Свет в тёмной башне (омнибус) - Марина Ефиминюк
Ноэль погладил украшение между пальцами и почувствовал, как пластичный металл начал теплеть и гнуться, готовый распуститься цветочным орнаментом.
Хотел бы он лично отдать подарок Чарли, увидеть живые эмоции на лице. Обрадуется ли она, скривит губы или откажется от подарка? Что-то подсказывало, что обрадуется. Шарлотта Тэйр, богатая наследница знаменитого рода дипломатов, явно не была избалована мужским вниманием. Но Ноэль, как последний кретин, сам отказался праздновать смену времен вместе. Понимал, что поступил правильно. Демоны дери, благородно! А теперь ощущал разочарование.
На следующий день он вошел в книжную лавку на библиотечной площади Ос-Арэта. В торговом зале, безлюдном перед кануном главного праздника года, царил такой хаос, словно магазинчик был полон покупателей. Никакой библиотечной строгости: романы, атласы и учебники стояли вперемешку, без стройности и порядка. В углу жалась украшенная праздничная ель в глиняном горшке. В другое время она наверняка служила предметом интерьера, если этот самый интерьер можно было угадать в беспорядке.
За полукруглой стойкой, заставленной стопками томов и ящичками с рисованными поздравительными карточками, что-то почитывал бородатый хозяин. К растянутой вязаной кофте была приколота медаль из остролиста, перевязанного зеленой праздничной лентой.
— С наступающим Новым годом! — обрадовался единственному покупателю торговец и поднялся, распрямив мощные плечи. Телосложения он оказался впечатляющего.
В Норсенте книжные лавки обычно держали бывшие конторские писари или вышедшие в отставку архивариусы, говорящие тихими, вкрадчивыми голосами и не похожие на громил.
— С грядущей сменой времен, — снимая перчатки, ответил Ноэль так, как было принято дома.
— Ищете что-то определенное?
— «Воины света». Мне нужны два экземпляра.
— О, да господин разбирается в классике! — обрадовался торговец и шустро выбрался из-за стойки. — Специально для знающих людей у меня как раз припрятана парочка трактатов.
С легкостью лавируя в книжном беспорядке, он направился в соседнее помещение. Через открытый проход Ноэль следил, как торговец приставил лестницу и осторожно поднялся к верхним полкам под самым потолком. Видимо, припрятать перевод древнего трактата пришлось так, чтобы вообще убрать с глаз. Вдруг хлынет народ и начнет драться за последние экземпляры?
Коэн с трудом скрыл улыбку. Хорошо, что дед никогда не узнает, куда шай-эрцы ставят труд всей его жизни. Он и так не питает симпатии к соседям из-за Крушвейской гряды, а тут такое неуважение: верхняя полка не в главном зале.
— Совсем новенькие! — Торговец вытер рукавом с обложки пыль. — Никем еще не открытые. К слову, вы покупаете для себя и супруги?
— Для девушки, — поправил Ноэль.
— Всегда говорил, что лучший подарок к Новому году — это умная книга. — Торговец спустился с лестницы и с двумя книгами вернулся в зал. — Жаль, моя жена так не считает.
Вряд ли Чарли когда-нибудь возьмется страдать над философским военным трактатом, но иронию оценит точно.
— Совершенно темная женщина. — Торговец жаловался и расправлял листы плотной бумаги, чтобы завернуть покупки. — Не понимает глупая баба, как сближают прочитанные вместе книги. Чистая романтика!
— Я хочу одну книгу подписать, — остановил Ноэль, когда тот начал проворно упаковывать первый том, купленный для деда.
Мужчина подвинул северянину перо и продолжил сетовать:
— Все время требует то нарядов, то цацек!
Ноэль открыл «Воины света» и быстро черкнул послание для Чарли в духе самых первых насмешливых записок: «Твой любимый роман. Приятного чтения!» Вместо подписи поставил инициалы.
— На Новый год она захотела какие-то цветы Энариона, — продолжал торговец изливать душу, пока свободные уши его слушали. — Вы знаете, что это такое, господин? Говорят, их делают в Норсенте.
— Впервые слышу. — Он вытащил из внутреннего кармана пальто белый конверт с украшением и спрятал между страницами. — Теперь можно заворачивать.
— Подвязать праздничной ленточкой?
— Не стоит.
— Вашей девушке не нравятся милые вещицы? — удивленно изогнул брови торговец.
— Искренне надеюсь, мастрес, что нравятся, — улыбнулся Ноэль, но «Воинов света» все равно попросил без украшательств перевязать непритязательной бечевкой.
Книгу деду он отправил магической почтой. Подарок Чарли пришлось доставлять со срочным посыльным. Подписывая адрес пансиона мадам Прудо, Ноэль осознал, что понятия не имеет, где сейчас Шарлотта. Отправилась с утра в Но-Ирэ или осталась в Ос-Арэте? Наверняка он знал одно: Алекс точно будет рядом с невестой.
Однако истязать себя этой мыслью Коэн не успел. В академии его ждала новость, что празднование смены времен перенесли в поместье Чейсов. Значит, Чарли была там, в доме своих будущих родственников.
Он спустился в холл общежития к назначенному времени и с лестницы заметил Елену Эридан. Она держалась в стороне от шай-эрцев, нервно крутила пуговицу на более чем простеньком пальто и настырно разглядывала слепое окно, словно за ним можно было рассмотреть поглощенный темнотой горный пейзаж.
Ноэлю стало смешно. Походило на то, что Чейс-старший решил впустить в свой дом десяток студентов не из гостеприимства. В лучших традициях аристократических мамаш он захотел продемонстрировать девушке из глухой провинции реальную жизнь его отпрыска, где ей вряд ли найдется место.
— Кто меняет планы за пару часов до выезда? — заворчала Мина, стоило северянину подойти к друзьям.
— Что ты забрюзжала, старушка? — хмыкнул Эйнар, приобняв ее за талию. — Посмотришь, как живет высшее шай-эрское общество. Глядишь, когда-нибудь в норсентское попадешь, девочка из ледникового селения.
— Я и без этих чудесных знаний прекрасно себя чувствую. И, между прочим, я родилась в Итаре! — Она высвободилась, как всегда задетая откровенным намеком на скромное, как пальто Елены, происхождение. — Что в тебе девушки только находят, придурок?
Эйнар одарил ее улыбкой:
— Девушки любят харизматичных придурков.
— Какой ты, такие и девушки, — разозлилась она.
На праздники северяне вернулись на полуостров. Даже Чи, бессменному блюстителю морального облика Ноэля, дед позволил встретить смену времен с семьей. Остались только они трое.
Эйнару мать поручила посетить столичные ювелирные мастерские, заявив в письме, что тому пора участвовать в семейных делах. Но очевидно, маэтра Рион не хотела, чтобы сын вернулся в Итар и ушел в глубокий загул с девками, забыв до отъезда появиться на пороге родного дома (словно кто-то ему мешал найти приключений в Но-Ирэ).
Рэдмин же, наплевав на протесты родителей, просто отказалась приезжать. Заявила в своей обычной манере, что хочет для разнообразия встретить смену времен не с унылыми родственниками, а за Крушвейской скалистой грядой, где ее точно не достанут скучными посиделками.
— И долго мы еще будем здесь торчать? — злобно фыркнула она.
Вышло, что недолго.
Чейс-старший прислал за студентами дорогие наемные экипажи, вереницей вставшие на площади перед общежитием. Проще говоря, не поскупился на траты. Возглавляла караван «переселенцев» ректорская карета. Усаживались по четверо, в невнятной спешке, словно опаздывали к портальному переходу.
К друзьям
