Унесенные Ненавистью (СИ) - Цеханович Василина

* * *

На следующее утро после ухода Виттора поймала себя на том, что улыбаюсь. Перед тем как уйти он страстно поцеловал мои опухшие от ночных безумств губы и шепнул «люблю тебя, Ани». После этого не могла больше злиться на венценосного хитреца, который все рассчитал и буквально выбил из меня положительный ответ. Правда я без зазрения совести заявила, что это не считается, но теперь была уверена: меня ждет долгая, стратегически грамотная осада. Спасибо Пие, помогшей мне привести себя в порядок. Она лишь улыбнулась, увидев мои счастливые глаза, взъерошенные волосы и опухшие губы. Хорошо, подруга не могла наблюдать несколько засосов на моей груди. Покраснела когда вспомнила, как не сдерживала себя и поставила метку прямо на шею Виттора, показывая всему миру: он — мой!

Оставшиеся три недели я буквально летала. Лиам, который навещал меня в МАКП на выходных, сначала смотрел с подозрением, а потом заявил, что видел во дворце точно такую же довольную физиономию. Я лишь пожала плечами и невозмутимо промолчала.

— Главное чтобы ты была счастлива, сестренка, — обнимая меня перед очередным расставанием, произнес брат и чмокнул в щеку.

Осталось лишь сдать экзамены, а затем можно не таясь носить подаренное Виттором кольцо и объявить всем о помолвке. Теперь мы почти каждую ночь проводили вместе. Даже если Виттор приходил поздно (тем же проверенным способом через окно), то оставался как минимум на пару часов. Чаще всего с бумагами. Я готовилась к сессии, он просматривал отчеты министров. Идиллия. Правда несколько раз мы выбирались из МАКП и тогда любовались звездопадом или закатом на песчаном пляже у самой кромки моря. Виттор учился ухаживать за мной, и его карие глаза вспыхивали от удовольствия, наблюдая за моим счастливым лицом. Правда он все же сдержал свое слово и дальше поцелуев мы больше не заходили. А так хотелось. Виттор разбудил во мне чувственность, женственность, страстность. Я расцвела и в МАКП все больше адептов стали обращать на меня внимание. Корнел Ласс тоже не остался равнодушным. Его взгляд после каждого посещения ректорского кабинета все дольше задерживался на мне, и это нервировало.

Однажды меня навестила Астра Лир. Мы долго пили чай, а затем знаменитая модистка уверенно изрекла: ничто не может сделать женщину красивее, чем взаимная любовь. Прощаясь, она шепнула мне на ухо, что у нее есть несколько эскизов свадебного платья достойного королевы Корнуольского королевства.

В тот день я успешно сдала последний экзамен и уже заканчивала писать в деканате заявление на перевод на заочное отделение, когда на весь МАКП раздался противный голос секретаря: «Адептка Анна Саттэр, срочно явитесь в кабинет ректора».

Вздрогнула и терзаемая плохим предчувствием неохотно покинула деканат. По дороге несколько раз останавливалась с намерением повернуть обратно или вообще покинуть МАКП, но потом брала себя в руки и шла вперед. В приемной секретарь ректора выглядел несколько потерянным и нервно ворошил руками свои сальные волосы.

— Адептка Саттэр, не задерживайтесь, — поторопил секретарь Долл, мазнув рукой и пролив крепкий кофе на бумаги.

Пожалела его и убрала магией все пятна, на что он растерялся и кажется хотел меня остановить, но я уже стучалась в дверь кабинета ректора.

— Войдите адептка Саттэр!

Зашла внутрь, и сердце зашлось в бешеном ритме. Корнел Ласс с каким-то победным видом посмотрел на меня и обратился к своему собеседнику, который оказался за моей спиной.

— Я Вас оставлю, — ректор слегка поклонился и покинул собственный кабинет.

Дверь захлопнулась. Я стояла и уговаривала себя повернуться, но не могла. Признаться часто представляла нашу встречу за последние тридцать три дня, но не думала, что она наступит так скоро.

— Здравствуй, Анна!

Голос, который звучал в моих видениях, оказался непозволительно близко и не предвещал ничего хорошего.

— Здравствуйте, Ваше Величество, — все же развернулась и спокойно посмотрела в блеклые непривлекательные глаза, напоминающие рыбьи. — Или Вы предпочитаете, чтобы я обращалась к Вам «отец»?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава 46

— Значит, знаешь…, - задумчиво произнес король Тристан. — Виттор Райан рассказал или сама увидела?

