Магические будни хомяка - Алла Леонидовна Касперович

Оля же его называла бесячим позитивом. Даже Жора что-то спрашивал про траву и единорогов, Ира же упрямо продолжала улыбаться и идти не замечая хмурых лиц и надуманных и ненадуманных преград.

— И не надо! — заулыбалась она, вновь пересаживая притихшего Феликса к себе на плечо. Иллюзий она не строила — хомяк явно взял передышку, чтобы набраться сил для новой вспышки гнева. — Вы мне лучше расскажите, где мы, кто я, что нам делать и… ух, у меня столько вопросов!

— Буду рад на них ответить, пока мы ждём карету.

— А так, как Вы, нельзя? — поинтересовалась Ира.

— Прошу Вас, леди Ирен, не обращайтесь ко мне на «Вы». Нас не поймут и у меня будут неприятности.

— А… — протянула она. — Ну, тогда так: можно так, как ты сюда попал? — Ей не терпелось ещё посмотреть, как работает магия. — Ну… Через пространство там и всё такое…

— Ты дура? А если он маньяк? — встрепенулся хомяк, опередив открывшего рот дворецкого. Перспектива оказаться непонятно где — и сейчас-то непонятно, но это всё-таки другое — с незнакомым мужиком нисколько Феликса не воодушевляла. Рыжую эту не то чтобы было жаль, но она пока оставалась единственной связью с горячо любимым домом на столе у Агнессы. Там и телевизор на стене — его от клиентов за ширмой прятали, — и еда неограниченно, и вода вкуснющая! — Не надо нам такого!

— Маньяк? — Руперт попробовал незнакомое слово на язык. — Не знаю, кто это, но судя по тону Вашего питомца, леди Ирен, это кто-то не совсем хороший.

— Это ещё мягко говоря! — скривилась Ира, а затем шикнула на хомяка. — Никакой он не маньяк! Ты только посмотри на него!

— Много ты маньяков видела, — заметил Феликс, устраиваясь поудобнее в одеяле из волос, и на всякий случай за них же крепко и держался.

— Много — не много, а одного видела! Бегал у нас около работы один такой в плаще на голое тело. На нас с Олей нарвался, коллега это моя. А Оля не в духе тогда была, с парнем как раз рассталась, а тут этот маньяк. Ну… В общем, теперь у него комплексы.

— Мда… — протянул Феликс, но ничего добавить не успел, потому что его перебили.

— Прошу прощения, леди Ирен, — дворецкий выглядел слегка потерянным, но всё же старался сохранить невозмутимый вид, — я немного упустил суть разговора.

— Ничего-ничего! — замахала руками она. — Это мы так, о своём, о…

— … о хомячьем, — закончил за неё Феликс.

Пруха и Непруха и не думали скрывать, что ничегошеньки не понимают. Они стояли неподалёку с открытыми ртами и, казалось, будто и не дышали вовсе. Но рты им бы всё-таки закрыть, а то перегар слишком уж красноречиво повествовал о том, где закадычные товарищи провели утро.

— Отправляйтесь назад, — велел им Руперт. — Насчёт вашей награды я лично прослежу. Но если вы опять пойдёте в кабак… — Он недоговорил, но перспективу Пруха и Непруха однозначно себе представили.

— О! А! — только и смогли сказать они. Неуклюже кланяясь и пятясь, они постарались скрыться как можно быстрее.

— Забавные они, — сказала Ира.

У Руперта определённо на их счёт имелось совсем иное мнение, но он кивнул, чтобы не расстраивать леди. Он, прищурившись, проследил за ними взглядом, а когда они скрылись за горизонтом, поклонился и сказал:

— Прошу за них прощения, леди Ирен. Обычно мы присылаем сюда других стражников, но остальные заняты на празднике, вот и пришлось отправить этих.

— О, сегодня праздник! — Ирины глаза засветились. Наверняка праздник можно посчитать счастливым знаком, раз уж она попала домой в такой замечательный день. — Как же здорово!

Правда, прыгать она не стала, хоть желание и появилось. Ужасно хотелось снять ботинки — местная погода явно для них не подходила. Ира с радостью бы их стащила, но как представила амбре от вспотевших ног, тут же передумала — не стоило портить о себе впечатление. И всё же охладиться как-нибудь не мешало бы. По спине тёк липкий пот, пропитывал свитер, и тело под ним начало нестерпимо чесаться. Да и восполнить влагу в организме не помешало бы — тот не ожидал от хозяйки такой подставы: это кто ж из зимы в лето так сразу ныряет? Да ещё и настолько неподготовленным!

«Попросить или не попросить, вот в чём вопрос…» — подумала Ира. Жажда начинала мучить не на шутку, а ведь прошло не так уж и много времени. — «Попросить!»

— Руперт, не хочу наглеть, но можно мне немного воды?

— Нам! — тут же подхватил Феликс. — Нам воды! И побольше!

— Конечно же, леди Ирен. Я исполню любой Ваш приказ.

— Так… Это просьба, а не приказ… — стушевалась Ира. У неё на работе приказы раздавало начальство, и это именно ей приходилось их исполнять. А уж чтобы самой что-то требовать… Мама Вера такое не одобрила бы! Хотя, если верить снам-воспоминаниям, то в детстве Ира-Ирен была ещё той командиршей.

Дворецкий ничего не ответил — он был занят делом. Из-под рубашки он достал овальный медальон на серебряной цепочке, при этом камень скорее напоминал гальку на пляже, нежели драгоценность. Однако невзрачный вид компенсировали свойства. Руперт зажал камень в руке, прикрыл глаза и принялся что-то беззвучно произносить, ладонью другой руки он начертил в воздухе какие-то знаки, и прямо перед животом Иры появилась чёрная дыра размером и формой с баскетбольный мяч. Феликс на всякий случай спрятался за волосами виновницы всех своих несчастий — хватит с него пока одного переноса. Хотя… Если это путь домой… Но зазря рисковать уж точно не стоило!

А Руперт тем временем открыл глаза и совершенно безбоязненно запустил руку в дыру прямо по локоть. Выглядело это так, будто беззубая пасть откусила часть дворецкого. Но Ира, в отличие от замершего хомяка, почти не удивилась, потому что видела нечто подобное в своих снах. Только кто именно там колдовал, она не помнила.

— О-пу-петь… — выдохнул Феликс, когда Руперт вытащил хрустальный графин со студёной водой, бока графина запотели.

Дворецкий поставил его в траву, при этом не выпуская камень, затем снова засунул руку во тьму портала — а Ира именно так и называла его про себя — и достал два резных бокала изумительной красоты.