Наследница клана ледяных гор - Юлианна Лунная

— Ты предлагаешь их убить?! — расширились в ужасе глаза Мирианы.

— Я предлагаю не отправлять на заклание почти сорок жизней ради двух — если нет гарантии: что это поможет! Джеймс может оказаться прав: таковой может быть воля Создателя.

— Что такое сорок жизней в масштабах восьми тысяч особей, которые останутся без глав кланов? — в сердцах Доран стукнул кулаком по стене и уставился на огонь в камине. — Тебя, Лилия, призывали два года! Два! Допризывались… Но сейчас не об этом… Сколько времени нам ждать следующих? Кланы уже потихоньку опустошают Чаши Силы — ведь у девочек даже на себя нет магии, не то чтобы: питать народ!

— Как вообще такое возможно: обладать силой жизни и при этом утрачивать свою жизнь? — нахмурилась я.

— Ты не правильно понимаешь: что такое холлинс. Это не сила жизни, а сила возрождения, — продолжал отвечать миал. — Согласно писаниям о мироздании: холлинс дарована для ускорения времени в водах Колыбелей Жизни. Так корраны развиваются быстрее… Из девочек не только жизненные силы утекают, а и холлинс уже давно не проявляется…

— И как давно?

— Примерно семь недель, — услышала я тяжелый вздох рыжули. — В их кланах я заряжаю воды Колыбелей для поддержания жизни в кладках… Да и девочки практически не подают признаков жизни все эти семь недель. Когда мы прилетели на твой Бал Вступления, и Доран увидел Дилана — он сказал: что тот — самый сильный маг, которого он знает… Вернувшись домой, мы взяли девочек и полетели обратно… сюда… В надежде: что вы поможете…

«Семь недель… Семь недель я на Аэритосе…» — затаила дыхание я, а по спине пробежался холодок. «Семь недель в двух миель нет холлинс и практически жизни, в то время: как появляюсь я… А во мне сил на троих…»

— Мириана, сколько искр ты можешь потратить совсем незаметно для себя? — каким-то почти загробным голосом спросила я.

— В сутки примерно пятнадцать. Позвать прислугу, советника, портного, повстречать своего коррана… — это незаметные мелочи.

— А ты, Доран?

— Примерно двенадцать. Я уже не так молод — как вы. А что?

Я подняла глаза и встретилась взглядом Джеймсом. Он понял: я сравнивала… Блондин отрицательно качнул головой: против оглашения этой ужасной арифметики. «Неужели: это я виновата?» — мои пальцы моментально стали ледяными, а по коже пробежали мурашки. Девушки умирают — как же я могу молчать? Глубоко вздохнув…

— Их сила во мне… Мои способности соизмеримы с тремя миель… — мрачно огласила я. — В отличие от вас я могу не заметить траты почти пяти десятков искр в сутки… — переводила я взгляд по опешившим мордашкам.

— Лили, я считаю: что ты ошибаешься. Этого не может быть! Мои коллеги подтвердят, — Дилан махнул рукой на толпу магов: почти каждый утвердительно кивнул. — Да, ты сильнее других и магии в тебе намного больше, но это может быть из-за твоей иномирности. Еще как вариант: Саргас сам даровал тебе чуть больше сил, ведь на твои плечи взвалили истощенный клан… Я хочу сказать: что твоя теория — это… это просто невозможно!

— Почему?

— Потому что нет в мире такого существа, который бы смог вместить в себя такую мощь энергии и магии, как силы, соизмеримые с тремя миель!

— В вашем мире…

— Что?

— В вашем мире нет такого существа, но ведь я не с Аэритоса, — напомнила я брюнету о своей иномирности. — Если ритуалу и быть, то в нем должны участвовать не десятки магов, а лишь я одна…

Еще несколько минут все присутствующие молча переглядывались, обдумывая мою теорию. Как и обычно: Джеймс зашел мне за спину и крепко обхватил обеими руками поперек живота. Меня этот собственнический жест очень умилял — так делают маленькие дети, когда боятся: что их игрушку отберут…

— Лил, ты уверенна? — шепнул он в мои волосы.

— А ты разве нет?

— Нет. Сила — это не болезнь. Она не может просто так перескочить с одного существа — на другое…

— Но именно это и произошло. Разве не стоит попробовать вернуть девушкам холлинс?

— Что ж, давайте пробовать, — прервал наше перешептывание Доран. — Теперь ты согласна на ритуал? — развернулся он, переставая гипнотизировать огонь в камине взглядом.

— Хорошо. Попробуем, — и все же чувство вины во мне победило: нельзя не попытаться.

С моим согласием маги подвинули диваны с девочками друг к другу, а Дилан… Странные рукопожатия с друзьями. Норин и Киран поджимали губы, отводя взгляды. Гидеона вообще будто заморозили: он смотрел на мага пустым и обреченным взглядом, в то время как тот ему что-то говорил.

— Джеймс, что происходит? — прищурилась я, задирая лицо и уставившись на своего блондина.

— Тебе следует попрощаться с Диланом… на всякий случай… — нервно сглотнул он, целуя меня в висок. — Холлинс — мощная сила, и он может не выдержать…

— Что? — опешила я.

— Лилия, подойди ближе, — отлип от друзей синеглазка и позвал меня.

«Нет… Как же так… Как может погибнуть тот, кто столько всего сделал на благо других?!» — я сама не поняла: как по щекам побежали слезы. Я как будто впала в какой-то каматоз, ничего не слыша вокруг и не чувствуя окружающего мира несколько мгновений или минут. «Нет-нет-нет…» — пульсировало в голове набатом.

— Лилия, я бы попросил у тебя несколько оборотней для усиления… В прошлый раз одного Гидеона не хватило… Хотя… Мы можем воспользоваться силами наших добровольцев… — услышала я голос Дорана как будто сквозь толщу воды, но все равно перевела взгляд на миал и зло сощурилась. — Нет, не до магического выгорания — лишь опустошать резервы. Они восстановятся, — прокомментировал он, пытаясь меня успокоить — хреновая попытка.

От его жестоких и беспощадных слов по спине пробежался холод, пробираясь глубоко в грудь и сдавливая ее как будто стальными обручами. Я ощущала пальцы Джеймса на лице, и как он стирал влагу с моих щек, но не могла придти в себя и двинуться с места тоже. Дилан не может умереть… Он столько всего сделал для своих людей, столько перестрадал, столько лишений в жизни увидел… Гидеон от него недалеко ушел: пожертвовал своей магической сущностью… Не просто так за ними пошли люди. Они именно пошли за ними, выбрали. Это лишь я такая вся из себя принцесса появилась — и мне все дали. А ведь сама я ничего не сделала: чтобы заслужить такую жизнь. Мне дали целый клан просто так, в то время как другие переворачивают мир с ног на голову: чтобы найти себе пристанище. Мне дали любовь — без поддержки Джеймса я бы просто