Королевская кровь-13. Часть 2 - Ирина Владимировна Котова

И к Поляне присмотрись, пока его не сообразили сманить в помощники к Кляйншвитцеру, — посоветовал Стрелковский. — Вернется с Юга и хватай, сажай на контакт такой, чтобы ему слезть не хотелось. Ситников однозначно уйдет в Пески, ты его к Управлению при всем желании не прикрепишь, иначе Владыка Четерии тебе точно голову откусит.

— Этот может, — не стал спорить Тандаджи. Он бы и поборолся за Ситникова, но после войны богов проникся к Четери небывалым уважением и думал, что лучше пожертвовать сейчас одним из лучших магов, зато через несколько лет или десятков лет этот маг вернется в Рудлог и будет передавать искусство боя дальше уже здесь. — А Поляна еще маловат для заместителя.

— Маловат, — согласился Стрелковский. — Но можешь взять его адъютантом.

— Заскучает, — качнул головой Тандаджи. — Он склонен к полевой работе.

— Согласен. Но он из той породы людей, которых легко привязать ростом, Майло. Сам видишь, парнишка амбициозен, он у тебя тут карьеру сделает, если по рукам бить не будешь. Заменит тебе Кембритча.

— Этого никто не заменит, — с легкой сентиментальностью ответил Тандаджи. — И про Поляну ты тоже прав, Игорь. Воспитать его можно, если дурь в нужное русло направлять, — и он, приняв решение, поднял трубку. — Андрей Юрьевич? Передавайте командование бункером помощнику. Езжайте в Зеленое крыло. Разговор к вам есть.

Игорь поднялся было, чтобы уйти, но Тандаджи, слушая ответ, махнул ему рукой, мол, подожди. Положил трубку.

— Ты мне помог, и я тебе помогу, — сказал он. — Отправь Люджину в отпуск. Неладное с ней, видишь?

— Вижу, — не стал отрицать Стрелковский. — Неладное — это мягко сказано. Я уже и так, и этак. Не хочет она. Не силой же увозить, Майло.

— Можно и силой, — невозмутимо сказал Тандаджи. — Иногда с такими как Люджина и нужно силой, Игорь, чтобы сберечь.

Стрелковский невесело кивнул и вышел. А Тандаджи кинул взгляд на шкаф с личными делами сотрудников. Большинство из них хранились в архиве Управления, но копии тех, кого он особо отмечал, или тех, кто занимался секретными делами, были у него. В шкафу, который никто, кроме него самого, безопасно открыть не мог.

Дармоншир, которого Тандаджи по привычке называл Кембритчем, позвонил не так давно и сообщил, что прямо сейчас находится в покоях своей супруги во дворце Рудлог и с удовольствием навестит начальника, если тот уделит ему минутку.

— Тридцать секунд, — мрачно сказал Майло в трубку, и бывший подчиненный хохотнул и пообещал:

— Я управлюсь в десять, начальник.

— И не секундой больше, — предупредил Тандаджи и положил трубку. И улыбнулся. Кембритча он будет видеть рад.

Скоро ли у него затребуют изъять личное дело герцога по запросу инляндской стороны? Лаунвайт вот-вот будет свободен, и как только окружающие земли тоже зачистят, то самому Кембритчу, как невольно взявшему на себя управление территориями на время их освобождения, придется встречаться с Его Священством, который вместе с монахами и служителями до сих пор оставался в Храме Всех Богов Лаунвайта, объявлять дату коронации и собирать на нее всех белых аристократов.

И если только бывший подчиненный не взбрыкнет — а он может — придется историю коронованного правителя Инляндии подчищать…

А вот и Люк собственной персоной.

Тандаджи Кембритча не видел давненько, и поразился, как тот заматерел. Он по-прежнему изображал вальяжность, но проглядывало сквозь нее нечто даже подавляющее.

И цвет глаз тидусса поразил — Майло впился в них взглядом и едва заметно покачал головой, напоминая себе, что мир полон чудес, и с одним из них он сейчас беседует.

— Я не вовремя, да? — спросил бывший подчиненный, бухая на стол подношение — большую бутыль коньяка и упаковку эмиратских сигар. Он выглядел на удивление довольным, правда отчего-то коснулся высокого воротничка и заулыбался, будто там у него инъекция эндорфина была припрятана.

— Сейчас никогда не вовремя, — проговорил Майло, вставая и подавая руку. Посмотрел на коньяк. — Ты в курсе, что на стоимость этой бутылки можно дом в пригороде купить?

Кембритч усмехнулся, пожимая ему руку и сверкая белыми зубами.

— Не преувеличивай. Мне все равно больше нельзя, а тебя подкупить хочется, — он тут же достал из кармана пачку сигарет, кинул на стол. Майло, не спрашивая, почему нельзя — мало ли как беднягу семейная жизнь перекрутила — подвинул к нему пепельницу, сел, указал садиться, и тот сразу же закурил.

— При жене в помещении нельзя, так хоть при тебе покурю, — сообщил Люк, и Тандаджи понимающе качнул головой. Таби тоже стала непримирима к запахам, а табака иногда очень хотелось, как и чего покрепче.

— Чем обязан? — спросил Майло, сплетая руки на столе.

— Может, я соскучился по твоему плохому кофе, начальник, — усмехнулся нынешний герцог Дармоншир, претендент на престол Инляндии, герой и освободитель. Оглянулся. Встал, щелкнул чайником. Посмотрел на рыбок. — Ты их так и не кормишь? Хотя, — он присмотрелся к Тандаджи, — похоже, ты и себя-то не кормишь.

Майло молчал, наслаждаясь вынужденной паузой в работе. Взял из упаковки сигару, отрезал кончик, прикурил, набрал в рот дыма. Чайник гудел. Дармоншир, подойдя к окну, остановился полюбоваться парком, положив руку в карман и с наслаждением затягиваясь сигаретой. Оглянулся, взглянул непривычно светлыми глазами, став так пугающе похожим на Луциуса Инландера, что у Тандаджи мороз по позвоночнику прошел.

— Я тоже скучал по тебе, Кембритч, — признался он, наконец.

— Стареешь, Майло? — удивился герцог. — Сентиментальность раньше тебе была не свойственна.

— Наверное, — не стал спорить тидусс, и Люк посмотрел на него уже внимательней и с пониманием. — Тебя не хватает в моей службе безопасности.

— У меня теперь своя есть, — то ли похвастался, то ли пожаловался герцог.

— Наслышан, — усмехнулся Тандаджи. — Что хотел попросить у меня? Просто так ты ко мне не заглянул бы.

— Да, верно, — герцог невесело усмехнулся. Подошел к столу, стряхнул пепел в пепельницу. — Времена такие. Майло, у меня действительно важное дело…Ты не подскажешь мне контакты тату-мастера, который делал татуировки моей леди Дармоншир?

Тандаджи многое ожидал. Но не этого. И бывшего подчиненного, отвлекающего его по ерунде, захотелось придушить.

— Это государственная тайна, Кембритч, — желчно ответил он.

— Буду должен, — пообещал герцог иронично. — Хотя я тебе и так со всех сторон должен, да.