Потусторонние истории - Эдит Уортон

не сложно. Он наверняка объявится, как только ты придешь.

Ободряющий голос миссис Эшби продолжал звучать в ушах Шарлотты, пока она заканчивала свои приготовления.

Около семи раздался телефонный звонок – она метнулась к аппарату. Наконец-то все прояснится! Однако звонила секретарша мужа – сообщить, что мистер Эшби не возвращался и не давал о себе знать; добросовестная девушка решила проинформировать миссис Эшби, прежде чем закрыть офис.

– Все ясно, благодарю вас! – весело откликнулась Шарлотта и дрожащей рукой повесила трубку.

Оставалось надеяться, что он у матери. Она закрыла ящики и шкафы, надела шляпу, пальто и позвонила в детскую предупредить, что выйдет ненадолго к бабушке.

Миссис Эшби жила неподалеку, и во время короткой прогулки в прохладных весенних сумерках в каждом встречном Шарлотте мерещился муж. Она дошла до дома свекрови, так никого и не встретив, и застала ту одну. Старушка сидела у яркого огня со спицами, проворно мелькающими в руках, и, хотя Кеннет не звонил и не заходил, присутствие его матери вселило в Шарлотту уверенность. Странно, конечно, что Кеннет уехал на целый день, не поставив никого в известность, но, в конце концов, этого следовало ожидать. У такого востребованного адвоката, как он, столько дел, что любая непредвиденная перемена в планах неминуемо влечет за собой массу хлопот. Может, он отправился к клиенту в пригород и задержался; мать припомнила, как он рассказывал ей, что вел дела одного старого затворника в Нью-Джерси, который был страшно богат, но скупился на телефон. Не исключено, что Кеннет опять застрял у него.

И все же постепенно нервозность брала верх. Миссис Эшби спросила, в котором часу они отплывают на следующий день, и Шарлотте пришлось сказать, что она не знает; Кеннет просто передал ей через горничную, что позаботится о билетах. Ситуация донельзя абсурдная! Даже миссис Эшби не стала спорить, хотя тут же добавила, что это свидетельствует лишь о том, что сын очень спешил.

– Боже, мама, уже почти восемь! Кеннет должен понимать, что я не могу так долго оставаться в неведении относительно завтрашнего отъезда.

– Не волнуйся, пароход, скорее всего, отходит только к вечеру. Иногда они вынуждены ждать прилива до полуночи. Видимо, Кеннет на то и рассчитывает. Голова на плечах у него, слава Богу, есть.

Шарлотта встала.

– Нет, с ним что-то случилось.

Миссис Эшби опустила вязанье и сняла очки.

– Если мы начнем себя накручивать…

– А вы правда не волнуетесь?

– Я волнуюсь только тогда, когда есть причины. Позвони и распорядись насчет ужина. Ты же у меня поешь? Кеннет точно заглянет сюда по дороге.

Шарлотта позвонила домой. Нет, сказала горничная, мистер Эшби не приходил и не звонил. Как только придет, она передаст ему, что миссис Эшби ужинает у его матери. Шарлотта перешла за свекровью в столовую и, сидя с пересохшим горлом перед пустой тарелкой, смотрела, как миссис Эшби спокойно и деловито расправлялась с небольшим, но тщательно приготовленным блюдом.

– Ты бы поела, дитя мое, иначе доведешь себя, как Кеннет… Да, Джейн, будь добра, еще немного спаржи.

Она заставила невестку выпить бокал хереса и хотя бы надкусить тост. Затем обе вернулись в гостиную – в камине уже заново развели огонь, встряхнули и разгладили подушки в кресле миссис Эшби. Все выглядело привычным и безопасным; а где-то там, в зыбком сумраке ночи, таился ответ на их догадки, словно чей-то размытый силуэт, рыскающий у порога.

Наконец Шарлотта поднялась.

– Я лучше пойду. Кеннет сюда уже вряд ли зайдет.

Старушка благостно улыбнулась.

– Сейчас не так поздно, дорогая. Долго ли двум пташкам насытиться?

– Уже десятый час. – Шарлотта наклонилась поцеловать свекровь. – Я просто не в состоянии усидеть на месте.

Миссис Эшби отодвинула от себя вязанье и уперлась обеими руками в подлокотники.

– Тогда я пойду с тобой, – сказала она, вставая из кресла.

Шарлотта возразила, что час поздний, что нет необходимости, что она позвонит, как только Кеннет объявится, однако миссис Эшби уже позвала горничную и ждала, опираясь на трость, пока принесут верхнюю одежду.

– Если заглянет мистер Кеннет, скажите ему, что я у них, – велела она напоследок прислуге, когда обе дамы садились в подъехавшее такси.

Во время короткой поездки Шарлотта благодарила Бога, что возвращается домой не одна. Близость миссис Эшби согревала, ее ясные глаза и бодрый вид вселяли уверенность в том, что все образуется. Когда такси остановилось, свекровь ободряюще накрыла ладонью руку Шарлотты.

– Вот увидишь, он уже дома.

Шарлотта позвонила, и они вошли. Ее сердце учащенно забилось, хотя спокойствие свекрови частично передалось и ей.

– Вот увидишь, увидишь, – повторяла миссис Эшби.

Однако горничная сказала, что мистер Эшби не приходил и никаких сообщений от него не было.

– Вы уверены, что телефон исправен? – спросила его мать, на что горничная ответила, что полчаса назад все работало, но она пойдет и проверит.

Шарлотта сняла пальто и шляпку, и тут взгляд ее упал на столик – там лежал серый конверт с именем мужа. Она вскрикнула и тут же осознала, что впервые за многие месяцы вошла в дом, не вспомнив о письме.

– В чем дело, дорогая? – изумленно спросила миссис Эшби.

Шарлотта не ответила. Держа конверт в руках, она буравила его глазами, словно пытаясь проникнуть внутрь. Затем, следуя внезапному порыву, повернулась и протянула письмо свекрови.

– Вам знаком этот почерк?

Миссис Эшби взяла конверт, нащупала очки и, водрузив их на нос, приблизилась к свету.

– О нет! – воскликнула она и осеклась. Шарлотта заметила, что письмо дрожит в обычно твердой руке свекрови. – Дорогая, оно адресовано Кеннету… – тихо произнесла миссис Эшби. В ее укоряющем тоне слышался намек на бестактность невестки.

– Не имеет значения, – решительно отрезала та. – Вы знаете, чей это почерк?

Миссис Эшби протянула конверт обратно.

– Нет, – твердо сказала она.

Обе женщины вошли в библиотеку. Шарлотта включила свет и закрыла дверь, все еще сжимая в руке письмо.

– Я его открою, – объявила она.

Свекровь ошарашенно застыла.

– Дорогая… оно адресовано не тебе. Так не делается!

– Мне наплевать! – Шарлотта смотрела в упор на миссис Эшби. – Если из письма я смогу узнать, где Кеннет.

Румяные щеки миссис Эшби мгновенно побледнели; ее гладкая кожа сморщилась и увяла на глазах.

– С чего ты так решила?.. В нем не может быть…

Шарлотта не спускала глаз с изменившегося лица свекрови.

– Значит, почерк вам знаком? – наседала она.

– Почерк? Откуда? Сыну пишет столько народу… Я знаю только, что…

Миссис Эшби замолчала, глядя на невестку умоляюще, почти робко.

Шарлотта схватила ее за запястье.

– Мама, пожалуйста! Что? Что вам известно? Вы должны мне сказать!

– …что