Чудеса да и только! - Елена Федоровна Янук

Но из уважения к Лорму они молчали. Над столом повисло напряженное молчание. Зная, как реагирует дракон на подобное отношение, мы все ждали от него чего-то возмутительного и от этого нервничали еще больше.

Только Иол было все равно. Она с беспокойством смотрела на Райдера, но по другой причине, он наотрез отказался лечиться, заявив, что чем меньше у него сил, тем легче справляться с темной магией.

Едва мы сели за стол, и принялись накладывать друг другу угощение, как в столовую вошел молоденький слуга в зеленом камзоле и объявил, что по дороге, в направлении поместья движется процессия.

— Это из-за меня, — откладывая кувшин с вином, с досадой отозвался Лорм. Справа, он был окружен друзьями, слева — мной и остальным семейством. — Я разнес половину владычного замка, когда выяснил, что Онегэль, который вызвал меня приказом, отправился в поход против драконов, — с досадой в голосе продолжил он.

Я представила, что стоит за словами всегда сдержанного Лорма и ужаснулась. И то, что Онегэль в походе против драконов бесславно погиб, в глазах эльфов вряд ли смягчит вину Лорма.

— Не волнуйся, я компенсирую им золотом, новый замок для Владык построят, — со своего кресла насмешливо отозвался Райдер.

Эльфы дружно переглянулись, щедрый дракон нарушал привычное восприятие вражеского образа: слуги тьмы, как известно, твари жадные до золота, а этот его раздает.

— С чего это ты должен ему что-то компенсировать? — возмутился Лорм. — Я вторую половину уничтожу, если они что-то предъявят! Пусть те, кто ему помогал, сначала искупят свои поступки, а потом посмотрим!

Райдер, скрыв усмешку, недоверчиво поднял брови, но промолчал. Зато отреагировал второй дракон.

— Могу помочь. Ускорить их раскаяние и сожаление, к примеру, — насмешливо отозвался Дрион, явившись на обед в образе эльфа.

— Кажется, нашему сыну понравилось насильно творить добро и справедливость, — насмешливо отметил Райдер, подмигнув Иол. Она улыбнулась, так как в этот миг тоже любовалась Дрионом.

Едва он сел, на одной его коленке устроился сын, на другую уселась младшая сестренка.

Айонка уже отправилась от перенесенного ужаса, но из-за происшествия обиделась почему-то на папу, к которому теперь не хотела идти на руки.

Дрион из ничего создал пушистый шарик, которым с удовольствием занялись малыши.

Лорм молча разливал вино по бокалам. Оль и Марта что-то придумывали на кухне, выставив меня оттуда под предлогом, что «тебе и так досталось, иди, отдыхай».

Ну какой отдых, если вот-вот опять начнется непонятно что. Я напряженно ждала объявленных Аниэлем гостей, которые вот-вот должны были подъехать к замку.

В отличие от меня Иол наслаждалась покоем, изредка с беспокойством подглядывая на Райдера. Но, когда звук копыт и подъехавших экипажей достиг нас, ей пришлось выйти навстречу гостям.

Иол поднялась и сказала:

— Пойдем со мной, Фиалочка. Пусть они отдыхают.

Я кивнула и вышла следом. Взглядом предостерегая Лорма от вмешательства.

Иол на подходе к двери, улыбаясь, сказала:

— Все так взволнованны утренней схваткой. Потому я позвала только тебя. Думаю, им не хватит твоей выдержки, если понадобится спокойно и мирно с кем-то договориться.

Польщенная доверием, я кивнула.

Во дворе, с плит которого еще не смыли кровь, впритык стояло шесть экипажей, а судя по цокоту копыт и скрипам подъезжающих экипажей, эльфы еще прибывали. Тем, кому не повезло поместиться во дворе, останавливались прямо на дороге перед воротами, и пешком шли к дому.

Не ожидая увидеть ничего хорошего, я была удивлена, что у карет нас встретила деловито отдающая приказания Ксим, та самая беловолосая эльфийка с праздника Лорма, которая интересовалась красотой драгоценных камней в человеческой культуре.

Необыкновенно воздушная и праздничная в своем парчовом плаще и белоснежном наряде, сейчас она спокойно отдавала приказания эльфам в таких же блестящих одеяниях.

Ксим, заметив нас на пороге, кивнула, но сразу не подошла, продолжая что-то пояснять слугам, разгружающим первый экипаж.

Иол, увидев знакомую, очень обрадовалась.

— Рада приветствовать тебя, Ксимиэль. Сколько лет я не виделись!

Подруги обнялись.

— Иол… Мы к вам на свадьбу! Надо отпраздновать, как водится у людей.

— Но… — Иол удивленная этими словами, с вопросом повернулась ко мне. Распахнув глаза, я в шоке пожала плечами, пытаясь понять, о чем говорит странная гостья.

Но Ксим весело отмахнулась:

— Да-да, я знаю, вы не готовы. Зато мы неделю готовились приветствовать нового члена нашего дружного семейства носителей света. Ну и к свадьбе, конечно!

— Очень дружного, — с сарказмом отозвалась благородная эльфийка. — Боюсь, после сегодняшнего у Фиалочки появится стойкое отвращение ко всему, что связанно с эльфами.

Ксим рассмеялась:

— Вот мы и приехали исправить эту ошибку. А когда-нибудь приедем и к твоему дракону.

— Ты меня пугаешь… — недоверчиво качнув головой, отозвалась Иол.

Ксим рассмеялась. Я раньше не видела столь раскрепощено смеющихся эльфов, до этого мне и вовсе казалось, что смех у них это нечто неприличное.

Беловолосая эльфийка, махнув рукой в сторону еще одного гигантского сундука, отозвалась:

— Я думаю, Иол, ты не обманываешься и все правильно понимаешь. У него есть только ниточка света, которая появилась, отозвавшись на твой свет, поэтому он пытается стать нормальным. Сейчас дракон в шоке от навалившегося счастья: рождение дочери, нападение эльфов, доброго отношения сына, твоих слов… Да и драконья магия ослабела после Ледяного клинка и пока нет того влияния тьмы, что было раньше, но едва он придет в себя, вернет себе силы, и все станет привычным… будут и падения и раскаяния. Да ты и сама этого боишься, правда?

— Да. Очень боюсь. И что мне делать? — грустно отозвалась Иол.

Ксим с жалостью на нее посмотрела.

— Терпеть и помогать. Принимая его как есть, вдохновляя на светлое. Главное, не забудь, темнота это не противник, это отсутствие света. Как говорится, приучи душу жить в тепле и она станет избегать холода. Главное, чтобы ты была согласна на этот нелегкий труд.

Иол устало покачала головой:

— Я себя боюсь. Что не выдержу, что не доведу до конца и…

— … потеряешь свой свет? — уточнила Ксим.

Иол кивнула.

— Нет. От этого он только увеличится. Вот увидишь. Да и дочь не даст вам потерять себя. Она якорь, который не позволит ни тебе, ни ее отцу оторваться. Вот только ее надо сберечь!..

— О чем ты? — со страхом в голосе нервно спросила Иол.

— О том, что ей предстоит пережить.

Иол разволновалась:

— Ты поможешь спасти ее, Ксим? Умоляю, не