Сердце Короля Теней - Сильвия Мерседес

Гхат, мой главный инженер, однажды сказал мне, что, когда настанет конец, Урзулхар падет первым, а весь остальной город вскоре последует за ним. Уж наверное, если священные камни еще стоят, для Мифанара пока есть надежда. Но я их не вижу.

– Арук? – тихо говорит Лур возле моего локтя. Я оборачиваюсь и вижу, что в меня впился ее потрясенный до глубины души взгляд. – Что дальше, Большой Король?

Я не могу выдавить из себя то слово, которое сразу приходит в голову: побег. Теперь это единственная надежда для нашего народа. Мы должны покинуть Подземное Королевство, покинуть наш мир. Найти дорогу в новый дом в каком-то далеком краю. На мгновение я закрываю глаза и мысленно вижу короля ликорнов. Этого вождя полукровок, не имеющего собственного мира. Добывающего пропитание для своего племени в каком-то чужом краю. Такой будет судьба трольдов?

Вместо ответа я пускаю своего морлета в полет. Она прыгает в воздух, а затем шагает по тьме над пропастью к городу. Я направляю ее на улицу под нами. Моему народу нужно увидеть, что их король вернулся. Им нужно знать, что я не бросил их в их последний, отчаянный час. Им нужно знать, что я буду с ними до самого горького конца.

Грохот под ногами здесь еще отчетливее. Часть меня хочет заставить морлета снова взлететь. Вместо того я спешиваюсь, позволяя Гэш исчезнуть, и иду дальше по улице пешком. Лур, леди Парх и горстка ортоларок, которые остались со мной, поступают так же. Мы проходим по арук-дра молчаливой цепочкой. На улицах не звучат ни приветствия, ни фанфары, на разбитых стенах нет дозорной стражи, что возвестила бы о нашем прибытии. Город тих. Требуется совсем немного времени, чтобы понять почему.

– Большой Король! – шипит Лур, подбегая ко мне вплотную. – Вы их видите?

– Вижу, – тихо отвечаю я. До этого момента я надеялся, что мне это мерещится, надеялся, что мой разум, измученный страхом и усталостью, сонно соткал эти образы из ничего. Но это не сон. Это кошмар.

Улицы Мифанара заполнены статуями. Не вырезанными и не вылепленными трольдами-ремесленниками. Живыми статуями.

Ва-джор.

Он повсюду, куда я ни гляжу. Народ, мой народ, с написанными на лицах ужасом, удивлением и отчаянием, застыл в камне. Я уже видел такое прежде. В городе Хокнат произошло то же самое, когда Дети Арраог попытались провести церемонию ва-джора и потерпели неудачу. Его жители были обращены в камень, в то время как внутри бушевала жизнь, угодившая в ловушку. Но как это могло произойти в Мифанаре? Кто мог такое сотворить?

Как только этот вопрос возникает, за ним приходит и ответ: Тарг. Он нашел добровольную жертву. Пред лицом неминуемой катастрофы добровольцев у него, наверное, было пруд пруди. Он провел темную церемонию, накрыл волной магии как хотевших того, так и нет. А я был не здесь и не мог его остановить. Потому что я находился в другом мире, сражался в войне другого мужчины.

Чем глубже мы входим в город, тем шире расходятся вести о нашем прибытии. Трольды подползают к своим порогам, свешиваются из окон. Глухие голоса кричат: «Арук! Спасите нас! Спасите нас от огня! Спасите нас от камня!» Некоторые храбрые души бросаются к моим ногам, рыдая и моля об избавлении, как за себя, так и за своих окаменевших любимых. Лур и Парх грубо оттаскивают их прочь, расчищая передо мной дорогу. Их горькие рыдания заполняют мои уши, но я рад узнать, что не все они угодили под чары ва-джора. Я еще смогу спасти хоть кого-то.

Я ускоряю шаг. Мне нужны ответы. Мне нужно добраться до дворца, найти кого-то, кто сможет мне рассказать, что случилось. Где Тарг? И Рох? Не сомневаюсь, что она тоже была в этом замешана. И Фэрейн… конечно же, она цела. Она человек, не трольд. Ва-джор не должен на нее повлиять.

Я перехожу на бег. Игнорируя крики Лур и Парх за спиной, я мчусь вверх по улице ко дворцу. Перед моими глазами проплывают чужие лица, когда незнакомцы пытаются меня перехватить, тянут ко мне свои цепкие руки. Я уклоняюсь от всех, ни разу не сбившись с шага, пока не приближаюсь к дворцовым воротам.

– Открывайте! – кричу я, хватаясь за решетку и гремя ею. – Откройте и впустите своего короля!

Никто не отвечает. Но меня не задержать. Секундное дело – залезть вверх по прутьям решетки, перебраться через навершия и спрыгнуть во двор на той стороне. Здесь тоже фигуры, окутанные ва-джором, кто-то стоит с поднятыми в ужасе руками, другие – на коленях, склонив голову в молитвенной позе, как будто принимая свою судьбу. Или предвкушая ее.

Зарычав, я поднимаюсь по парадным ступеням к дворцовой двери. Она плотно закрыта, но гремит в своей раме, когда я молочу по ней обоими кулаками.

– Откройте! – реву я. – Откройте своему королю! Открывайте же, я говорю! – Мой голос эхом разносится по двору и растворяется в жуткой тишине. Я разворачиваюсь, смотрю вверх, на стены и укрепления вокруг меня, подмечаю все признаки разрушений и обвалов, свидетельство последних толчков. Мои глаза неизбежно поднимаются выше в поисках балкона Фэрейн, который прежде выходил на этот двор. Его нет.

– Фэрейн, – шепчу я.

Вихрем развернувшись, я вновь колочу по двери, все мои слова тонут в реве. Пять, шесть, девять раз я бью по этому тяжелому камню. Но когда я поднимаю руки для десятого удара, дверь внезапно широко распахивается. Я обнаруживаю, что стою на пороге собственного дома и гляжу в лицо незнакомца. Это мужчина-трольд, постаревший, но все еще по-воински широкоплечий. Его лицо изрезано глубокими морщинами и испещрено шрамами, один глаз затуманен слепотой.

– Кто ты? – вопрошаю я.

Он медленно моргает, глядя на меня.

– Фор, сын Гавра, – говорит он, низко грохоча. – Правитель Мифанара готов тебя принять.

Кровь моя стынет. И вновь мне кажется, будто я угодил в сон. Неуклюжими шагами спящего я следую за незнакомцем в темный парадный зал. Не горит ни один лорст, кроме того, что чужак несет в своей руке. Его сияние выхватывает лица трольдов, обращенные в камень. Моих трольдов. Моих придворных, моих слуг, моих друзей. Все в ловушке ва-джора, неподвижные, но все еще живые.

– Что произошло? – спрашиваю я, мой голос резок и разносится эхом в этом похожем на склеп помещении. – Кто это сделал?

Незнакомец оглядывается через плечо, лорст освещает половину его лица.

– Правитель Мифанара все объяснит.

– И кто же этот правитель? Это Тарг?

Мужчина ничего не говорит. Мне едва удается сдерживаться и не впечатать его в стену,