Карен Махони - Поцелуй венчности

— Мистер Дуган, мне кажется, вы еще не закончили свои задания, которые давным-давно следовало выполнить, — отреагировал мистер Нерхофт, сложив руки на груди.

— Я выполнил все, что собирался, — ответил парень точно таким же тоном. Затем посмотрел на Бекки. — Нужно?

Бекки кивнула и медленно поднялась, забыв о своем раздражении из-за карандаша, задания, мистера Нерхофта и задержки после уроков. Ее внимание переключилось на парня.

— Бекки, не надо! — прошипела Робин.

Парень, протягивая Бекки карандаш, оглянулся на мистера Нерхофта. Райан Дуган был не просто плохим, а очень плохим парнем, и все это знали. Он вечно попадал в истории, его часто вызывали в кабинет директора и вечно оставляли после уроков. Ходили даже слухи о том, что прошлым летом он был не в летней школе для отстающих, как обычно, а находился в центре предварительного заключения для несовершеннолетних в Марипозе.

А еще Райан никогда ничего и никому не давал просто так. Однако было здорово сделать что-то такое, за что мистер Нерхофт не мог по правилам наказать Бекки, хотя, вообще-то, она нарушила правило «не покидать свое место без разрешения». С другой стороны, мистер Нерхофт спросил, нет ли у кого-нибудь карандаша для нее, и Райан ответил, поэтому она собиралась его взять, и не важно, что подумают остальные. Когда Бекки брала у Райана карандаш с негромким «спасибо», ей ужасно хотелось посмотреть на лицо мистера Нерхофта.

— Да не за что, — широко ухмыляясь, ответил Райан. И подмигнул — на самом деле! — мистеру Нерхофту, протягивая ей карандаш. — Мы же не хотим, чтобы у тебя были неприятности, правда?

Бекки покачала головой и, спотыкаясь, вернулась на свое место, быстро села и склонилась над тетрадью. Она подумала: а знает ли он, за что ее оставили после уроков? Выражение лица у парня было такое, словно он знал. Знал и одобрял.

Мышиного цвета волосы Бекки свисали ей на лицо, скрывая от мистера Нерхофта гримасу, которую она состроила Райану, притворяясь, что работает. Она взглянула на настенные часы — осталось еще двадцать минут заточения, а потом можно будет идти домой, к Нане.

Райан откинулся на спинку стула, прислонился к стене и закинул руки за голову. Мистер Нерхофт ругался, пока у него лицо не посинело, говорил об очередной неделе после уроков. Затем побежал к другому ученику, который, как ему показалось, работал недостаточно усердно.

Райан опять ухмыльнулся, поймал взгляд Бекки и подмигнул ей. Бекки покраснела и склонилась над тетрадью, стараясь не считать минуты, остававшиеся до конца занятия. И не думать о том, что Нана, возможно, устроила в доме пожар. Когда учеников наконец отпустили, всех забрали родители, даже Робин. Ее отец с несчастным видом посмотрел, как она забирается в машину, и грустно улыбнулся Бекки.

Бекки вполне устраивала поездка на автобусе. Пока Нане еще можно было доверить автомобиль, та возила ее утром в школу и забирала днем. Однако уже около трех лет Нана не садилась за руль: у нее отобрали права, когда Бекки исполнилось одиннадцать. В принципе она была не такой уж старой; полно водителей старше ее, но они помнили, где находится их дом, как разворачивать машину и куда они едут. А Нана забывала.

Врачи называли ее болезнь «ранним старческим слабоумием», но все знали, что это был просто вежливый намек на возраст Наны; она была слишком молода для болезни Альцгеймера. Но диагноз очевиден.

Сейчас школьные автобусы уже не ходили, и провинившихся учеников нужно было забирать, иначе им приходилось идти домой пешком. Бекки, извиняясь, махнула Робин и мистеру Тернбуллу, — в конце концов, если бы не она, у Робин не возникло бы неприятностей. Потом она закинула на плечо рюкзак и быстро отвернулась, чтобы отправиться в долгий путь домой, прежде чем мистер Тернбулл предложит ее подвезти. Не было никакого желания сидеть в машине в напряженной атмосфере, к тому же надо морально отдохнуть до прихода домой. Кто знает, что ее там ждет? Меньше всего хотелось, чтобы Нана поняла, что ее оставили после уроков, а если она заметит машину мистера Тернбулла, возможно, до нее дойдет, что Бекки вернулась поздно. Если она вообще заметит ее появление. Если и был какой-то плюс в болезни Наны, то лишь тот, что Бекки могла ускользать из дому гораздо чаще, чем большинство детей ее возраста.

Приближаясь к своему дому, то есть к дому Наны, Бекки не заметила ни дыма, ни пожарных машин и решила не торопиться. Она погрузилась в размышления, вспоминая «забавные» мелочи, над которыми они с Наной смеялись. Например, когда Нана положила ключи в холодильник, повесила рулон туалетной бумаги на вешалку для полотенец. Потом начались более серьезные происшествия: Нана оставляла включенной газовую плиту, забывала закрыть кран, из которого вода хлестала в раковину, полную посуды, и в итоге устраивала в кухне настоящий потоп. «Наверное, не стоит жаловаться Робин на Нану, — думала Бекки, плотнее закутываясь в куртку. — Ведь она могла отдать меня в приемную семью или еще куда-нибудь, после того как мама с папой погибли в автокатастрофе, но не сделала этого. — Бекки глубоко вздохнула. — Она все эти годы заботилась обо мне, и вполне справедливо, что теперь я присматриваю за ней».

Бекки ускорила шаг. Октябрь выдался холодный, а до Хеллоуина еще далеко. С каждым днем темнело все раньше, а по ночам становилось холоднее, и ей захотелось быстрее попасть домой. Приближалось время ужина — Нану необходимо покормить. Если она захочет есть, когда будет дома одна, попытается приготовить еду самостоятельно. А Бекки вовсе не хотелось проводить ночь в неотложной помощи, объясняя врачам, как Нана умудрилась обжечься.

— Ты в первый раз, да?

Бекки замерла на месте. Она узнала голос, который сегодня слышала в школе.

Райан Дуган выступил из-за дерева, росшего на краю тротуара. Он прислонился к стволу, вытащил из кармана кожаной куртки маленький предмет, откинул небольшую серебристую крышку…

— Это у тебя зажигалка? — нахмурилась Бекки.

— Ага, — ответил Райан, поднося ко рту сигарету. — А что, тебе не нравятся курильщики?

— Добавляешь черты к портрету типичного плохого парня, — сказала Бекки, поднимая бровь. Ей не понравился его тон. — Кстати, как тебе удалось меня обогнать?

— Переулками, — объяснил Райан, щелкнув зажигалкой. — Ну, знаешь… путь отступления типичного плохого парня. — Он указал куда-то ей за спину. — Если срезать через спортзал и площадку, можно перелезть через забор и быстро пройти почти весь квартал, — сказал он, выпуская клуб дыма.

Бекки отогнала дым рукой и наморщила нос.

— А где ты берешь деньги на сигареты?