Леди и Орк - Финли Фенн

— Я Гримарр из клана Аш-Кай, — сказал он; его глубокий голос далеко разнесся. — Я здесь от имени пяти орочьих кланов этого королевства, чтобы искать мира с людьми.

Люди в шатре тут же зашевелились и зашептались, руки некоторых потянулись к эфесам мечей, но Отто заставил их замолчать одним взглядом.

— Оставьте нас пока, ребята, — сказал он. — Мы подадим знак, если вы понадобитесь.

Люди послушно потянулись к выходу, оставив только Отто, Калтена, Джул и Гримарра. И когда Отто повернулся лицом к Джул, скрестив руки на груди, он вдруг показался уставшим, старше своих лет.

— Что всё это значит, Джул? — спросил он. — Правду, если позволишь.

Джул сделала вдох, выдохнула и встретилась с ним взглядом.

— Правда в том, Фрэнк, — медленно, но осторожно начала она, — что орки устали воевать с людьми. Они хотят, чтобы их оставили в покое, хотят жить в мире. И нет абсолютно никаких причин не соглашаться на это. Это пошло бы на пользу и нам, и им, и предотвратило бы множество ненужных смертей.

Брови Отто поползли вверх, он потянулся к Калтену и взял свиток из руки пожилого человека.

— То есть ты действительно поддерживаешь это, — сказал он. — И ты в самом деле веришь, что эти орки ведут переговоры добросовестно? И что они могут сдержать свои обещания?

Говоря это, он развернул свиток, и Джул мельком взглянула на него. Это был список условий, который Гримарр велел записать прекрасным почерком Тристана. Прекращение всякой агрессии, с суровыми последствиями для нарушителей. Владение горой. Выплата налогов. Свобода для орков торговать, вступать в брак, ходить свободно, не опасаясь смерти.

— Орки сдержат свое слово, — сказала Джул, вскинув подбородок. — Гримарр — первый капитан за три столетия, объединивший пять кланов, и он посвятил всю свою жизнь достижению этого. Орки высоко чтят его, они охотно пошли за ним и поддержали его в этом. Он хороший лорд.

Взгляд Отто метнулся к Гримарру, который стоял неподвижно, с лицом, похожим на нечитаемую маску.

— Возможно, ты забыла, Джул, — произнес Отто, — что этот якобы хороший орк ворвался в твой дом, убил двоих твоих слуг и похитил тебя. А потом…

Он бросил вороватый жест на пополневшую талию Джул, и она рефлекторно прижала к ней руку, широко расставив пальцы. Ища правду, и мужество, чтобы сказать её вслух.

— Гримарр ни к чему меня не принуждал, никоим образом, — медленно произнесла она. — Я хотела этого. Я хочу его сына. Я много лет тосковала по ребенку, и это, — она бросила еще один взгляд в странно плоские глаза Гримарра, — принесло мне великую радость. Гримарр подарил мне радость.

На мгновение повисла тишина, во время которой всё более скептический взгляд Отто переходил от Джул к Гримарру и обратно.

— Ты действительно уверена в этом, Джул? — спросил он. — Простите меня, сударь, — последовал еще один беглый взгляд в сторону Гримарра, — но орки неоднократно доказывали, что они грубы, жестоки, нецивилизованны и лишены морали. Любая благовоспитанная леди должна по праву находить подобный опыт глубоко травмирующим. Рассматривала ли ты весьма реальную возможность того, что этот орк использовал какую-то магию, чтобы околдовать тебя?

Джул нахмурилась, глядя на Отто, но сделала осторожный вдох, взвешивая слова.

— Конечно, я думала об этом, — ответила она. — Но я научилась лучше анализировать свои собственные предрассудки и предубеждения. И из того, что я видела: да, обычаи орков во многом отличаются от человеческих, но по своей природе они не жестоки и не порочны. Они, — она сделала еще один вдох, — люди. Личности. Прямо как мы.

Брови Отто взлетели вверх, а за его спиной лорд Калтен тоже выглядел полным сомнений. По сути, откровенно неодобрительным, как будто Джул совершенно точно повторяла орочью ложь, так что она расправила плечи и привела еще правду. Свою правду.

— Возможно, вы забыли, — твердо сказала она, — что последние пять лет я жила в доме лорда Норра. И, уверяю вас, по сравнению с ним орки гораздо более цивилизованны. Если вы хотите осудить кого-то за травмирование несчастных женщин, почему бы не оглянуться через собственное проклятое плечо!

В конце её голос сорвался, разнесясь по шатру, а возможно, и за его пределы, к людям снаружи. Отто и Калтен обменялись неловкими взглядами, и Джул со вздохом рассеянно провела рукой по волосам.

— Послушайте, я знаю, что мир не будет легким, — продолжила она. — Но вы должны понимать, что это самый продуктивный путь вперед, и он выгоден вам всем. Вы получите дополнительный доход в виде налогов, сможете гарантировать своим людям безопасность, высвободите ресурсы, чтобы сосредоточиться на более важных вещах. Вы подарите своим детям более безопасный, лучший мир.

Отто склонил голову набок, его взгляд стал задумчивым. Возможно, он даже обдумывал это — неужели они обдумывают это? — и внезапно Джул почувствовала, как её сердце забилось чаще, дыхание стало неглубоким и полным надежды.

— Орки вас не предадут, — произнесла она с такой убежденностью, на какую только была способна. — Я полностью в это верю. У них есть силы, чтобы добиться этого мира силой, но вместо этого они искали его через письма, предложения, предупреждения и переговоры. Они хотят, чтобы эта война закончилась. Это единственный путь вперед.

Отто всё еще молчал, лишь снова оглянулся на Калтена, и Джул шагнула к нему, выпрямившись во весь рост.

— У вас нет ни одной логичной причины для отказа, — сказала она. — Кроме, возможно, поверхностных предрассудков и мелочной жажды мести. И я знаю, Фрэнк, ты выше этого. Сделай это ради своих сыновей. Дай им жизнь, в которой им больше никогда не придется беспокоиться об орках. Пожалуйста.

Отто тяжело вздохнул — он обдумывал это, действительно обдумывал, — и его взгляд скользнул ей за спину, на Гримарра. И когда Джул тоже обернулась, она моргнула и почувствовала, как всё её тело замирает. Потому что Гримарр внезапно стал выглядеть ужасно, его лицо побледнело и осунулось, почти так, словно ему было больно. И это не имело смысла, всё шло хорошо, возможно, даже лучше, чем они могли ожидать. Разве нет?

— Послушай, Джул, я буду откровенен, — сказал Отто, вновь притягивая взгляд Джул к своему лицу. — В данный момент я так же сильно хочу покончить с этим жалким делом, как и ты. Но Норр должен сказать свое слово, а сейчас его интересует только это.

С этими словами Отто развернул свиток в своей руке и ткнул пальцем в строчку, написанную почерком Тристана ближе к концу. Строчку, которую Джул раньше не помнила, и она прищурилась, её сердцебиение ускорилось. Это же не… этого