Птицелов Его Темнейшества - Мира-Мария Куприянова

— Не могу… — обжигающие губы буквально клеймили мои ключицы- Не надо, Рит. Не останавливай меня теперь. Не сейчас…

— Егор, пожалуйста, — ощущения как-то резко перестали приносить потоки горячего удовольствия, переростая во что-то навязанное, неприятное и давящее- Егор!

Сильные руки чуть плотнее придавили меня за плечи к матрасу. Колено с нажимом вклинилось между моих ног.

— Да остановись же! — почти в панике выдохнула я, ловко отворачиваясь от грядущего поцелуя и… упираясь взглядом в зеркальную грань колонны, стоящей прямо у изголовья круглого ложа.

И тут же замирая, давясь остатками воздуха в легких. Потому что прямо из холодного стекла, полные холодного презрения и какой-то затаенной боли, на меня смотрели глаза Его Темнейшества.

Глава 33.2

Отражение мелькнуло и пропало с первым движением моих ресниц. Но и этого хватило, чтобы осознание происходящего окончательно окатило меня, подобно потоку ледяной воды.

— Прекрати! — в панике вскрикнула я, с неожиданной силой отталкивая от себя горячее мужское тело и тут же скатываясь на пол- Перестань, я сказала! Я не хочу!

— Спокойно, Рита, — несколько удивленно, кажется, проговорил ангел- Ну что ты? Я никогда ничего не делал без твоего желания. Ты же знаешь.

— Знаю, но… — неуверенно начала я, но тут же с усилим тряхнула головой. Знаю? Откуда? Почему я должна это именно «знать»? А как же происходящее теперь? Я же несколько раз просила остановиться, — Но… я же сказала, что не готова. Что все это слишком быстро.

— Нежная моя девочка, — голос Егора стал чуть хрипловатым. Сильное тело гибко извернулось, стеной вырастая передо мной и горячие ладони аккуратно, но цепко ухватили за поникшие плечи, вытягивая обессиленное тело наверх, — Ты просто смутилась. Ты шокирована своими чувствами. Но я же знаю, что ты хочешь. Правда?

— Правда… — машинально согласилась я, недоуменно сосредотачиваясь на том, что, кажется, сама льну к его груди и выгибаюсь под касаниями пальцев. Будто через силу, словно преодолевая тугую тяжесть воды я подняла глаза на нереально прекрасно лицо и… утонула в неестественно лазури сияющих ярким светом глаз. Сияющих? Это еще что за иллюминация средь бела дня? Это всегда так у него с глазами было? Вроде, нет…

«Вроде да. Иногда»- тут же вкрадчиво поправил меня внутренний голос- «Помнишь? Твой срыв на концерте. Твои странные всплески нетипичных для тебя эмоций… Если так вдуматься, то каждый раз перед этим было свидание с Егором. И его внезапно начинающие светиться глаза… Хотя, ты же никогда не могла сосредоточиться на этом, не правда ли?»

— Нет! Нет, не правда! — то ли отвечая самой себе, толи напряженно ожидающему ответа ангелу, крикнула я, вырываясь из его объятий и отступая на шаг- Не правда, слышишь? Я сказала, что не готова. И вообще, не уверена, что когда-нибудь буду готова. Все это не правильно.

Мужчина замер. А затем медленно поднял руки в жесте «стоп»:

— Я никогда не обижу тебя, — вкрадчиво пропел он, резко дергая лопатками, отчего за спиной агела, подобно двум потокам ослепительного света, тут же развернулись прекрасные белоснежные крылья- Это же я, Рит. Чего ты испугалась? Это я, девочка. Подойди ко мне…

— От… отвяжись, — прохрипела я, мотая головой, чтобы сладкий туман восхищения, едва не заставивший меня машинально шагнуть к прекрасному создания, чуть отступил- Я не хочу.

— Конечно хочешь, — и над головой блондина вспыхнул искрящийся, мерцающий нимб- Позволь обнять тебя.

— Не подходи, — в отчаянии пропищала я- Не смей ко мне приближаться!

Ангел встал, словно наткнулся на невидимую стену. Густые брови сошлись в недоуменную полосу. А затем он сложил руки на груди, резко опуская белоснежный крылья:

— Что с тобой не так? — задумчиво протянул Егор, больше не делая попыток загнать меня в какой-нибудь угол- Что еще мы не учли?

— О чем ты? — нахмурилась я, продолжая тем временем отступать к дверям.

— Все настроено четко. Птицелов, без любви в сердце, нейтральная… ну да, теперь ближе к Тьме, но без закрепления же. Твой негатив к Темной стороне, опять же… Или… или проблема в том, что какой-то из факторов просто неправильный? А, Маргарита? Что именно неправильно в перечисленном?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — отчего-то начиная пугаться, прохрипела я- И, главное, зачем говоришь мне все это.

— Это не важно, — отмахнулся Егор, с каким-то исследовательским интересом проходясь по моей фигуре взглядом- Все равно забудешь сразу, как войдешь в портал. Лучше скажи-ка мне, что и когда успело измениться? И почему Святое Обожание раз за разом не ложится на твою ауру до конца?

— Что не ложится? — резко побледнела я- Ты что… ты пытался на меня наложить какое-то… заклятие?

— Какие заклятия у Света? — возмутился парень- Не неси бред. Просто ты- человек. Перед тобой ангел небесный. Обычная человеческая реакция- падение на колени и лобызание моих ног. Скинем пару процентов на твой убиенный статус, адскую должность и потемнение ауры. Но дальше дружеского расположения мы все равно так и не продвинулись. Так что не так, Рит?

— Так заключая контракт с Дьяволом на влюбленность Птицелова ты…

— Да. Само собой. Или ты правда думала, что я в угоду воле случая буду рисковать крыльями? Понятно, я был уверен, что будучи человеком, рядом со мной, как источником Света, твоя аура быстро очистится от грязи тьмы. А дальше включится заложенный Светлыми механизм Обожания и …

— Заложенный Светлыми? — возмутилась я- То есть вот она свобода веры, да? Вот она свобода выбора? Интересно, а Темные знают о сбившихся исходных настройках в человеческих душах?

— Да нет конечно! — фыркнул ангел- Они настолько возмущались внедрением в человечество догм добра и зла, что пропустили этот маленький момент. И хорошо, что так оно останется и впредь.

— Уверен? А если я расскажу?

— Повторюсь, Ритуль, ты все забудешь, едва пройдешь грань портала. Говорю же, настройки верные. Все работает. Кроме маленькой детали- ты никак не впадаешь в нужную степень обожания. И это напрягает.

— Хорошо, что тебя напрягает только это, — ухмыльнулась я- Потому что для меня напрягающих моментов несколько больше, знаешь ли. Я вот только сейчас поняла, что ты, вместе со своим Светлым начальством, пытался меня нагло использовать. Причем втемную, как бы оно не звучало. И мы так не договаривались.

— А как мы договаривались? — ехидно прошипел Егор, — Что ты будешь делать мне мозги отведенное по договору время, а затем с грустными глазами скажешь: «Прости! Сердцу не прикажешь!» и мы пойдем каждый своей дорогой? Ты в отдел кадров за премией, а я в Ад, отрабатывать вечную повинность?

— Ты врал…

— Да