, отчего он немного отстранился.

— Ты не согласился, — напомнила о своём предложении я, — и можешь совершать зло дальше. А это плохо. Значит я должна тебя остановить.

Он хмыкнул и упал на спину, утянув с собой и меня.

— Расслабься, Лу, — провёл по моему плечу он, — без твоей воли я не сделаю ровным счётом ничего, а ты обнимаешь меня каждую ночь. Ничего нового, помимо исчезновения кровати под нами.

Сделать как он сказал не получилось — я сползла с него, села рядом и упёрлась рукой в колючий шерстяной ковер. Шага принесла похожую на прежние бутылку.

— За твою бескомпромиссность, — он всучил мне полный бокал и сделал глоток прямо из бутылки.

Я в непонимании оглядела его и протянула обратно.

— Тебе станет легче, Лу, — не принял его обратно лорд, — убивать кого-то нетрезвым не так страшно, как с холодной головой.

В его глазах мелькали огоньки от печи, делая его лицо хитрым и опасным.

— Мне хочется спать, — я поднялась на ноги и, прикрываясь, прошла к двери, унося с собой и бокал.

Оушен всё ещё оставался на полу, отличаясь от того себя только насмешливой улыбкой, выдающей весь его прошлый настрой, а ещё хитрым взглядом, с которым я встретилась.

— Смени рубашку на сухую, — произнёс он, пройдясь по мне взглядом, — я останусь здесь, чтобы не смущать тебя сильнее.

Я кивнула, задумчиво оглядела бокал в своей руке и сделала один глоток, подаривший одновременную горечь и сладость во рту. И только после двинулась в спальню, не забыв прошептать себе под нос:

— Я не смущалась.

Глава 22

Он пришёл через полчаса, когда я уже лежала за своей стеной из одеял и никак не могла сомкнуть глаза. Они оставались на пустом бокале на столе неподалеку и на ноже, лежащем рядом с ним.

Лорд был прав — после нехорошего вина мне стало легче. Вот только он не сказал, что убивать его я после этого не захочу.

— Если я лягу рядом, ты сбежишь? — спросил он, в самом деле двигая меня с края.

Я отодвинулась, пропуская его, перелезла через заборчик и упала на его сторону кровати, чувствуя едкий запах алкоголя. Мужчина был если не пьян, то точно не трезв.

С того края до меня донесся хмык и насмешливое:

— Liebe, Geduld, Qual, — непонятное, а после ясное и без смеха, будто усталое, — я люблю тебя, Лу.

Нож на столе блеснул отчетливее. Только вот почему именно столовый? Даже не кухонный, а тупой с зазубринами для еды.

Я продолжила лежать молча. Лорд ко мне не приближался, тоже ничего не говорил и, кажется, успел уснуть за тот час, пока я не находила правильного выхода. А был ли он здесь вообще? Я должна была запятнать душу и совесть в любом случае: от ужасного убийства или же сдавшись на милость злодею. Но даже не это было ужасным, а то, что я сейчас мечтала о втором варианте. Кощунственно и греховно.

Всезнающий даёт нам испытания. Было это моим или нет