Ольга Иванова - Сквозь пыль столетий

И в подтверждение его слов где-то на другом конце города прозвучали первые взрывы. От этого дикого противоестественного звука у Ксени все сжалось внутри, а сердце забилось в такт метроному.

— Катерина, поедешь с нами в кабине, от греха подальше, — отрывисто, но твердо скомандовал Василий Степанович. — Запрыгивай, давай… Николай, помоги девке…

Но Ксеня сама, не дожидаясь помощи, проворно заскочила в кабину и вжалась всем телом в сидение. Коля вскоре тоже сел рядом с ней, а Василий Степанович занял свое место за рулем.

— Ну, с Богом, ребятки, — тихо сказал он и вдруг перекрестился, после чего нажал на газ, и машина тронулась. — Главное, не попасть по дороге под обстрел… Дорога-то тоже не вся наша…А нас ждут раненые солдатики…

Ксеня, вся внутренне сжавшись, закрыла глаза и начала мысленно с исступлением повторять: «Господи, пожалуйста… Господи, пожалуйста… Прошу тебя, Боженька…»

Долгое время дорога шла вдоль железнодорожных путей, а после свернула в лес. Ксеня заметила, как напряженная до этого момента спина Василия Степановича расслабилась, а взгляд стал более спокойным, и он даже начал что-то напевать себе под нос. Коля тоже слегка оживился и завертел головой по сторонам. Похоже, они миновали опасный участок, и можно было вздохнуть с облегчением, но Ксеня продолжала нервничать.

Вскоре лес стал редеть, а впереди появился просвет и на пути начали попадаться солдаты. «Наши» солдаты. Некоторые из них приветственно махали их машине. Василий Степанович проехал еще немного и наконец остановил грузовик на зеленой поляне, залитой мирным солнечным светом. Коля первым выпрыгнул наружу и протянул Ксене руку. Она нехотя вынырнула из кабины и первым, кого увидела, был Артем. Он стоял, приткнувшись к стволу дерева, и что-то ел ложкой из металлической глубокой тарелки. И, конечно же, он тоже был в солдатской форме.

Заметив ее, парень тут же отставил тарелку прямо на землю и кинулся к ней.

— Темочка, — всхлипнула Ксеня и обняла его, чувствуя, как по щекам побежали слезы.

— Тише, Ксюха, тише, прекрати, — Артем начал успокаивающе гладить ее по спине. — Все хорошо… Мы теперь вместе… И Игорь тоже здесь…

— Правда? — Ксеня просияла, взглянув на друга.

— Правда-правда, — усмехнулся тот.

— Где он?

— Он сейчас у начальника штаба… А ты лучше вытри слезы, а то на нас уже начали косо поглядывать…

Ксеня оторвалась от Темы и быстро стала смахивать слезы.

— А меня обнять, Катюшка, а? — раздался звонкий женский голос, и Ксеня увидела, как к ней спешит улыбающаяся молодая женщина. Она была среднего роста, худенькая, с рыжими, как огонь, волосами, которые ко всему прочему еще и вились. — Тимофея обнимаешь, а подругу свою? — женщина обхватила Ксеню за плечи и, чмокнув в щеку, на несколько секунд крепко прижала к себе. — С возвращением… Тебя уже все заждались, особенно твой Мирохин… Все время, пока тебя не было, ходил сам не свой…, - при этом она заговорщицки ей подмигнула.

— А что, Тонечка, мы как раз к обеду, как я вижу? — подошел к ним Василий Степанович, радостно улыбаясь.

— Как видишь, Степаныч, — с веселым задором ответила та.

— И чем нынче кормят солдата? — продолжал в тон ей водитель.

— А ты, Степаныч, не знаешь, где наша кухня что ли? Пойди туда и спроси у Петьки, что он там сегодня накашеварил! Я-то еще к обеду не приступала, знаешь ли… У меня там связь не на кого оставить… Вот только ради Катьки и выбежала на секундочку… Ну и в правду пойду, а ты, — она снова повернулась к Ксене, — иди поешь с дороги, а после меня заменишь ненадолго, идет?

