Искушение Фрейи - Анна Снегова

символизировали подножие королевского трона. Как по мне, слегка унизительная эмблема. Еще бы королевские ноги в королевских туфлях изобразили, попирающие подножие.

- Передай леди Асвинд, что для нее послание.

Я вспыхнула и вздёрнула подбородок.

- Я и есть леди Асвинд! Давай сюда своё послание.

Дожили! Меня приняли за служанку в собственном доме.

Слуга поспешно извинился, вложил в мои руки узкую продолговатую коробочку из синего бархата и конверт. На серебристой бумаге было написано мое имя.

Первым делом я нетерпеливо разорвала конверт. На мою ладонь выпала записка. Несколько скупых строк, написанных изящным почерком с крупными вензелями.

«Сегодня вечером жду тебя на площади у фонтана. У нас свидание»

Даже не подписал. Какой нахал! А вдруг у меня десять таких кавалеров?!

Я распахнула коробочку.

На белом атласе лежала золотая цепочка с подвеской в виде лилии.

Я решительно захлопнула её обратно и сунула в руку опешившему слуге, вместе с конвертом.

- Передайте своему господину, что девушки рода Асвинд не принимают дорогих подарков от посторонних мужчин! И сегодня вечером я занята.

Мог бы и сам прийти, если так уж хотел увидеться. Меня почему-то задело. И вообще, я не уверена была, что хочу видеть Ульрика! Я ещё не разобралась в своих чувствах. Рядом с ним мне было… как-то странно.

И в тоже время получить такой подарок, конечно, ужасно приятно. Я улыбалась, когда закрывала дверь, выпроваживая слугу.

Значит, всё-таки влюбился!

***

На следующее утро слуга явился снова.

В этот раз он уже не обознался, и с почтительным поклоном подал мне конверт. А ещё - изящную плетёную корзинку, полную засахаренных орешков, конфет и других сладостей.

Из очередного серебристого конверта мне на ладонь слетела записка ещё короче предыдущей.

«Хотел бы попробовать на вкус тебя. Ты такая же сладкая?»

Вне себя от гнева, я порвала записку в мелкие клочки.

- Но что мне делать с этим? – взмолился бедолага стражник, поднимая выше корзинку.

- Съешьте сами, выбросьте, что угодно! – выпалила я и с оглушительным грохотом захлопнула дверь перед самым его носом.

Нехорошо так выходить из себя.

И не спать всю ночь потом из-за наглой выходки этого придурка тоже нехорошо.

И думать о том – а что, если бы я тогда позволила себя поцеловать?

 

***

На третий день я с самого утра находила себе какие-то занятия вблизи входной двери, ругая себя по чём свет. Но зеркало было протёрто аж три раза.

Дверь я распахнула, едва под ногами прошёл гул.

Знакомый уже слуга с опаской протянул мне корзинку, в которой лежали… персики.

Какой подлый приём.

Я сглотнула слюну. Мои любимые фрукты. Как он узнал?

В этот раз записка была самой короткой из трёх.

«Ты всё равно будешь моей».

Поколебавшись, я взяла один персик из корзины. Остальные отправила назад.

Глубоко задумавшись, съела неимоверно вкусный, спелый и сочный плод в одиночестве в своей спальне. Сладкий сок тёк по губам, оставлял липкие следы на пальцах.

Я не сразу сообразила, что письмо в этот раз не порвала, и всё это время оно оставалось зажатым в моей ладони.

 

***

- Да сколько можно! Скажи своему хозяину, что может отправляться к йотуновой бабушке!.. – выпалила я, распахивая дверь на следующее утро.

- При всём уважении, юная леди, я не могу передать Её величеству то, что вы сказали! – надменно процедил высокий дородный усач в белом плаще и с королевским гербом на груди. Белоснежная башня на синем геральдическом щите, и черные руны по кругу с девизом правящего рода: «Крепче льда и Вечна как горы Твоя Слава».

Я ужасно смутилась и присела, склонив колено.

Возмущённый моим невежливым приёмом герольд вынул из кармана трубочку пергамента, с которой на шёлковых шнурах свисала синяя сургучная печать. И обиженным тоном провозгласил:

- Кхм-кхм… итак. Именем закона, объявляю королевскую волю! Её величество повелела срочно явиться к ней всем незамужним благородным девицам Гримгоста, вошедшим в брачный возраст! По списку.

Он развернул весьма короткий свиток, на котором я, кусая губы, увидела и своё имя.

Глава 6

Сердце ушло в пятки.

Ничего хорошего от такого приглашения ждать не приходилось, но и отказываться было нельзя. Ох, вот бы только Фенрир был дома! Но самое страшное в моей ситуации, что даже брат ничем не мог помочь.

По древнему заклинанию вечного служения Волк Гримгоста обязан был повиноваться каждому слову своей госпожи. Она держала в руках цепь от незримого ошейника, который был на его шее. Если она прикажет ему прыгнуть в пропасть, он сделает шаг.

Если я и ненавидела кого-то в этой жизни, то королеву Асуру.