Два лика Ирэн (СИ) - Ром Полина

— Если вам понадобится помощь, вы всегда можете рассчитывать на меня. Я умею помнить добро, леди Ирэн.

С этими словами барон чуть неловко поклонился, влез в карету и отбыл домой. Карета леди вернулась через три дня, доставив леди Ирэн маленький бочонок майского свежего мёда от леди Приссы.

А дальше жизнь покатилась своим чередом. Единственное различие для Ирэн было в том, что теперь раз в несколько дней к ней с докладом заходил капитан Тоун и объяснял, куда он послал охранные отряды в этот раз. И почему поступил именно так. Если честно, Ирэн особенно не вникала, ей хватало забот по хозяйству и без этого. Всё равно, чтобы понимать все тонкости и резоны капитана, нужно было учиться этому чуть ли не с детства. А сама она решила так. Её дело – дом. Охрана – на капитане. И пусть каждый занимается своим делом. Тем более, что капитан Вест всегда одобрительно отзывался о бывшем капрале.

Вход в башню леди охраняли солдаты замка. Капитану королевских войск они не подчинялись, а Ирэн, по здравому размышлению, и вовсе не стала переезжать в центральную часть дома. Здесь, в башне, у неё всё отремонтировано и отлажено так, чтобы ей с детьми было удобно. Раз в день, на завтрак, она уходила в пиршественный зал, а все ужины проводила со своей семьёй. С графом она почти не виделась, хотя несколько раз он порывался нанести ей визит, она отказала под предлогом траура.

Посеяли на небольшом куске земли индигао. Ирен лично следила за всходами и много общалась с Арно, тем самым сервом, что вместе с семенами от леди Маргит привезла из столицы. Мрачноватый и молчаливый молодой мужчина подробно описал, что и как нужно делать, чтобы получить краску. Пришлось закупить несколько больших бочек и приготовить ещё кое-что для производства. В конце концов, Ирэн надоело мотаться туда-сюда из замка, и она распорядилась поставить небольшую сторожку рядом с полем. Здесь же организовали навесы, составили под них бочки для замачивания травы, и туда ушёл жить Арно. Именно он будет следить за полем и, если понадобится, вернётся в замок и предупредит леди Ирэн, что нужны люди на полив или, допустим, на прополку.

Пришёл ответ от лорда Беррита. Не самый радостный, надо сказать. Лорд сообщал, что в землях герцога-соседа осенью будет традиционная охота, и в этот раз на ней лично поприсутствует его величество Эдуард. Вполне возможно, что он с малой свитой посетит замок Моронго и захочет побеседовать с вдовой о новом браке. Лорд обещал дать советы, как избежать слишком большого давления, и писал, что мужа он предпочитает выбрать ей сам. Через год, по окончании срока траура, он приедет к дочери и обсудит этот вопрос. Пока же нужно ждать визита гонца от лорда с подробным письмом и инструкциями на случай визита короля.

Приятным сюрпризом стал визит лорда де Арктура – он заехал в замок на ночлег по пути в Эдвенч. Дикон почти не отходил от него, и лорд, сдавшись под умоляющим взглядом, пошёл беседовать с хозяйкой замка.

— Леди Ирэн, у меня к вам будет просьба.

Леди насторожилась, но сумела сохранить на лице вежливую улыбку.

— Слушаю вас, господин барон.

— На обратном пути я снова заеду к вам на ночлег.

— Мой дом всегда открыт для друзей леди Маргит, господин барон.

— Да, конечно… Но я хотел бы спросить у вас разрешения взять к себе в замок Дикона. Я обещал ему рыбалку, а здесь, в ваших землях, просто не знаю мест. Пусть он погостит у нас хотя бы дня три-четыре? Обещаю присмотреть за мальчиком.

Ирэн растерялась, не слишком понимая, что нужно ответить. Хотя… Дикону уже тринадцать лет, пожалуй, не стоит держать его у своей юбки. Но вот что за интерес к мальчишке у барона?

А барон несколько смущённо помялся и сказал:

— Понимаете, леди Ирэн… Мой приятель детства переехал в Эдвенч… А мне хотелось бы пройтись по старым местам, но не хочется одному…Понимаете?