— Хорошо, — кивнула Ксеня и даже улыбнулась: ей определенно понравилась эта рыжеволосая заводная девушка.

— Я провожу тебя, — громко сказал Тема. — До кухни.

— Ой, гляди, Тимоха, — шутливо погрозила ему пальцем Тоня, — чтобы Мирохин к тебе Катьку не приревновал!

— Я по-дружески! — засмеялся Тема. — Он поймет…

— Ну смотри, — с улыбкой покачала головой Тоня и, ловко спрыгнув в вырытую траншею, скрылась в блиндаже.

И окоп, и блиндаж Ксеня заметила только сейчас, и при виде них вновь неприятный холодок пробежался по всему ее телу. А на пути к полевой кухне она обнаружила, что все вокруг в разных направлениях сплошь изрыто этими самыми траншеями, в которых и шла основная жизнь солдат. Они напомнили Ксене улицы, со своими переходами и поворотами, мостами-перекрытиями и домиками-землянками.

У полевой кухни царило оживление. Солдаты, получив свою порцию от повара, собирались поблизости небольшими группами и обсуждали какие-то свои дела за обедом. Кто-то даже смеялся и рассказывал анекдоты.

— Как они умудряются не падать духом в такое время, — сдавленно проговорила Ксеня, поглядывая на них. — Когда кругом война… Когда они могут в любую секунду погибнуть… Как они находят силы жить с этим?..

— У них нет другого выхода, — непривычно серьезно ответил Артем и протянул ей тарелку, в которой оказалась пшенная каша. — Давай и мы отойдем в сторонку… Я тебе в двух словах обо всем расскажу. А то я вижу, ты в полной дезориентации, — тут он все-таки улыбнулся.

— Да, — протяжно вздохнула Ксеня, направляясь к свободному пяточку под высокой сосной. — Мне ужасно не по себе… Понимаешь, я всю жизнь, с детства боюсь войны…

— Но это естественно для любого человека, — пожал плечами Тема. — Все боятся войны. И я тоже.

— Но я боюсь ее панически, — угрюмо возразила девушка. — Просто, в детстве у меня была подружка, у которой, в свою очередь, бабушка ребенком пережила эту войну… Как раз в Ленинграде, их с семьей не успели эвакуировать до блокады… Так вот она нам с подругой столько рассказывала об этом, в подробностях, что, казалось, мы были пропитаны всеми этими ужасами… Мне даже одно время снились кошмары по ночам после ее рассказов… Этот страх, наверное, въелся в мою кровь… Я даже фильмы про войну не могу смотреть спокойно, стараюсь переключить…

— Ты просто очень впечатлительная, — потрепал ее по плечу Тема. — С хорошо развитым воображением…

— Да, мне все об этом говорят, — печально усмехнулась она. — И мне от этого совсем нелегко… Особенно сейчас… Ладно, это мои проблемы. Вводи меня в курс дела…

— Ввожу, — улыбнулся Артем. — Ты у нас — санинструктор стрелковой роты, прибыла только что из госпиталя, где проходила лечение после легкой контузии, полученной месяц назад во время одного из боев. Кстати, ты должна будешь зайти к командиру роты и сообщить о своем возвращении.

— Каким образом? — нахмурилась Ксеня.

— Скажешь что-нибудь типа: «Товарищ капитан, сержант Пелевина прибыла в ваше распоряжение или в часть из госпиталя для дальнейшего прохождения службы». Кстати, ты находишься в подчинении только у командира роты, его зовут, если не ошибаюсь, Комаров Виктор Александрович. Ты сама — командир санитарного отделения, тебе в подчинение во время боя положено выделять четверых солдат в качестве помощников-санитаров, выносить раненых с поля боя…