Анна Тарасова - Нить судьбы

Приехав домой, высший вышел первым и подал Лине руку, помогая выйти ей из машины. Она пытливо посмотрела на него, неужели до сих пор злиться, но Марк ответил гневным взглядом и девушка понуро опустила голову. Да, он до сих пор сердится.

— Иди к себе, — коротко приказал он ей, — Я приду позже и мы все обсудим.

Девушка кивнула, подчиняясь, и медленно направилась в дом.

Встретив у дверей Софи, она отказалась от ужина. Есть не хотелось. Поднялась к себе, уселась на подоконник и стала ждать, когда придет понтифик.

Вскоре у ворот появился джип Фила. Охрана пропустила его на территорию особняка, парень припарковал машину рядом с лимузином и быстро поднялся по ступенькам в дом.

До Алины доносились спорящие голоса: возмущенный Марка и оправдывающийся Филиппа. Девушка хотела было спуститься вниз и заступится за друга, но потом решила, что пусть сами разбираются. В конце концов, Фил его ученик и не ее дело, за что наставник его ругает. Что ей сейчас требовалось — это как следует подумать, что делать дальше. Поняв, что разнос из-за ее опоздания откладывается, она решила для начала принять ванну. Там она сможет расслабиться, подумать о происшедшем и о том, как жить дальше в условиях тотального контроля.

Девушка сбросила туфли у двери, на пол полетели брюки, рубашка и в одном нижнем белье пошла в ванную. Пустила воду, добавила любимой пены с яблочным ароматом, разделась и забралась в горячую ванну. Закрыла глаза.

Пальцы нежно коснулись щеки.

— Я беспокоился за тебя.

Лина медленно открыла глаза. Марк все в том же костюме, в котором приехал за ней в ресторан, сидел рядом на бортике ванны и задумчиво вертел в пальцах пряди ее волос.

— Тебя вовремя не было дома. Я заволновался, стал звонить тебе на сотовый. Но слышал лишь, что абонент недоступен. Что я должен был подумать?

— Телефон? — Лина вдруг вспомнила, что мобильный-то действительно столько времени молчал. Учитывая, в каком состоянии приехал понтифик в ресторан, ее телефон должен был разрываться от звонков и сообщений, — Он там, в сумке, принеси, пожалуйста.

Тот лишь горько усмехнулся.

— Я уже проверил. Ты опять забыла его зарядить, — Марк чуть помолчал и продолжил, — Я не знал, где тебя искать, ты же не указала, куда именно едешь. Дозвонился до Фила.

— Марк, я не думала, что так получится, — подняла она голову.

Волосы от пара прилипли к шее и лбу, на лице выступила испарина.

— Знаешь, что меня испугало? — Марк дотронулся до ее лба и отбросил пару прядок челки.

Она отрицательно покачала головой.

— Что потерял тебя, — он провел пальцем по ее верхней губе, стирая капельки пота, — Что с тобой что-то случилось, на тебя напали адепты. Да мало ли, война же идет, а ты маленький, хрупкий человечек. И где тебя искать, куда бежать на помощь?

Лина слушала его молча.

— Не скажу, что мне это понравилось!

Девушка встретилась с ним взглядом.

— Марк, я не… — она попыталась было попросить прощения, но слова застряли в горле.

А что тут еще скажешь?

— Но что меня действительно бесит больше всего, — внезапно резкий голос вампира заставил ее сжаться, — так это то, что тебе совершенно наплевать на это все! На мою тревогу, беспокойство и желание уберечь от беды!

— Марк, но ведь ничего не случилось! — она невольно возмутилась на его злость, — Филипп за нами наблюдал, он бы пришел на помощь, если что.

— Филипп — всего лишь слабый мальчишка! Молодой, бестолковый и почти бессильный! Со своей подружкой он может поступать, как захочет, но твоей жизнью рисковать он не имеет права! — Марк снова обозлился, — Ты отказалась от машины и телохранителя! Я поверил, что ты действительно быстро добежишь до метро и будешь всегда среди людей…

— Марк, но я ведь так и сделала. И из ресторана никуда не отлучалась!

— Ты должна была быть дома ровно, как обещала!

Лина обозлилась. Брови нахмурились, губы стали тонкими от еле сдерживаемого гнева.

— Но ведь ты не был против моего выхода! Тогда не надо было вообще разрешать!

— Я поверил, что ты выполнишь свое обещание! — гневно ответил он.

— Марк, ну, в самом деле! — она тоже еле сдерживалась, — Ну что я такого ужасного сделала? Всего лишь задержалась на полчаса!

Его глаза буквально почернели от злости.

— Я за тебя волновался! — он четко произнес каждое слово, — Это для тебя совсем ничего не значит?

— Значит, очень значит! Но ты не можешь постоянно контролировать меня! — она тоже повысила голос.

— Могу и буду! — жесткий ответ едва не довел Лину до слез. — Повторяю, больше из дома никуда! И сегодня же приставлю к тебе охрану!

— Марк, я искренне надеюсь, что ты шутишь так!

— Мне не до шуток! — понтифик поднял к себе ее голову за подбородок, — Это приказ!

— Марк!!!

— Не обсуждается! — отрезал он.

— Ты не можешь мне приказывать!

— Вообще-то могу, — он ей холодно улыбнулся, — Я твой хозяин!

Он взял ее руку и повернул запястьем вверх, чтобы показать клеймо.

— Из дома без моего разрешения — ни шагу!

Лина уже не злилась на высшего. Она была в бешенстве.

Девушка встала, дотянулась до банного халата и набросила его на мокрое тело. Руки дрожали от злости, губы кривились в злой усмешке.

Надо же, как заговорил! Хозяин! Владелец!

Поначалу как пел — люблю — не могу жить, ты мое счастье!

А теперь что — хозяин? А она тогда кто, получается? Вещь? Имущество? Табуретка?

Девушка бросила на мужчину злой взгляд и вылетела из ванны.

Когда он вышел вслед за ней, Лина уже стояла у окна, сложив руки на груди.

— Лина, ты не понимаешь!

Она обернулась к нему. Лицо холодное, глаза прищурены.

Марк взбешенно заходил из угла в угол по комнате.

— Ты не понимаешь! — повторил он, — Я не могу тебя потерять! Ты единственное существо в этом мире, кому я полностью доверяю. И что мне делать, если тебя схватят? Если меня будут тобой шантажировать? Война идет, неужели ты не понимаешь таких элементарных вещей?

— Конечно, понимаю, — язвительно проговорила она, следя за ним, — Господин понтифик боится за собственную шкуру!

— Лина! — он прикрикнул на нее. Когда девушка переходила к такому язвительно-холодному тону, это значило, что она в последней стадии злости, — Ты не права!

— А что — Лина? Правда глаза колет? Великий понтифик, древний высший боится, что его могут заставить выполнять какие-то требования!

— Я боюсь не их, а за тебя!

— Да неужели? — повысила голос девушка. Нервничая, она теребила пояс на халате, то почти распуская узел, то туже его затягивая. С мокрых волос вода капала на светлую ткань, оставляя на ней темные дорожки.