Shinmaya - Амариллис

— Гарри, я вижу, ты все-таки пришел, — сказал Драко мягко.

— Да, меня тронуло твое послание, — гриффиндорец приблизился к блондину.

— Несомненно, — Драко все так же сладко улыбался. — Чего ты боишься, Гарри?

Блондин сделал жест, приглашающий Поттера опуститься к нему на колени, а когда тот сделал это, Малфой обвил его руками за талию.

— Я люблю тебя, — прошептал он на ухо гриффиндорцу.

Гарри не выдержал; он крепко обнял слизеринца за шею и прижался к нему всем телом.

— Знаешь, я уже хотел выпить одно зелье… — тихо сказал он. — Чтобы возненавидеть тебя… Ты все-таки решил, что мы будем вместе?

— Конечно, — прозвучал над ухом Гарри приторный голос.

— Малфой? — гриффиндорец чуть отстранился и пристально посмотрел в мутно-серые глаза Драко — Ты не пьян?

— Еще нет, но у меня была такая идея, — промурлыкал блондин и потянулся к бокалам с вином стоящим на столике рядом с креслом. Он протянул один Гарри. — Пьем за нас, Поттер?

Было в поведении Малфоя что-то неестественное, что-то немалфоевское и жеманное. Что-то, что не давало Гарри покоя…

«А когда это мне было спокойно с Малфоем?» — спросил себя Гарри и сделал глоток. Вино было приторное, как голос Драко, шептавшего ему на ухо всякие глупые нежности. Гарри почувствовал, как кружится голова…

А потом стало очень светло…

Кто-то смеялся, кто-то звал его…

— Поттер?

— Глядите-ка, это Поттер!

— И, правда, Мальчик-который-выжил…

И кто-то ласкал его. Нежно, покрывая пылкими поцелуями каждую клеточку кожи. Этот кто-то не был Драко Малфоем. Но Гарри нравились его ласки. Голова кружилась, все плыло перед глазами, и он был до предела возбужден…

Библиотека, Астрономическая башня, совятня, оранжерея, Большой зал. Драко обыскал весь Хогвартс, заглянул во все классы, Поттер как сквозь землю провалился. Малфой не знал, что делать. Не спрашивать же у гриффиндорцев, в самом деле?

«Вот так и проявляй альтруизм. Я, понимаешь ли, хочу объясниться, а его нет нигде! Да что ж это такое?!»

Следом за Драко из Зала вышли Грейнджер и Уизли. Драко, не церемонясь, подошел к Гермионе и взял ее за локоть.

— Грейнджер, на два слова, — заявил он, оттаскивая ее в сторону и, вынув палочку, наставил ее на возмущенного Рона. — Ни шагу, Уизли. Стой, где стоишь.

— Чего тебе надо? — недружелюбно спросила Гермиона.

— Где Поттер? — тихо задал вопрос Драко.

— Как где? — девушка с удивлением уставилась на него. — Ты же пригласил его на вечеринку. Он, вероятно, уже там.

— Какая вечеринка? — Драко опешил. — Я же еще не совсем спятил — отдавать Поттера на съедение змеям?!

— Так это не ты прислал ему записку? — Гермиона в ужасе прижала руки ко рту. — Малфой, из-за тебя у Гарри большие проблемы…

— Я уже и так это понял, — Драко опустил палочку и бегом кинулся в подземелья.

У входа в гостиную, прислонившись к стене, стоял Забини. При виде Драко он мерзко ухмыльнулся и вынул руки из карманов.

— Ты дашь мне пройти, или я тебя прикончу? — сходу задал вопрос разъяренный Малфой.

— Я дам тебе пройти, — медленно произнес Забини. — Но сначала расскажу тебе о том, что там происходит, чтобы ты не наделал глупостей. Помни, Поттер может пострадать…

— Блейз! — не то гневно, не то с мольбой воскликнул Драко.

Темноволосый слизеринец сделал решительный шаг к Малфою и прижал его к стене. Тот не сопротивлялся.

— Что ты задумал на этот раз? — спросил он Забини.

Блейз рассмеялся, задев легким дыханием шею блондина, и провел тонким пальцем по его губам.

— Какой ты красивый, Драко, — сказал он. — Тебе так идет этот румянец.

— Прекрати, — Малфой резко ударил его по руке. — Либо говори, что происходит, либо дай пройти.

— Что ж, пожалуй, — Блейз продолжал ухмыляться. — Там внутри Поттер. И весь факультет. Нет-нет, его никто не трогает. Только мой маленький друг с ним немножко развлекается. А Поттер стонет и зовет тебя, представляешь, как все удивлены?

Драко почувствовал, как сильно бьется сердце, и кровь приливает к щекам. Поттер там, внутри. Один, в окружении слизеринцев. Которые его ненавидят, быть может, мечтают убить… И теперь они все знают, что между ними что-то происходит…

— Понимаешь, к чему я клоню? — спросил Забини.

Драко кивнул.

— Ведь они ужасно разозлятся, правда? — голос Блейза был сладким, как мед, а черные глаза прожигали взгляд Драко горячим ядом. — Когда узнают, что ты за их спиной завел роман не с кем-нибудь, а с самим Гарри Поттером. Из-за которого родители многих находятся в розыске… Конечно, они поймут и простят тебя, если узнают, что ты всего лишь использовал его как подстилку, а теперь вышвырнешь вон… В противном случае пострадает не только Поттер, но твое положение. Ты больше не будешь королем Слизерина…

— Чего ты от меня хочешь, Забини? — спросил Драко хриплым от волнения голосом.

— Я? — усмехнулся Блейз. — Ничего. Просто мы сейчас войдем туда, а ты сам решишь, что сделать — кинуться на выручку Поттеру или выкинуть его из гостиной, посмеявшись над ним. Меня устроят оба варианта, в любом случае ты будешь сломлен, милый. Только в первом случае тебя физически уничтожит факультет, быть может, даже сам Лорд, когда до него дойдут слухи о том, что ты сделал, а во втором — тебя возненавидит Поттер. И ты будешь мучиться один на один с самим собой.

Драко вздрогнул. Он понимал, что Забини прав, и у него есть только два варианта — придти на помощь Гарри или оттолкнуть его. Ради его же, Гарри, блага, конечно.

— Зачем ты это делаешь? — спокойно спросил он Блейза.

— Ты сам прекрасно знаешь, — ответил тот. — Если бы ты не был таким самоуверенным, Драко. Если бы ты понимал, что это низко и подло — насильно заставлять людей делать то, что ты хочешь, этого бы не было. Я не подлец, Драко, я просто умею мстить. Помнишь, что ты сделал в прошлом году?

Малфой кивнул.

— Любишь квиддич, Пьюси?

— Конечно.

— Вот, его в твоей жизни больше не будет, если ты хоть раз приблизишься к нему ближе, чем на метр.

— Мы всего лишь друзья, Малфой.

— А мне плевать. И квиддич — только начало, Пьюси, только начало…

— Так поступать нехорошо, Драко, — прошептал Блейз на ухо блондину. — И кто-то же должен проучить тебя, правда? Ну что, теперь идем?

Малфой снова лишь молча кивнул и двинулся следом за Блейзом, отчаянно пытаясь придумать выход…

Он хотел отвернуться, чтобы не видеть этого. Его Гарри лежит на диване. Полураздет. В объятьях развратного мальчишки. Ему нравятся ласки Юнатана. Когда кудрявый слизеринец ласкает губами его грудь, он громко стонет: