И в горе, и в радости - Эйвери Блесс

Как же все не вовремя. И что ему ответить? В любом случае становиться той, кто придумал в этом мире взрывчатку, я не хотела. А раз так, то всю правду говорить не стоит. Но и откровенно врать не хотелось. Поэтому, в надежде на помощь, я посмотрела на Гвиду. Она мудрая женщина и наверняка что-то да придумает. Вот она и придумала.

- Неудачный эксперимент. Но все обошлось.

- Эксперимент?

Уточняя, Ок'Тарнер с недовольством посмотрел сначала на заставленный мензурками стол, а после на черпак в моей руке.

- Чей?

Ответ Адер понял по взглядам знахарки и служанки, направленным в мою сторону. Вот и пришлось начинать оправдываться.

- Я просто продемонстрировала Уле, что с некоторыми реагентами надо быть очень осторожной, а еще лучше, вообще, их не трогать.

- Оставьте нас.

Стоило магу отдать приказ, как даже своенравная Гвида, не желая попадать под горячую руку, довольно быстро его исполнила. Про Улю и говорить не приходится. Я бы также последовала за ними, вот только кто меня отпустит. А тем временем муж, в очередной раз пробежавшись взглядом по комнате, требовательно произнес.

- Дорогая, мне кажется, нам надо с тобой серьезно поговорить.

51

- Кто ты?

Вот так, прямо не в лоб, а полбу.

- Э-эээээ.

Я не сразу поняла, о чем идет речь и к чему вопрос. В то, что меня раскусили, верить не хотелось. Да что уж там. Я откровенно надеялась, что просто не так поняла Адера. Возможно, он имеет ввиду что-то... что-то... блин, других мыслей, кроме той, что я все же себя выдала, у меня не было. Но вот так сразу же начать о себе рассказывать, все равно была еще не готова. Да и, возможно, баннерет просто блефует или берет меня на понт. Да, скорее всего, так и есть. Ведь доказательств у него нет. Или все же есть? В любом случае, в эту игру могут играть двое. Кроме того, если уже начал ломать комедию, то доводить ее надо до логического финала и, желательно, не превращать в драму или трагедию.

Состроив самое невинное лицо, на которое только была способна, разве что, не хлопая ресницами, я удивленно посмотрела на своего мужа и тихо произнесла.

- Дорогой, с тобой все хорошо? Я же жена твоя - Одарита Ок'Тарнер. А ты - баннерет Адер Ок'Тарнер. Мы поженились несколько дней назад. Неужели ты об этом забыл?

Произносила я слова медленно, как будто разговаривала с ребенком или не совсем здоровым человеком. И ведь я даже не соврала. Все меня считают Одаритой и да, я его жена, так что с недавнего времени Ок'Тарнер.

Услышав мой ответ, маг, хмыкнув, сделал несколько шагов вперед и присел около ошметков от листов, лежащих на полу. Отодвинув их в сторону, он провел рукой по слегка потемневшей поверхности, явно делая для себя какие-то выводы, после чего выпрямился. Наши взгляды вновь встретились. По серьезности его лица я поняла, что игры закончились.

- Одарита О’Салкарн десять лет провела в монастыре послушницей, особо не демонстрируя выдающихся способностей. А это далеко не пансион, где девушек обучают хоть чему-то полезному в обиходе, ведению имения и подержания светской беседы. А все потому, что ей уготовлена была роль монахини. А это значит, что ее научили лишь читать, чтобы она могла изучать святое писание, писать, для переписывания рукописей, минимальным навыкам счета и ухода за больными в доме милосердия при храме. Это, пожалуй, все.

Закончив свою речь, Адер подошел к столу и стал внимательно рассматривать то, что на нем стояло или лежало. И, конечно же, он заметил небольшую стопку исписанных листов. Во избежание повтора ошибок, сделанных сегодня, последовательность производимых экспериментов я записывала. Также вела запись всего, что получалось вспомнить из своих знаний. Ведь со временем часть из них наверняка начнет забываться. А еще я записывала свои мысли о том, что можно было бы сделать, чтобы наладить жизнь в Дюршарсе, а также с помощью чего, в будущем, можно улучшить свое финансовое положение. Вот только прочесть эти записи, кроме меня, никто не сможет. А все потому, что вела я их на своем родном языке, а не на местном.

А тем временем маг продолжил философствовать.

- Я вполне могу допустить, что какие-то нюансы упустил и не знаю. Все же в женском монастыре мне не приходилось бывать. Но я все равно сомневаюсь, что послушниц учат там иностранным языкам, обществознанию, кузнечному и строительному делу. Тем более алхимии. И что-то мне подсказывает, что это далеко не все, чем ты можешь удивить. А раз так, то возникает вопрос. Кто ты? Ведь Одарита, воспитанная в монастыре, всего этого не может знать. И эти знания также не являются тайной ее рода. Иначе барон уже давно бы их использовал для своего обогащения.

Положив исписанные мной листы назад на стол, баннерет обернулся и пристально посмотрел мне в глаза.

- Так все же, кем ты была до того, как стала Ок'Тарнери и где Одарита О’Салкарн? Интересуюсь я этим вопросом не из праздного любопытства, а потому, что перед богами поклялся тебя защищать и оберегать. Вот только делать это, когда не знаешь, откуда, а точнее от кого ждать неприятностей, довольно сложно. При этом я сильно сомневаюсь, что обладающую столькими талантами девушку никто из "обеспокоенных" родственников не ищет. А раз так, то мне бы заранее хотелось знать, кто следующий появится около наших дверей и начнет выдвигать мне всевозможные требования и предъявлять претензии.

И кого я обмануть хотела? М-да. Радует в сложившейся ситуации лишь то, что меня не обвиняют во всех смертных грехах. Адер, в принципе, на удивление спокоен. И даже не подгоняет меня с ответом, позволяя собраться с мыслями. А так как виноватой я себя ни в чем не чувствовала, то, сев на стул, спокойно посмотрела ему в глаза и честно ответила.

- С моей стороны не будет никаких заинтересованных родственников, так как их просто нет в этом мире. А звали меня Таращанская Дарьей Ивановной. Ну а Одарита, вероятнее всего, умерла, когда упала в реку. Я также погибла в своем мире. Вот только мне очень хотелось жить. Поэтому моя душа боролась до последнего и рвалась назад. Как так получилось, что я очутилась в теле этой девушки, а не в своем, сказать не могу. Просто упала в