Тесные семейные узы - Карина Сергеевна Пьянкова

с тем, кто пытался нарушить это правило… – обронила новая принцесса Ли, прикрыв глаза. По ее лицу на миг прокатилась гримаса боли. Говорить о погибшей только что матери для новой властительницы было мучительно, но сейчас она не могла позволить себе даже печали.

Я хорошо понимала ее состояние, потому что сама проходила через все это. И даже отсутствие сильной привязанности между мной и моим создателем не облегчило мне его потери. Остаться без мастера всегда тяжело.

– И что же происходило с ними? – спросила я, как самая неосведомленная.

Принцесса и Каору переглянулись с каким-то напряжением.

– Они сходили с ума, прекрасная принцесса, – ответил охотников, опередив всех. – Каждое искусство – слишком тяжелая ноша даже для разума вампира, двух талантов не выдерживал еще никто за всю историю вашего рода.

– Но почему, зная обо всем этом, принц Де Ла Фуэнте?.. – недоуменно произнесла я.

Принц никогда не казался мне авантюристом, готовым пойти на столь большой риск ради эфемерной выгоды.

– Гордыня, Юки, – издал горький и нервный смешок «шершень», повернувшись ко мне. – Порок, которого у тебя, к счастью, нет. Санчо стар, очень стар, он оттачивал свои умения долгие века и считает, что его разум наиболее совершенен. Он думает, будто в силу этого совершенства может выдержать больше одного дара. Два. А может и больше. Он болен этой идеей так же, как болен идеей мести за Диего, своего любимца. Это как одержимость… Нельзя, чтобы его планы стали известны другим. Неизвестно, кто еще посчитает себя… особенным. И что из этого выйдет.

– Да, вы правы, – кивнула я, с ужасом представляя, в какой ад превратится этот город, если начнется охота на глав кланов, если вместо властителей они превратятся в мишени.

– «Ты», Юки, – поправил меня найхонец, прикоснувшись к руке.

– Что? – не поняла я, погруженная в свои раздумья.

– Мы с тобой на «ты».

– Лучшую девушку этого города уводишь, – ехидно заметил Блэк. Затем лицо его потемнело. – Прежде лучшей была Ли Цю Лянь. Теперь – прекрасная принцесса.

Принцесса Ли Хуа Линг прикрыла глаза, демонстрируя во всей красе длинные угольно-черные ресницы. Вступать в битву за признание своей женской исключительности она явно не планировала. Действительно, зачем ей это?

– Должно быть, надеяться мы теперь можем только на охотников, как это ни забавно, – заметила ичинка, тихо вздохнув. – Окажете ли вы нам такую услугу, мистер Блэк?

– Я все сделаю для дочери Цю Лянь, – без раздумий твердо ответил Оливер.

– Все? – напряженно переспросила Ли.

– Все, что не повредит Мацунаге Каору и Клио де Ритер, – с кротким кивком уточнил он. – Мертвые достойны почтения, но живые нуждаются в заботе больше.

– Хорошая поправка, – мягко отозвалась принцесса Ли Хуа Линг. – Впрочем, бесполезная. Доблестный «шершень» пользовался уважением и благоволением моей матери, а клятву, что дала Ли Цю Лянь Леону де Ритеру должна быть исполнена теперь мной.

После этого я расслабилась и, как ни удивительно, Каору тоже будто бы почувствовал облегчение. Услышать о собственной неприкосновенности, теперь открыто и без недомолвок, оказалось приятно. Гостеприимство гостеприимством, но нас могли и выдать Алехандро, если бы стало совсем жарко.

– А что с «вольными»? – подняла старую тему я. Остальные, кажется, вовсе забыли, зачем сюда был вызван «шершень», забыли о серебряных пулях, которые в нас, вампиров, могли выпустить. – Теперь Коронный совет фактически не существует. Кланы не будут действовать совместно против общего врага.

– Тебя эта история уже не должна волновать, – махнул рукой Мацунага. – Твой клан уничтожен, твоя жизнь в опасности. Тебе стоит убраться как можно дальше и забыть обо всем как о страшном сне.

– Боюсь, что не получится, – непримиримо покачала головой я. – Даже если я и не обладаю больше властью, то вампиром все еще остаюсь. Поэтому меня не может не беспокоить, если кто-то нарушает Договор.

– Мы уничтожим их, – спокойно пожала плечами принцесса Ли Хуа Линг. – Это неизбежно. Горстка фанатиков, пусть и невероятно умелых, против нас, детей ночи, которые готовы к нападению. Вариантов нет. Хотя, разумеется, многие пострадают. Очень многие.

– А если они превратятся в… – точное определение второго облика охотников я дать не смогла, лишь беспомощно посмотрела на Блэка, надеясь, что он скажет за меня.

– Не бойтесь, прекрасная принцесса, – ободрил меня мужчина, усаживаясь напротив. – Никто из молодняка не умеет обращаться. Ослабели, разбавили кровь. Так что загрызть вампира в прямом смысле этого выражения они просто неспособны.

– Меня это чрезвычайно радует, – нервно передернула плечами я.

– Санчо вернется, – тяжело вздохнул «шершень», закрыв лицо руками, – вернется за Юки. За ее силой. Вернется сюда. И нужно его достойно встретить. И он куда большая проблема, чем свора взбесившихся щенков.

По лицу Блэка, что за пару часов, кажется, стало еще более бесцветным, можно было прочесть несогласие с таким определением для «вольных», но с тем, что принц Де Ла Фуэнте все же спорить мужчина не стал. То и дело охотник закусывал губу и отворачивался, будто его точила изнутри бесконечная боль, от которой никак не спастись.

– Стало быть, стягиваем силы сюда, раз уж именно под моей крышей находится самая желанная приманка для Алехандро, – кровожадно улыбнулась властительница Ли. – Мой клан, охотники, подчиняющиеся нам люди… Это будет достаточный кулак для ответа.

Мацунага, как самый близкий к принцу Де Ла Фуэнте, недоверчиво хмурился, поглядывая на меня.

– Дар Ли могущественен, но и дар Де Ла Фуэнте доставляет огромное количество проблем, – задумчиво пробормотал он. – Цю Лянь не справилась с одним лишь Санчо, что же станется, если весь их клан явится сюда? Скольким они просто выжгут мозг? Только де Ритеры могли что-то противопоставить моему другу, поэтому он и взъелся. Но де Ритеров больше нет…

– Значит, нужно собрать тех, что остались, – резко встала на ноги я, отходя от стола. – Нас уцелело совсем немного, мы беспомощны, но смутить Де Ла Фуэнте, не позволив атаковать других сумеем. Тут хватит и десятка. Только бы найти этот десяток… До прошлой ночи де Ритеры насчитывали без малого сотню вампиров, сколько сейчас – не знаю…

Хуа Линг заметно оживилась.

– Но будут ли повиноваться они вашему слову, принцесса Клио? – с ноткой неуверенности спросила женщина, очевидно смутившись