Во власти дракона-оборотня - Кортни Уимс
Мы делим один прерывистый вдох.
Наша близость становится для меня слишком сильным искушением.
Я преодолеваю последнее расстояние между нами и прижимаюсь губами к её губам. Сначала осторожно, но само потрясение от этого поцелуя почти лишает меня сил своей сладостью.
Её сладостью.
Мои плечи расслабляются, а ладони ложатся по обе стороны её лица.
Чтобы удержать её в этом мгновении.
Все мои мечты и желания сливаются в этот единственный удар сердца.
Она именно такая нежная, какой я её всегда представлял.
И когда она кладёт руки мне на предплечья, так же охотно отвечая на поцелуй, я выдыхаю ей в губы.
Марселла.
Как же я не хочу, чтобы этот момент заканчивался.
Пока мы продолжаем целоваться, всё глубже погружаясь в это чувство с каждым новым движением, она притягивает меня к себе. Её руки сжимают полы моего сюртука, и она начинает отступать вместе со мной, пока не касается спиной книжного шкафа. Затем она запрыгивает на столешницу, направляя меня между своих ног. Прижимает к себе, наклоняет голову и слегка приоткрывает губы, проводя языком по моим губам, пока я не отвечаю ей.
Я выдыхаю ей в губы, когда наши языки встречаются, её пальцы зарываются в мои волосы, а сама она ещё теснее прижимается ко мне.
Меня накрывает волна желания, настолько сильная, что я почти теряюсь в ней.
Зверь, скрытый в глубинах моей души, рычит.
Я отстраняюсь.
Её глаза болезненно сужаются.
Отражая ту же боль, что разливается у меня в груди от необходимости поставить между нами преграду.
Сбивчиво дыша, я шепчу:
— Мы не можем… Мы не можем этого делать. Всё зайдёт слишком далеко.
Она открывает рот, но слова так и не появляются.
Вместо этого её взгляд опускается вниз, и мне отчаянно хочется взять её за подбородок и заставить снова посмотреть на меня. Увидеть её лицо.
Поцеловать эту боль.
Но молча она слегка отталкивает меня кончиками пальцев, спрыгивает со столешницы и уходит.
Три года назад
Ожидание стало мучением. С каждым днём я всё больше задаюсь вопросом, не обидел ли Марселлу. Не испортил ли окончательно то, что должно было стать особенным моментом.
Так даже лучше.
Я отгоняю эту мысль, глядя на огонь в камине своего кабинета, подперев подбородок кулаком. Я сижу в одном из стёганых кресел, закинув ноги на пуф. Мой взгляд задерживается на пляшущем пламени, на древесине, которую оно пожирает. Поленья трещат и лопаются под его натиском, осыпая камин искрами.
В дверь стучат.
Я даже не смотрю в ту сторону.
— Входи, Девин, — лишь бормочу я.
Дверь открывается.
Лёгкий, неуверенный голос шепчет:
— Привет.
Я почти вскакиваю с кресла, когда Марселла проскальзывает в комнату, медленно закрывает за собой дверь и прислоняется к ней.
Я поднимаюсь, поправляя жилет.
— Марселла, здравствуй.
Я часто моргаю, оглядывая комнату в поисках чего-нибудь, что мог бы ей предложить.
— Я… я отправил твоё письмо на прошлой неделе. Оно уже должно было дойти, но ответа пока не было…
— Я пришла не из-за письма, — тихо говорит она.
Я медленно перевожу взгляд туда, где она всё ещё стоит, прислонившись к двери.
На ней нет доспехов.
На ней свободная белая ночная сорочка, открывающая плечи.
Она босая.
Оттолкнувшись от двери, она плавно направляется ко мне.
Я замираю, позволяя ей подойти в собственном темпе.
Остановившись в шаге от меня, она слегка наклоняет голову, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Я злилась на тебя.
— Я тебя обидел, — шепчу я, кивая. — Прости. Я не хотел…
Она прижимает палец к моим губам, мгновенно заставляя меня замолчать.
— Нет. Я злилась потому, что ты поцеловал меня, а потом… остановился. Будто в тот момент решил, что всё это было ошибкой.
Я сглатываю, говоря прямо в её палец:
— Для меня это не было ошибкой.
Она медленно моргает и убирает руку от моих губ.
— Для меня тоже.
— Я твой начальник, и я не хотел пользоваться своим положением…
Она кладёт ладонь мне на грудь.
Качая головой, она смотрит мне в глаза.
— Ты не пользовался положением, Сайрус. Ты наконец сделал то, о чём я сама фантазировала весь последний год, даже когда изо всех сил старалась этого не делать. Но теперь мне этого недостаточно. Больше недостаточно.
— Марселла, — выдыхаю я, когда она подходит ещё ближе и обвивает руками мою шею. — Ты представляешь, как я мучился после того, как оттолкнул тебя?
— Лучше покажи, насколько тебе жаль, — шепчет она у самых моих губ.
Мои глаза закрываются, когда она целует меня.
Мои руки находят её талию. Без доспехов она кажется совсем иной, и я снова теряюсь в ней.
Я не совершу ту же ошибку дважды.
Не смогу.
Я недостаточно силён, чтобы снова её оттолкнуть.
Её руки скользят от моей груди к талии, притягивая меня ближе. Будто между нами ещё может остаться хоть какое-то расстояние.
Она тянет меня за собой, пока мы, пятясь, вновь не оказываемся у книжного шкафа.
Её пальцы высвобождают край моей рубашки из-под пояса брюк, а затем скользят по обнажённой коже живота.
Я резко прерываю поцелуй и судорожно втягиваю воздух.
Моя кожа мгновенно вспыхивает жаром, и я невольно вздрагиваю от её дразнящего прикосновения.
— Что? — спрашивает она, глядя на меня полуприкрытыми глазами.
Её руки замирают на моих рёбрах, и она качает головой.
— Прости… тебе это не нравится?
Она убирает руки, а я пытаюсь выровнять дыхание.
— Нет… Просто…
Я прочищаю горло.
— Я хочу не торопиться, вот и всё. Я пытаюсь быть джентльме…
— Сайрус…
Она широко улыбается, и у её глаз появляются маленькие морщинки. Коснувшись моей щеки ладонью, она продолжает:
— Это ничего не обязано значить. Ты ни к чему не привязываешься, и я ничего от тебя не жду. Если мы оба этого хотим, что нас останавливает? Ты мой король. И если ты хочешь провести ночь со мной… к чёрту правила. Если ты хочешь сделать это исключение, значит, ты имеешь на него право.
Но это не то, чего я хочу.
То, чего я хочу от неё, намного больше.
Не только сегодня ночью, но и во все последующие ночи.
Утра и вечера.
К тому же…
После Иоганны я больше не позволял себе близости ни с одной женщиной.
Это слишком опасно.
И всё же, когда она оставляет мягкий поцелуй на моей шее, а затем медленно поднимается выше, к линии челюсти, я чувствую, как моя
