Лили Сент-Кроу - Странные ангелы

Странно, но двигатель урчал ровно и уверенно. Старая добрая американская железяка! Папин бумажник оттягивал карман куртки, словно с упреком напоминая, что грузовик придется бросить.

— Ну что, Дрю? — повторил вопрос Кристоф, внимательно изучая руль. — Станешь послушной девочкой и снова пойдешь в школу?

Зачем он спрашивает? Мне ведь некуда податься, и ему это известно. А вслух я задала встречный вопрос:

— А как насчет Грейвса?

Грейвс метнул в мою сторону быстрый взгляд. Не знаю, читалась ли в нем благодарность, но я твердо решила, что без лучшего друга никуда не поеду! Он действительно стал мне очень дорог, как и мамин медальон, папин бумажник и весь скарб, набитый в грузовике! Дороже их у меня ничего и никого нет!

По лицу Кристофа пробежала легкая тень. Прежде чем ответить, он выдержал эффектную паузу, то ли испытывая мое терпение, то ли давая понять, что думает обо мне и моих вопросах. Вполне вероятно, его подмывало напомнить, что идти-то мне все равно некуда, хоть с Грейвсом, хоть без него.

— Он может поехать с тобой, — наконец удосужился ответить дампир. — В Школе есть оборотни и даже парочка лупгару, так что наш приятель будет себя чувствовать не хуже остальных. Товарищи обучат его всему, что знают сами.

Вот и хорошо!

Я энергично кивнула и сразу почувствовала, как заныла шея:

— Тогда я еду.

— Отлично. — Он прибавил газу. — И на будущее запомни: в следующий раз, когда я попрошу отдать ключи, выполни мою просьбу без ненужных споров.

Не думаю, что Кристоф жаждал услышать мой ответ, поэтому я мудро промолчала. Грейвс придвинулся ближе, и я нисколько не возражала, наоборот, сама крепко обняла его. Теперь все равно, какая часть тела заболит в следующий раз, ведь когда жизнь идет наперекосяк и ты разваливаешься на кусочки, самое главное — покрепче прижаться к родному человеку! Что может быть лучше?

Мы выехали со двора через выбитые ворота, витиеватый рисунок которых выглядел так, будто побывал в огне. Кристоф повернул налево и на дороге прибавил газу. Слева тянулась каменная стена, по-прежнему падал снег, но небо стало светлее. Даже кое-где сквозь тучи пробивались солнечные лучи.

— И погода изменилась, — тупо заметила я.

— Все из-за Сергея, — откликнулся Кристоф, и этих слов оказалось достаточно, чтобы промолчать остаток пути.

На что еще способны вампиры?

Действительно ли отец преследовал Сергея, потому что тот убил маму?

Что нового я еще узнаю в Школе? Как ходить по снегу, не оставляя следов, и как взлетать над землей во время драки?

Жаль, если не научат тому, что меня действительно интересует. В голове мелькнула трусливая мысль, что я никогда не научусь тому, к чему стремлюсь.

Как только закончилась каменная стена, Кристоф резко свернул с дороги. Я вся подобралась: впереди стали появляться канавы и довольно глубокие овраги, но грузовик смело преодолевал их, а потом, по колеса в снегу, поплыл по белоснежной глади поля. Железную махину трясло на бездорожье, а треснувшее лобовое стекло запотело от нашего дыхания.

Мы долго ехали по полю, потом Кристоф быстро обследовал округу, поворачивая голову в разные стороны. По испачканным кровью волосам снова пробежали всполохи, но дампир вовсе не был похож на раненого бойца.

— Ну вот. — Он резко затормозил, и грузовик остановился. — Сейчас подлетит вертолет, а вы пока вылезайте и ждите.

— Прямо здесь? — Видимо, Грейвс не пришел в восторг от поступившего предложения. — Хочешь бросить нас посреди поля в метель?

Господи, когда эти два дурака перестанут грызться друг с другом?! Я потянула Грейвса за рукав плаща и попросила:

— Пойдем.

Дотянулась до дверцы и толкнула ее. Она открылась с протестующим скрипом, и ледяное дыхание зимы ворвалось в салон. Температура воздуха стремительно падала, а я, кажется, заболевала, но сейчас не время задумываться об этом.

— Как скажешь, Кристоф, — сварливо пробурчала я, хотя честно старалась, чтобы голос звучал дружелюбно и приветливо.

Кроме того, я вдруг услышала то, что услышал и дампир: быстро приближающиеся звуки, хорошо знакомые по боевикам.

— Дрю! — Кристоф перегнулся через сиденье, его губы скривились. Хорошо, что ветер развеял аромат яблок, а то бы я не выдержала. — Дрю, прости! Я…

Нет, не желаю слушать извинений! Он, конечно, не открыл мне всей правды, но ведь и я хороша: бросила его одного на верную смерть. Мы теперь квиты, особенно после того, как он сразился с самым могущественным вампиром, который охотился за моей жизнью. Сергей уж точно расправился бы со мной, а заодно и с Грейвсом, не вмешайся вовремя Кристоф!

Да и что тут скажешь, когда к тебе приходят на помощь и спасают от страшной смерти от клыков вампира? Правильно, любые слова прозвучат фальшиво.

— До скорой встречи, Крис!

Грейвс без возражений вылез за мной из грузовика.

Как тяжко разгибаться, чувствуя боль каждой клеточкой тела! Шея совсем онемела и не хотела поворачиваться, а оказавшиеся по колено в снегу ноги, казалось, грызла старая знакомая, огненная собака, черт бы ее побрал! Я осторожно повернулась, стащила сумку с сиденья и захлопнула дверцу, не желая больше слушать объяснения Кристофа.

Грузовик не трогался с места, а хлопающие звуки все приближались. Наконец показался и сам источник шума: красно-белый вертолет — одинокое яркое пятно на раскинувшейся вокруг нас снежной пустыне. Вдали каменный забор сливался с горизонтом, а сам дом и город почти исчезли из вида в снежной пурге. Ледяной холод заполз в легкие кроссовки и острыми иголками принялся колоть ноги.

Через несколько секунд в воздух взметнулись комья снега, и вертолет начал снижаться. Я перекинула лямку сумки через голову и прикрыла глаза рукой, защищаясь от летящего в разные стороны снега, и едва не пропустила момент, когда открылся люк. Из него на землю выпрыгнула чья-то фигура, согнулась пополам и побежала в нашу сторону.

Наконец грузовик отъехал, а я вдруг заметила, что до сих пор сжимаю в руках пистолет, вот только не могу вспомнить, на предохранителе он или нет. Пришлось проверить. Все-таки глаза боятся, а руки делают: предохранитель был на месте. За это время таинственный человек из вертолета добежал до нас.

Им оказался кареглазый паренек в оранжевом пальто. Густая шевелюра курчавых каштановых волос припорошена снегом, поскольку он не потрудился накинуть на голову капюшон.

— Вот черт! — закричал он, стараясь перекричать шум от вращающихся лопастей вертолета. — Оружие лучше отдайте мне.

Как скажешь!