Тать на ваши головы - Екатерина Александровна Боброва

гостиную, распугав зверским выражением лица горничных. Запнулся о мою иронично вздернутую бровь и притормозил с расправой, дожидаясь, пока свидетели монаршего гнева уберутся вон, оставив нас наедине.

Н-да… моя репутация все так же оставляла желать лучшего, о чем мне каждый раз напоминали за дамским чаепитием. Что самое поганое, избежать этой пытки светским обществом я могла лишь в двух случаях: заразной болезни или смерти. Утешало одно – после свадьбы я имела больше прав на игнорирование этикета. Как и в нашем обществе, после замужества ответственность за честь жены, как и за все ее сумасбродства нес муж.

- Да, ваше величество, - я поднялась со стула, присела в реверансе. Спина за эти дни научилась выпрямляться сама собой, а руки изящно порхать. Леди Ирвана не зря тратила на меня свое время, так что, если не приглядываться, я начала походить на леди.

Стукнула дверь. И его величество позволил, наконец, выпустить пар сквозь стиснутые зубы.

- Твоя идея? Не отпирайся, я знаю, что твоя. Ты за этим туда ездила?

На стол передо мной шлепнулись бумаги.

Я придвинула титульный лист, просмотрела.

- Это кабальный договор. Он нас разорит. Я никогда такое не подпишу! – тяжело дыша, объявил монаршую волю Далмар.

Кивнула, соглашаясь. Это была идея Дарье исключить любое упоминание о казне отступников из договора, мол, нечего связывать появление казны с подземниками. Если кто-то из отступников жив и скрывается, он захочет отомстить.

Но Далмар прав, без этого пункта договор выглядит кабальным. А нечего было откладывать разговор с Дарье на утро. Утром же князя срочно вызвали по делам – на границе была захвачена подозрительная группа, с ней следовало разобраться. Так что договор остался без устных пояснений.

- Никогда не говори никогда, - я мило улыбнулся и подтолкнула бумаги обратно королю. На меня взглянули с ненавистью.

- Ты отвратительна! – рыкнул в бешенстве его величество. Ничего, самое весело впереди. У меня тоже был тяжелый день, но я же сдержалась и не убила леди Айшарскую, хотя очень хотелось.

Глянула на часы – пора.

- Давай прогуляемся до казны? – предложила, с удовольствием наблюдая за меняющимся лицом Далмара.

- Хочешь пополнить вклад? – прищурился его величество. – Опять кого-то ограбила? Или деньги понадобились?

- Не угадал, - покачала головой. Далмара аж затрясло от любопытства.

- Хорошо, - медленно так протянул король, взглядом выбивая из меня правду, но я стойко держала невозмутимое выражение лица, внутри давясь от смеха. Что делать… Со зрелищами в Городе туго. Даже шута нет. Вот и приходится развлекаться за счет близких. Троллинг высшего уровня. Ошибешься – попадешь в немилость.

- Договор возьми и печать.

- Дождешься у меня, отдам менталисту на допрос, - пригрозил его величество, но листы забрал.

Охрана на входе встретила нас такими взглядами, словно мы на тайное свидание шли. Они нормальные, думать о таком? Там же холодно, пыльно и сыро. Извращенцы!

Мы шагали по коридору, а со стороны сокровищницы медленно, но верно нарастал шум: шорохи, звуки шагов, скрип дерева.

Далмар сначала не поверил, остановился, прислушиваясь, потом выругался и рванул в подземелье. Я медленно, кусая губы, чтобы не заржать, двинулась следом.

- Дык, как и просила госпожа Тать. Все награбленное сюда, значит-ца. Только уж простите, не чистили. Тут земля где, да песок.

Далмар кивал на слова незнакомого мне подземника с таким офигевшим видом, что я не выдержала и засмеялась, пряча в ладонях лицо и сползая по стенке.

- Веселишься? – прошипели над головой. Я отняла ладони, глянула на присевшего на корточки Далмара и плечи снова затряслись от смеха.

- Прости, ты бы себя видел! – пояснила, всхлипывая и вытирая слезы.

- Ты знаешь, что полагается за издевательство над королем? – недобро так прищурился Далмар. Потом махнул рукой, мол, что с этой ненормальной взять, поднялся, оглянулся на появившегося из прохода подземника с деревянным ящиком в руках. С десяток таких уже стояло на полу. Далмар заглянул в один, достал пригоршню монет, сдул с них землю. – Это ведь казна отступников, да? – спросил, обводя пальцем выбитый на монете символ.

- Это инвестиции за порт, - согласилась я, переводя дух – от хохота уже болел живот. – Ты же не думал, что подземники просто так тебе подарок сделали. Договор придется подписать.

- Это грабеж! – стиснул зубы Далмар.

- Это золото, драгоценные камни и украшения, - возразила, - и поверь, их немало. То, что требуют подземники – мелочь, по сравнению с тем, что ты сейчас получишь.

- Ты заставляешь меня отказаться от своего слова! – надулся повелитель Города.

- Это не отказ, а гибкость в принятии решения в свете новых, открывшихся обстоятельств.

Его величество задумчиво любовался тусклым блеском пыльных монет в руке.

- Слушай, Тать, а давай ты ко мне в советники пойдешь? – предложил король.

- Чтобы все судачили о том, где именно я даю тебе советы? – фыркнула я. Мне только за сегодняшний день три раза намекнули о том, что настоящая женщина не должна вести себя как падшая, то есть никаких отношений до свадьбы, да и после нельзя забывать о пристойном поведении в спальне. Меня так и подмывало спросить, какая поза в постели считается пристойной в глазах леди, но я сдержалась. Вообще высшее общество замечательно учит терпению, а еще навыку думать, а потом говорить, ну и конечно не говорить то, что думаешь.

Его величество хмыкнул, оценивая перспективы.

- Ты обещала найти не хуже себя, - напомнил он, ставя размашистую подпись на договоре.

Потом они отмечали. Я сама же и притащила им корзину с выпивкой по поручению его величества. Охрана с круглыми глазами пыталась соотнести семь бутылок настоек, гору бутербродов, соленые грибы, какие-то моченые овощи и меня с королем. Не сходилось. Никак.

Мы сидели на ящиках, фактически на золоте и пили за дружбу, торговлю, порт и всеобщее процветание. Язык синих знали