Василиски тоже маги - Виктория Скляр

случае я какого-то подобного родства и ожидала. Уникальный экземпляр ты отхапала, Ава, я прямо удивлена. А его мать отчаянная женщина, уважаю.

И в фиолетовом дыме, яркими желтыми витиеватыми буквами, словно издеваясь, мерцала надпись: «Сын Ширхара тех Лирша».

И после повторного прочтения у меня задергался еще и правый глаз.

Глава 25

– Ширхар тех Лирш! Вы издеваетесь! Нет, я все понимаю, у Куваны была бурная молодость и все такое, но какого черта именно тех Лирш?! Никого другого мать Хадора выбрать не могла? Это же ужас!

Я ходила по нашей маленькой комнате и ругалась на всех известных мне языках. Почему меня так разозлило то, что отцом Хадора оказался именно этот дракон? Да, он дракон. Чуял мой копчик, что с этим парнем что-то не то, но чтобы совершенно не то, это удивили, блин!

Ширхар тех Лирш – действующий министр магии Лакмэ. Он холодный, наглый, деспотичный, властный и фигура малоприятная для тесного общения. Помимо прочего, он еще и дядя Велласа тех Шихата, который, оказывается, приходился Хадору кузеном. Вот шутка, не могу прямо.

Но не это было главным в личности Ширхара. Он был карателем короля в свое время. Этот мужчина был тем, кем маленьких дракончиков пугали ночами, чтобы те кушали кашку и ложились спать в отведенное время. Каратель это – не профессия, а призвание. Не каждый мог стать карающей рукой короля. Ох… сколько же народа было убито этим летающим собратом. О нем слагали легенды, его клинок отправили в музей его же имени, настолько велика его роль была в истории нашего мира. А ведь ему еще и двух тысяч не было. Настоящий герой.

И с одной стороны, я трепетала перед мощью и силой этого ящера. Но с другой стороны, я, мать его, хотела спрятаться и забиться в угол от одного только упоминании его имени вслух. Это действительно был страшный нечеловек. И Хадор был его сыном и единственным наследником, насколько я могла судить.

– Ты ему расскажешь? – утром спросила Ифа, когда я устала мерить комнату шагами и решила присесть на кровать.

– А у меня есть выбор?

– Странно, что тифлинг сам не сделал распознавание.

– Он ненавидит своего отца и не хочет знать его личности.

– О! Хотелось бы мне быть рядом, чтобы увидеть лицо Хадора, когда ты расскажешь ему правду.

– Слушай, василиски, конечно, те еще змеи, но ты все-таки временами меня пугаешь.

– Да? Пфф… но ты все равно меня любишь.

– Люблю, люблю. Ладно, нужно собираться на занятия, не хочу опоздать на первое занятие по практике с акромантулом.

– Этот день уже обречен.

***

Когда я встретилась с Хадором, то просто не могла смотреть ему в глаза. Каждый раз, когда я видела тифлинга, то в голове отчетливо слышались опасения: «Он не хочет знать», «Ты должна ему рассказать», «Ты украла его кровь» и т.д и т.п. В общем, денек был сложный и с давящим чувством вины. И если бы не дело, которое мы должны были раскрыть в кратчайшие сроки, то я бы точно из своей комнаты не вышла или попросту бегала от Хадора как можно дальше и чаще.

Помимо стенаний и ругательств сегодня утром я связалась с Теаселом – с Велласом по понятным причинам, решила пока не контактировать– и рассказала им, что найденная – украденная из дома Иези кровь оказалась составляющим для зелья «Эпольези» и что нужно искать больного и влиятельного нечеловека.

Теасел сказал, что они с Велласом проверят все по своим каналам и помогут нам с разоблачением нанимателя.

Пока никто на единорогов и пегасов не нападал, видимо, решили уйти в затишье после «самоубийства» Иези, чтобы не привлекать лишнего внимания. И это был довольно логичный шаг и предсказуемый. Если никто не охотится и не собирает составляющие для зелья, то либо у нанимателя пока достаточно «Эпольези» для выживания, либо ингредиенты оказались в излишке. В любом случае это было нам только на руку.

В Академии мы подозревали абсолютно всех. Ладно, я подозревала всех и вся. Просто это место было пропитано слезами и горем студентов, будет совершенно нормально, если кто-то из преподавателей и окажется нашим злодеем.

Начать было решено с самых отвратительных и подозрительных личностей, от вида которых мне был белый свет не мил и хотелось попросту бросить учебу. Таких было трое – Гах Финрих, Мирида фон Клауд и наш преподаватель алхимии Исрин де Мон- морской и жуткая заноза у всех студентов. Эти трое обладали необходимыми навыками и имели достаточно влияния, чтобы помогать и прикрывать своего хозяина. В любом случае представленные были в списке первых на кого я думала.

Изначально я хотела приступить к поиску улик с комнаты акромантула. Уж очень меня этот профессор раздражал. Да, в моих действиях была и личная неприязнь, но одно другому не мешало. С моей идеей согласился и Хадор, поэтому этой ночью мы решили проникнуть в спальню Финриха и проверить, что же спрятано в святая святых одного мерзкого паукообразного переростка.

Сегодня я решила сбежать из общежития довольно оригинальным способом – через окно. Просто так по моему мнению было действительно проще. А еще после вчерашнего побега и потраченных нервов, я подумала, что спрыгнуть с четвертого этажа куда проще, чем снова вырубать свет рядом с комендантом. Я лишь пожалела, что в прошлый раз так не поступила.

Время для действий мы выбрали самое ночное и ужасное – полночь.

Но сегодня, как и вчера мой побег не обошелся без сюрпризов. Вот спрашивается, за что меня так Создатель ненавидел, если ничего нормально сделать не давал. Вечно у меня появлялись какие-то проблемы во время исполнения моих планов.

Дождавшись, пока Ифа заснет сном мертвого василиска, я вылезла из постели в полной боевой и теневой экипировке, заплела волосы в косу и трансформировала свои ноги в длинный и мощный хвост. Благодаря ему у меня были все шансы выпрыгнуть из окна и приземлиться без переломов. К тому же хвостом можно было зацепиться за ветки дерева, до которого руками я чисто физически не доставала.

Прихватив состряпанный на скорую руку сонный порошок (если акромантул проснется во время обыска), положив ботинки в сумку и проверив, что Ифа точно спала, я осторожно открыла, как назло скрипучее окно и высунулась наполовину.

– Тут петли никто не смазывает? Ах, ну да, я же в Академии Алодерт, самой, вашу ядовитую