Артефакт по вызову - Людмила Вовченко

протянул руку. Не чтобы взять. А чтобы предложить.

Она положила в неё свою ладонь. Он сжал — осторожно. Как будто держал не руку, а решение.

И в этот момент в её голове — точно не изнутри, а снаружи — прозвучал голос.

Незнакомый. Но чёткий. Сухой, как старинный лоскут пергамента. "Вы избраны. И за вами уже наблюдают."

Она вздрогнула. Оглянулась. Косой стоял спокойно, но его глаза сверкнули опасно.

— Ладно, — сказала она, — шоу продолжается. Только теперь — по моим правилам.

Глава 11.

Глава 11.

Взлом традиций и обед с подозрением

На следующее утро всё было подозрительно спокойно. Птицы — хотя бы по форме — походили на земных, хоть и пели не столько звуками, сколько смыслом: «Не доверяй шёпоту воздуха», «Мох лжёт», «Пыльцу лучше не трогать».

Солнце уже поднялось. Сегодня первым взошло то, что местные называли Сон’тир — старшее светило. Его свет был багрово-янтарным, и Зина уже решила, что этот оттенок подойдёт для румян и тревоги. Второе солнце, младшее, — Лаириэн — выглядело как персиковый фонарь в вуали. Оно не светило — оно улыбалось.

— Доброе утро, доктор некросарказма, — поприветствовал её Каллио, входя в комнату с подносом, на котором стояли три блюда и одна… игуана? Нет. Это был завтрак.

— Что за…?

— Это блюдо называется «Свёрток утреннего откровения». Оно настраивает тело на честность.

— О, нет. Мне и без еды сложно сдерживать комментарии.

— Ну, тогда попробуем нейтральное. Это — лепестки солнечной спирали в сливке из млечного травного пуха.

— А проще?

— Омлет. С намёком.

Косой уже стоял в углу. Молча. Как обычная стена, только очень выразительная. В руках у него появился свиток. Зина взяла его и развернула. Почерк был чёткий, но странный, будто писался не рукой, а вспышками интуиции.

Зинаида Александровна, Зовущая.

Вас приглашают на закрытую встречу рода Оспен-Т’ай. Темой является расшифровка и предназначение Артефакта, а также ваше участие в охране Равновесия. Вам разрешено взять с собой одного стража. Место: Сердце Лабиринта. Время: с наступлением Зеркального Часа.

— Так, мне объяснят, почему меня таскают по собраниям, как редкий гриб с когнитивной функцией?

Каллио приложил к груди светящийся палец.

— Равновесие нарушено. С момента, как ты активировала Артефакт — баланс сдвинулся. Тени с юга стали двигаться. Призраки из Хрустальных рощ перестали молчать. И, что самое странное, исчезли двое Стражей других родов.

— Слушай, Каллио. Я понимаю, я звезда вечеринки. Но я не Богиня Перехода. Я врач. Я разбираю трупы. Я не умею восстанавливать космическую справедливость. У меня даже нужного образования нет!

— У тебя есть… другое. Умение понимать, что мёртвое — не всегда окончательное. И что живое — не всегда настоящее.

Зина вздохнула.

— Вот вы когда так говорите, я чувствую, что мне снова нужно записывать истории болезней. Только теперь — для магических существ.

**

Сердце Лабиринта оказалось не просто местом — это было существо. Древнее, вросшее в землю. Под городом. Полупрозрачное, дышащее туманом и воспоминаниями.

Косой шёл рядом, как тень. Он не задавал вопросов, но с каждым шагом Зина чувствовала: он насторожен. Ладонь — чуть дрожала. Глаза — застыли.

— Ты тоже слышишь это?.. — спросила она.

Он кивнул.

Под ногами — камень. Но под камнем — пульсация. Как у сердца. Только небьющегося. Оно звало.

Они вошли в зал, похожий на перевёрнутый храм. Потолка не было — только небо, прорезанное светом трёх лун. Стены — голограммы воспоминаний. На полу — живые руны, передвигающиеся, как стая рыб.

Их встретила женщина — высокая, с кожей цвета граната и волосами, струящимися, как ткань, выжатая из молчания. Её имя было Вэрриа.

— Ты принесла его? — спросила она у Зины.

— Если ты о Косом — он не товар, а человек. Ну, почти.

— Он — Молчаливый. Один из Прежних. И он может... откликнуться на твой Артефакт. Мы хотим это проверить.

Косой не двигался. Его взгляд был направлен прямо в центр зала, где лежал второй артефакт. Почти идентичный её. Только... мертвый.

— Мы нашли его рядом с телом стража рода Шай-Мал’Дет. Его убили. Артефакт не сработал. Но если твой… откликнется — это будет знак.

Зина взглянула на Косого. Он медленно подошёл к артефакту. Протянул руку.

Резкий всполох.

Зал вздрогнул.

Из глубины воздуха вырвался голос — нечеловеческий, старый, хриплый:

«Ключ… открыл путь. Но за ним идёт Разрыв. Её след — знак. Берегите Зовущую. Или… погаснут оба солнца.»

И тьма на миг затопила зал. Все замерли. Только артефакт в руках Зины светился. Не угасал.

Как будто — боролся.

— Ну вот, — прошептала она, — теперь я ещё и угроза для погоды.

— Ты не угроза, — сказал Тейлар, входя в зал. Он появился внезапно, без шума. Как всегда. — Ты теперь ядро системы.

— Как замечательно. Это звучит как диагноз.

**

Когда они возвращались, Косой не отпускал её руку. В его глазах не было страха. Но было напряжение. Он чувствовал — её Артефакт поменялся. В нём что-то ожило. Не просто сила. Но воля.

На входе в Усадьбу их ждал новый свиток. Каллио вручил его с осторожным оптимизмом:

— Тебя приглашают в Академию Дыхания. Они считают, что твой Артефакт — часть древнего Цикла. И ты должна пройти первое испытание: погружение в память Артефакта.

— Подождите. Меня только что почти сожгло в зале предков! Я еле выжила! Вы хотите теперь, чтобы я… нырнула внутрь этой штуки?

— Да, — кивнул Тейлар. — Потому что если ты не узнаешь, что там внутри — это узнает кто-то другой. И тогда… возможно, будет поздно.

Косой взял её за руку. И впервые мысленно, телепатически, вложил ей одно-единственное слово:

"Не одна."

И это было достаточно.

Чтобы пойти дальше. В самую глубину.

Глава 12.

Глава 12.

Внутренняя инструкция по применению артефакта

В Академии Дыхания пахло мятой, громом и… бумагой, которой давно никто не прикасался. Зина шагнула внутрь и сразу почувствовала: здесь дышит не только воздух. Здесь дышит память.

Стены были выложены не кирпичами, а книгами. Некоторые шептали. Некоторые — молчали угрожающе. По потолку, похожему на огромный лёгочный пузырь, проплывали светящиеся сны — слепки древних ритуалов, рассечённые звуками.

— О, Зовущая! — их встретил преподаватель с лицом, напоминающим смесь пеликана