Анастасия Романчик - Ловушка

— Нет, я просто помогал, собирался куда-нибудь смотаться, сама понимаешь. У тебя классный пацан, смекалистый, где ты его откопала? Я теперь хоть понимаю, как он смог нас одурачить.

— Я его усыновила, — улыбнулась Олимпиада и обняла парнишку, — и уж точно не откапывала. Его Сирена нашла… — запнулась.

Эльф не стал спрашивать дальше. Он был понятливым мальчиком.

— Ладно, ты где-нибудь поселилась?

— Не просто поселилась, — широко улыбнулась молодая женщина, — я приобрела передвижной домик, а то надоело по гостиницам шастать.

— А это что за тигры стоят у тебя за спиной? — насмешливо спросил Рил, кивнув на Скрепку и Наташу.

— Это мои товарищи. Они со мной путешествуют.

— А для еще одного твоего товарища найдется место? — скромно скосил глаза Рил на водопад, где девушки скрывали машину.

— Конечно, найдется, авантюрист, — улыбнулась девушка. — Как, только решив свои проблемы, приходи, мы здесь задержимся на некоторое время, может на пару месяцев.

— Ну, столько мне не надо, я уже вечером к вам нагряну.

— Значит, я успею пополнить запасы оружия, а то мои тигрицы любят поиграть в стрелялки.

Рил усмехнулся и на певучем языке отдал приказ своим молчаливым эльфам, и они отчалили.

— Это папа? — подозрительно осведомился Урт.

— Нет, но считай, что он твой дядя.

— А ты что, серьезно его примешь к себе? — осведомилась ревниво Наташа, помахивая сковородкой.

— Да, он мой хороший друг, поэтому для него у меня всегда найдется место, — улыбнулась Лимка. — Ладно, девочки и мальчики, ведите себя хорошо, если я вернусь позже, чем придет Рил, то встретьте его без сковородок и автоматов, а хорошим обедом.

Обе девушки скривились от ее просьбы, как если бы съели горькую редьку с лаймом и хреном. Лима усмехнулась, глядя на них.

Как же, встретят, если только мину где-нибудь установят, чтобы эльф случайно на нее наступил. Но Олимпиада была спокойна за товарища, он тоже не мелкая рыбешка. Покажет Рил акульи зубки, мало не покажется.

Облачившись в плащ и просторную одежду, Лима направилась к порталу и тайком активировала подаренную ей Быком табличку. Ее окружили серые цвета железа. Зал походил на камеру, без окон и без дверей. Олимпиада недолго ждала. Противоположная стена отъехала, и ее встречал лично Бык с ружьем на плече. Это было третье ее посещение контрабандиста высшего мира.

— Давно вас не было, леди, — улыбнулся он белозубо.

— Не было нужды, — ответила женщина, приблизившись к нему.

— Как обычно? — вопросил.

— И да, и нет. Мы можем поговорить, чтобы нас никто не слышал?

— Конечно, леди.

Он отвел ее в оружейную и запер дверь, включил экран, где шли новости, повествующие о делах цивилизованных городов. Нет сомнений, что Бык перехватывал информацию незаконно, но контрабандиста мало волновали законы цивилизации, забывшей о городе смерти.

— Мне нужна информация, Бык, — с трудом села на стул Лима. — Все, что ты можешь раздобыть про адских вампиров. Их тусовки, передвижения и встречи. Меня интересует все, ясно?

— Яснее некуда, — ответил, но не сводил взгляда с ее огромного живота.

Как не пыталась Лима закамуфлировать свое положение, но ни от кого не утаилось ее будущее материнство.

— За ваши деньги все, что угодно, — прищурился. — Возможно, я предложу вам еще одну услугу, леди. Вам скоро рожать, у меня есть связи с высококвалифицированным врачом, — и он заговорщицки добавил: — он умеет держать язык за зубами. Никто не узнает, где и когда вы рожали.

Лима устало улыбнулась и погладила живот.

— Я, пожалуй, частично приму ваше предложение, но мне нужно обследование и консультация того, кто знает, — подчеркнула последнее слово.

— Будет сделано. Сейчас же свяжусь с ним, и он вас примет.

— Отлично.

Спустя час Бык действительно организовал ей встречу. Весь этот час Лима смотрела новости, особо не вникая в получаемую информацию. Мужчина провел ее через свой телепорт прямо в кабинет его знакомого врача. Как поняла девушка по внешнему виду кабинета, врач работал подпольно, а то есть неофициально. Полно проводов, рабочей и бесполезной техники, куча «телевизоров» и компьютеров, оружия. Работающая печка для сжигания мусора стояла в уголку, а также медицинские инструменты, кипятящиеся в кастрюле над огнем. Внутри было непривычно тепло и пахло… пахло кровью.

Лиму и Быка встречал в фиолетовом халате беловолосый мужчина с красными глазами. Очень бледная кожа с прожилками вен. У Лимы поднялись брови. Врач определенно вирусный вампир. Искусственно выведенный людьми вирус полностью обесцвечивал волосы человека, давал ему огромную физическую силу, быстроту и ловкость. А также к новому облику прилагались красные глаза и ночное зрение, ну и, конечно, жажда крови.

— Вот твой клиент, шеф, — бросил Бык и поспешил удалиться.

Некоторое время вампиры изучали друг друга. Но вскоре вирусный вампир отвернулся и рукой показал на кресло. Лима без вопросов присела. Он сел на стул рядом с ней и обнажил ее живот.

— Впервые вижу беременного адского вампира, если не секрет кто отец? — проговорил он, смотря на экран, пока зеленый лазер проходил по животу молодой женщины. — Можете назвать просто расу.

— Белый вампир.

— Тогда ясно, сильная душа, хотя даже в такое с трудом верится. Обычно ко мне приходят вирусные вампиры. Обследоваться, лечиться, зализывать раны и рожать. Люди боятся заразиться вампиризмом, и поэтому вампиров принимаю я.

— Потому что вы сами вампир?

— Да, в вампирской жизни есть некоторые плюсы, как и минусы. Но вам повезло меньше, чем мне. Дети отца вампира куда хуже нас вирусных. Нам хотя бы нет необходимости убивать. Мы живы, у нас бьются сердца, просто мы стали другими.

Лима промолчала. Она не хотела распространяться, что не пила кровь с момента превращения, а то есть никогда. В прощенных мало кто верит, нет смысла переубеждать подпольного врача в обратном.

— Поразительно, — выдохнул вампир, разглядывая плод на экране. Технологии высшего мира ушли намного дальше среднего уровня. И ребенок был как на фотографии. Его можно рассмотреть в деталях. — Он белый вампир, я просто не вижу ни одного признака адского вампира.

Он повернул экран к ней, и девушка смогла взглянуть на своего… сына. Она впервые узнала, что у нее должен родиться все-таки мальчик. Ручки, ножки и… крылья. Крылья маленькие недоразвитые, как у неоперившегося цыпленка. Мальчик шевелился, и невольно Лима заулыбалась, глядя на него.

— А крылья разве не должны находиться в спине? — поинтересовалась Олимпиада, не сводя взгляда с экрана.