2

Лето плавно катилось к концу. Уже собрали урожай и забили припасами подвалы, отложены деньги на налог и понемногу собираются ткани и плетёные коробки пуговиц для обоза в столицу. Когда начнутся заморозки и земля закаменеет, обоз тронется в путь. Заодно там же, в столице, сразу внесут налог.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Принимать зимой в замке королевских сборщиков с охраной – удовольствие не из самых больших. Их нужно будет кормить, так же, как и их коней, обеспечить ночлегом и ремонтом повозок, если будет нужда. Проще заплатить самой и заранее, хотя, как точно знала леди Ирэн, такой практики здесь нет. Кстати, совершенно непонятно – почему, собственно? Так что немного леди собиралась на этом сэкономить.

А сейчас пришло время получения красителя. Растение достигало в высоту примерно метра, получилось что-то похожее на вьющийся душистый горошек. Оно точно так же сплеталось без подпорок в огромные кудлатые клубки. Их собирали, оставив примерно четверть поля нетронутым. Там семена должны дозреть и подсохнуть ещё две-три недели, потом их соберут и спрячут до следующей весны. Траву укладывали в бочки, придавливали гнётом и заливали водой. Несколько раз в день гнёт снимали, перемешивали забродившую массу и оставляли бродить дальше.

Ирэн было любопытно, поэтому она старалась не пропускать этапы получения красителя. Примерно через неделю траву удалили, зеленоватую тухлую воду процедили и в неё добавили негашёную известь. Очень быстро помешивая вскипающее в бочке варево, Арно показывал леди Ирэн, как оно меняет цвет и темнеет. По окончании процесса гашения извести, бочки оставляли в покое для следующего процесса брожения. Ещё примерно через десять дней, слив отстоявшуюся воду, Арно вычерпывал большим ковшом и сливал на плотную ткань осадок.

Когда вода стекла, образовавшуюся чёрно-синюю массу собрали деревянными лопатками в большие горшки и плотно укупорили.

— Вот этим, леди, уже можно красить. Цвет будет тёмно-синий, но не слишком яркий. Как бы пылью покрытый. А для яркости можно ещё вот такое добавить… — он показал на горшочек с буровато-красным порошком: — Тогда и цвет ткани станет ярче.

— А что это, Арно?

— А это я давно заметил, что цвет-то не получается, как у купцов из Франкии, и стал разные пробовать травы и цветы. Вот это даёт красноватый такой оттенок, а сделано из марены. Корень сушат и трут, а потом уже и краску получают. Это я давно подсмотрел у красильщика одного, в детстве ещё. А марену везде можно найти. А можно и выращивать. Только, леди, смешивать нужно аккуратно. На семь-восемь частей индигао – только одну долю красного. Зато и цвет у ткани богатый будет.

Слушая речь Арно, леди обратила внимание, что говорит он не как сельский житель, слова не коверкает, окончания не глотает.

— Арно, ты писать умеешь?

Он почему-то вздохнул и поморщился. Казалось, не хотел отвечать. Леди терпеливо ждала, не понукая, и была вознаграждена ответом:

— Умею, леди, да что с этого толку-то… — он как-то безнадёжно махнул рукой.

История в этот раз была не слишком сложна и трагична. Старший сын небогатого купца от нелюбимой жены, умершей родами. Жил при доме родителя до двенадцати лет, немного умеет читать и писать, хорошо считает. Женился отец второй раз, когда малышу было всего два года, а к трём годам Арно получил брата. Сперва мачеха на пасынка внимания не обращала. А вот как стали дети постарше, очевидно, обеспокоилась проблемой наследства и лет с восьми начала планомерно выдавливать мальчишку из дома и из сердца отца.

Надо сказать, что папаша и так особо над старшим не трясся, а получая регулярно жалобы жены на несносного хулигана и будущего преступника и пережив несколько скандалов, счёл за благо сплавить старшего к дальним родственникам в деревню. Пока жил у отца, тот таскал иногда подростка с собой по различным делам. Просто для того, чтобы не бездельничал и не донимал жену дома. Вот в доме красильщиков Арно и увидел, как получают и мешают краски.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Отец умер несколько лет назад, оставив всё имущество младшему и жене. Арно родственники, переставшие даже крошечный пенсион получать, просто выставили из дома. Тогда он и прибился к замку графини Маргит – дрова колол, воду таскал, всё делал. И когда у двоюродной тётки в доме жил, всё это же делать приходилось, так что ничего нового.