Проснуться однажды, или Всё началось с измены. - ТиссОль

больше четырёх едет, а у представительницы куэна аж шесть. Зачем ей столько? Такая важная персона? Или это из-за ребёнка? Что-то тут … прям веет чем-то подозрительным. Надо держаться от них подальше.

В вече всё прошло по обычному сценарию, а после того, как вечники сначала побеседовали с Арьей, пригласили и меня для беседы. Не могу сказать, что они меня сильно допрашивали, но задали пару-тройку вопросов, типа, зачем мне этот ребёнок, что я с ним собираюсь делать и как отношусь к тому, что он не чистый.

Я сначала хотела ответить в шутливой манере, типа, чтоб было и, если что, то я его отмою, но вовремя сообразила, что мои шутки могут неправильно понять, поэтому и сказала, что я, как новая хозяйка удела, ответственна за его жителей, а дети всего лишь дети и не отвечают за распутство своих родителей. Я хочу их вырастить, воспитать и обучить ремеслу, чтобы они смогли в будущем сами себя обеспечивать несмотря на своё происхождение. Да и то, что они находятся под опекой гранды Карминьяр послужит им своего рода защитой. Не каждый будет донимать подопечных самой гранды.

Так, хоть какая-то польза от титула!

Мне настоятельно рекомендовали отдать этих детей куэнщице, уповая на то, что меня тоже вырастили, воспитали и выучили в куэне и так будет лучше для всех. Да и какие знания я там получила! Такому, только куэны и могут обучать!

Кого они имели в виду под всеми, я выяснять не стала. А вот по поводу знаний …

Конечно, хотелось послать их далеко и без хлеба, зная в каком я, то бишь Лизабель, была состоянии после куэнского воспитания и обучения, и откуда у меня на самом деле были такие знания, но опять пришлось мило улыбаться и клятвенно божиться, что и воспитаю, и обучу деток всему, что сама знаю.

Не знаю, что было более весомым, мои заверения или всё же первоправность титула, но в этот раз отдане никого не отдали.

Таким образом я стала опекуншей мальчика, которого нарекли Виктором. Я прямо в вече рассчиталась с Арьей и теперь уже ни она, ни кто-либо ещё не имел к этому ребёнку никакого отношения.

Закончив с одним делом, я сразу же перешла к другому, которое тоже было немаловажным.

После моего объяснения на меня странно посмотрели, а потом всё же спросили:

- А зачем делать что-то непонятное из сока дерева, если есть мёд?

Вот те раз! Я-то думала, что я тут, в полном смысле слова, открываю Америку! А, учитывая тот факт, что такой сахар впервые и получили из сока клена коренные жители этого континента – индейцы, то так оно и было, только вот, как оказалось, это тут никому и не надо. Да и то правда. Зачем какой-то сахар, если есть мёд? Ну, что ж, раз вам не надо, то всё достанется мне. Поэтому я решила сразу же брать быка за рога, пользуясь моментом.

- В таком случае, вы не откажите мне в составлении вот такой грамоты? – я протянула черновик уже составленного нами права на производство и продажу описанного вещества под названием сахар.

- Зачем нам зря тратить дорогие свитки на составление грамоты на никому ненужную непонятно какую вещь? – вежливо отшил меня, кажется, уже знакомый мне вечник.

Мда, молод ты ещё, детка, чтобы с Изольдой Романовной тягаться! У тебя ещё и намёка на мысль об отказе не возникло, а я уже всё заранее просчитала и продумала, как получить твой единственно положительный ответ.

- Так и не надо ничего вашего портить! – мило улыбнулась я, чем привела в нервно-недоуменное состояние вечника. - Мы принесли всё своё! Как говорится, омнио мэо… эм… всё своё носим с собой! – и я протянула ему черновик договора, составленного на нашей уреченской дешевой, неприглядной бумаге. – Всё, что нужно, так это только переписать его ещё в трёх экземплярах на вот этой бумаге и заверить, - и я протянула стопочку из нескольких аккуратно разрезанных шероховато-сероватых листов и даже удобную угольную палочку для письма. - А если будут лишние листы, то можете их оставить в вече. Не возвращаться же нам с ними в замок? А так, если я ещё зачем сюда приеду, то вы уже на моей бумаге будете составлять, чтобы вече не обременять, - закончила я свою не то просьбу, не то пожелание, внимательно посмотрев на вечника, взглядом убеждая его в правдоподобности моих слов.

И нет! Это никакая не взятка! Я просто отдала на хранение то, на чём потом и будут составляться мои же договора или разрешительные грамоты, то бишь отисы. Мои документы на моей же бумаге! Разве нельзя? Я на дорогую заморскую и не претендую! Вы, главное, всё составьте по закону, а там … пусть они у вас и лежат, есть же не просят.

Я знала, что просто невозможно не проглотить такую наживку, поэтому вечники просто переписали мой черновик в двух экземплярах и заверили все три договора. Естественно, никто не стал его ни внимательно читать, ни считать, сколько было листочков в стопочке… Да, мне, собственно, это и не важно. Я-то знаю, что я там написала, а листочки … Если часть из них пропадёт в недрах вече, то новые сделаем, знаем же как.

- Только потом не забудьте нам принести посмотреть, что там за сахар, - всё же вставил свои пять копеек дотошный вечник, чтобы хоть так, но оставить за собой последнее слово.

- А как же! Как только, так сразу! Вы будете, если не первыми, то точно вторыми, кто попробует наш сахар из древесного сока.

Возвращались мы в замок уже к обеду, довольные тем, что удалось сделать всё и даже лучше, чем предполагали. Вместо предварительного договора у нас был окончательный и даже без наличия самого продукта. Конечно, за всё пришлось заплатить … и это я не только про бумагу, но … Это того стоило!

В замке нас ожидала приехавшая кормилица, которую нашёл и пригласил на работу Фрол. Она приехала с двумя детьми – с девочкой лет пяти и младенцем, а ещё и с мужем, у которого почти до колена отсутствовала левая нога. Он передвигался с помощью какой-то деревянной подставки, чем-то напоминающей костыль. Это был мой самый первый раз, когда я видела в этом мире человека с каким-либо увечьем. Значит тут всё же есть и калеки, только их не везде можно