Взгляд казалось бы бездушных глаз проникал насквозь, а мягкая улыбка, которая появилась на рябом непривлекательном лице выглядевшего стариком короля, не могла меня обмануть.

— Сама, — сделал он вывод, пока рассматривал в упор. — Красавица. Ты копия своей бабушки, но у тебя мои глаза. У единственной из дочерей…

И я вспомнила о видении, когда привлекательный мужчина с каштановыми волосами и выразительными зелеными глазами появился на пороге Риттон-холла, чтобы воспользоваться предложением герцогини Камиллы Саттэр.

— Скажите, неужели Вы настолько сильно хотели иметь ребенка с даром, что решились на подлость? А это действительно подлость Ваше Величество: напоить замужнюю женщину зельем, соблазнить ее и оставить беременной, чтобы потом забрать готового преемника или преемницу, — я говорила спокойно, но в моем голосе сквозил лед. Никак не могла понять, почему король Тристан пришел повидаться со мной раньше оговоренного с Виттором срока.

— Предвидение — очень редкий и ценный дар, Анна. Мы провидцы распоряжаемся тысячами жизней, и только от нас зависит их благополучие. Да возможно с моральной точки зрения я поступил скверно, но тем не менее ты появилась на свет. Мне жаль, что так вышло с отбором. Я пытался спасти тебя Анна, отправил Ираса Грегстона с целью выкрасть, но провидение вмешалось и все стало гораздо хуже.

Вспомнила ту ночь в замке, которая изменила мою жизнь. Тогда я доверилась Виттору, доверилась своим чувствам и чуть не потеряла все. Но я выжила, сохранила свою любовь, словно феникс восстала из пепла и теперь была по-настоящему счастлива. Виттор менялся. Я видела это: в каждом жесте, взгляде, словах и поступках по отношению ко мне. Мы оба старались уступать, когда требовалось, достигали компромисса, пусть и не сразу, а главное просто верили друг другу. Я не хотела терять нас. Понимала, с Виттором и дальше не будет легко, но за свое счастье нужно бороться, потому что оно именно мое, а не чье-либо еще.

— Анна, — король Тристан подошел ближе и, несмотря на сутулость, оказался очень высоким мужчиной, — я пришел сюда нарушив договор с Вашим королем, чтобы показать одно видение. Не скрою, мне хочется забрать тебя в Ришское королевство, но глядя на тебя, вижу себя: такую же упертую, гордую и идущую до конца, если чего-то решила. Сила здесь не поможет. Твой выбор должен быть только твоим. Ты любишь Виттора Райана, но никогда не будешь с ним счастлива. Твоя судьба лорд Ласс, который собственно и связался со мной. Он рассказал, что тоже является провидцем и хочет жениться на тебе. В его чувствах я не сомневаюсь. Подумай Анна. Ты молода и тебе нужен более взрослый и опытный мужчина. Виттор Райан наиграется и превратит ваш брак в вечные муки. Неужели ты хочешь этого? Позволь я кое-что покажу, а уже после решай: остаться здесь в Корнуольском королевстве и обречь себя на несчастливую жизнь или же пойти со мной и выйти замуж за мужчину, который не только имеет такой же дар, но и сделает тебя счастливой?! Я не буду противиться твоему браку с лордом Лассом. Он благородный аристократ. К тому же у нас есть своя академия, где твой муж сможет преподавать. Как и ты, если захочешь.

Недоверчиво смотрю на короля Тристана и его протянутые ладонями вверх руки. Слова так называемого отца зарождают в душе сомнения. Умение видеть будущее сродни игре в карты: ты знаешь, что будет, если вытащить из колоды ту или иную карту, а значит сможешь заранее подобрать выигрышную комбинацию. Стоит ли прислушаться к словам короля Тристана, который несмотря на свой поступок, сейчас выглядит действительно обеспокоенным, заботиться и пытается найти со мной общий язык? Вот уже два провидца говорят про ректора, что он предназначен мне в мужья. Казалось бы беспроигрышный вариант. Виттор непредсказуем, порой слишком циничен, а еще он любит манипулировать окружающими и иногда проделывает это со мной. Последние три недели позволили нам лучше узнать друг друга. Сердце мальчика, который потерял обоих родителей, брата, прожил много лет с ненавистью в душе и желанием отомстить, обрело долгожданное спокойствие и счастье. Виттор хотел семью, хотел детей, но уважал мое желание, прислушивался к моему мнению. Он был сиротой: озлобленным, одиноким, несчастным. Пусть я сейчас ошибусь, но не предам своего мужчину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})