Изумрудное пламя - Илона Эндрюс

все уляжется, — сказал Коннор. Бич Мексики улыбнулся мне и последовал за женой.

Мама вздохнула, поцеловала меня в лоб и вышла из кухни.

Остались только я и Алессандро.

— Семья, — сказал он.

— Ага.

— Твоя мне нравится больше, чем моя.

— Ты уходишь? — Мне удалось скрыть отчаяние в голосе. Я не хотела, чтобы он уходил. Я хотела, чтобы он остался и обнимал меня, пока я буду спать.

По его лицу пробежала тень.

— Ты хочешь, чтобы я это сделал?

— Нет. Я хочу, чтобы ты остался.

Мы стояли всего в трех футах друг от друга, но внезапно расстояние между нами резко сократилось.

— Ты хочешь остаться? — спросила я.

— Больше всего на свете.

— Тогда оставайся.

Он повернулся ко мне. Мышцы вдоль его челюсти напряглись.

— В чем дело?

— Когда я сказал, что не заслуживаю тебя, я имел в виду именно это. Я не могу дать тебе ничего, кроме себя, Каталина.

— Это все, чего я когда-либо хотела. Я уже сказала, что ничего другого и не жду.

Он открыл рот и закрыл его, не сказав ни слова.

— Алессандро, у меня был ужасный день, и ты меня пугаешь.

Маска, скрывавшая его лицо, упала, порвавшись. Он обнял меня.

— Я твой.

— Пойдем со мной.

Он отпустил меня, и мы спустились в мою спальню. Он последовал за мной и поднял брови, глядя на стену мечей.

— Каталина, мне нравится хорошие клинки, но у тебя могут возникнуть проблемы.

— Тебе нравятся?

— Я обожаю их.

— Хорошо, потому что сегодня мы будем спать здесь. Утром, если ты будешь хорошо себя вести, я позволю тебе потрогать некоторые из них.

— Только некоторые?

Я улыбнулась ему.

— Мы можем договориться

Он ухмыльнулся в ответ.

— Я люблю вести переговоры. Я могу быть очень убедительным.

Я обняла его и поцеловала. От его слов у меня закружилась голова.

— Я тоже могу.

Поцелуй закончился, и он посмотрел на меня дикими глазами.

Было так много причин для беспокойства. Бездна, Шерил, Руна, выдающая меня моей семье, и что Линус будет делать с этим, и расстояние, которое зияло между нами на кухне… я не могла справиться ни с чем из этого прямо сейчас.

Что бы там ни пытался сказать мне Алессандро, это подождет до завтра. Эта ночь была нашей, и я не променяла бы ее ни на что.

Глава 16

Я стояла у тумбы, греясь в струящихся из окна лучах солнца, пила утренний чай и пыталась свыкнуться с присутствием Алессандро на моей кухне. На нем были потертые джинсы и старая футболка, которые он достал из машины. Его волосы были взлохмачены, а подбородок покрывала щетина. Он выглядел ужасно… обычным? Домашним? Я даже не знала, было ли для этого подходящее слово.

Алессандро налил себе в чашку кофе, попробовал и скривился. Рядом с ним на полу сидела обиженная Тень. Она приклеилась к нему едва он вошел на кухню, абсолютно уверенная, что если будет смотреть на него достаточно долго, он непременно уронит для нее что-нибудь вкусненькое.

— Слабый?

— Горький. Где вы его взяли?

Мой телефон звякнул. Сообщение от Патриции.

«Приехал Альберт Равенскрофт».

Почему? Ну зачем, зачем, зачем?

«Мне его впустить?»

«Да. Я поговорю с ним на улице».

— Сейчас вернусь, — сказала я Алессандро.

Он кивнул.

Я прошла к входной двери, Тень посеменила за мной следом. С неба струился солнечный свет, неся с собой тепло. Будет еще один душный день.

Альберт шел по направлению к дому. Он увидел меня и ускорил шаг.

— Чем могу помочь, Превосходный Равенскрофт?

Позади меня распахнулась дверь и наружу высунулся Алессандро, как ни в чем ни бывало потягивая кофе. Слева из своей штаб-квартиры вышел Коннор, с парящей рядом с ним чашкой кофе.

Как ненавязчиво мои бойфренд и зять решили поучаствовать в разговоре.

— Послушай, — начал Альберт. — Я все обдумал. Ничего не изменилось.

У него было угрюмое, сосредоточенное выражение лица.

Коннор прислонился к стене у двери, рассматривая что-то на своем телефоне, взял кружку из воздуха, сделал глоток и поставил ее обратно, просто намекая, чтобы Альберт не забыл, кто был Бичом Мексики.

— Альберт, — мягко сказала я. — Что ты здесь делаешь?

— Между нами что-то есть, Каталина. Нечто особенное. Даже если у тебя черные крылья или какие-то еще, я не хочу тебя терять.

— Черные крылья? — пробормотал Алессандро и вопросительно посмотрел на Коннора.

— Долгая история, — ответил Коннор, не отрываясь от телефона.

— Альберт, этому не бывать. Ты знаешь, почему.

Он покачал головой.

— Мой отец тебя ненавидит, но это не важно. В следующем месяце я уже стану главой своего Дома. Мои родители собираются отойти от дел и уехать на побережье. Патрик продолжит учиться в университете Флориды. Здесь будем только ты и я. Я очень хочу, чтобы все получилось.

— Я понимаю, но я не люблю тебя. Я не воспринимаю тебя таким образом.

Он сжал челюсти. Этот разговор прошел бы намного проще без незваных зрителей.

— Есть кто-то другой? — спросил Альберт.

— Да.

— Это он? — Альберт посмотрел на Алессандро.

— Да.

Выражение Альберта ожесточилось. Похоже, он принял для себя решение.

— Я не знаю, кто ты такой, и мне это не интересно. Тебе лучше уйти.

Голос Алессандро остался все таким же расслабленным.

— Или?

Альберт казался захваченным врасплох.

— Уходи. Это последнее предупреждение.

Коннор Роган улыбнулся.

Я вложила в свой голос некоторую резкость.

— Альберт, твое приглашение в этот дом отозвано.

Его взгляд впился в Алессандро.

— Нет, я все улажу, а потом мы поговорим.

— В любое время, — ответил Алессандро.

— Хорошо. Я тебя предупреждал.

Из Альберта вырвался направленный поток силы. Он не был направлен на меня, но я почувствовала его отголосок. Страх. Сильный, ослепляющий, всепоглощающий страх.

Даже если бы у меня были к нему чувства, это положило бы им конец.

Ментальный поток ужаса обрушился на Алессандро, но тот лишь невозмутимо пригубил кофе.

— Я все еще жду.

Альберт изумленно уставился на него. Нормальный человек бы уже бился в слепой панике.

Ледяная, мощная магия закружилась вокруг Альберта. Он обрушил на Алессандро шквал яростных ударов. Паника, боль и отчаяние слились в непреодолимое желание бежать. Это был ошеломляющий залп.

Наконец, атака утихла.

На лбу Альберта выступил пот.

— Антистази. — Он выплюнул это слово, словно оно было гнилым.

— Да, — подтвердил Алессандро.

Альберт сощурил глаза.

— Не важно. Я расправлюсь с тобой голыми руками.

— Да пожалуйста. — Алессандро протянул мне свой кофе. — Не подержишь его минутку?

Я выставила вперед руку.

— Альберт, то, что ты делаешь — повод для вражды. Я не люблю тебя,