Попасть в сказку и не выйти замуж? Книга 4 - Инга Ветреная

Меня уже традиционно прижали к какой-то кирпичной стеночке, сверля разъяренным взглядом.

Глава 8

— Маша, ты чего добиваешься? — высказывал свои претензии злющий Святояр.

Надо же, пока бабуськи на него ворожбу вешали, молчал, как рыба. Видимо, злость копил. А как я одна осталась, в атаку пошел!

— Елисея расколдовать, а затем домой вернуться! Мой план действий не изменился! — честно, как на духу, призналась я.

— А как же я? Как же мы? А наша помолвка? — опешил боярин.

— Чтобы у нас с тобой состоялась помолвка, ты, любезнейший воевода, должен сначала мне сделать предложение руки и сердца. А я что-то такого не припомню! — высказывать претензии — это гораздо лучше, чем оправдываться.

— Так, а зачем теперь-то? После нашей ночи любви, я просто обязан на тебе жениться! — покрепче прижав меня к стеночке и заглядывая в глаза, слишком самоуверенно вещал Святояр.

Вот блин! Первый раз в жизни на порядочного мужика нарвалась, и так не вовремя! И почему именно этот оказался таким благородным! И что теперь с ним делать?

— Но ведь по дороге к Кощею ты только статус невесты предлагал, а о женитьбе даже полсловечком не обмолвился! И как я поняла из наших разговоров, брать меня в жены ты ни в коем разе не собирался! Предполагалось, что я похожу для отвода Кощеевых глаз в твоих невестах, да и разбежимся подобру-поздорову! — напомнила я утопающему в негодовании новоиспеченному жениху.

— Машенька! — еще крепче прижал меня к себе боярин, отчего мне даже послышался хруст моих ребер.

Умелые руки активно поползли по моему телу, приятно массируя бока и убирая болевые ощущения. Каждая мышца, от стресса находившаяся в зажиме и приобретшая свойства деревянного полена, сейчас началарасслабляться. Очень захотелось выгнуться и подставить плечики, чтобы их размяли большими, сильными, горячими ручищами царского воеводы. Я даже зажмурилась от удовольствия, млея.

— Выходи за меня! — услышала я нежный шепот у себя над ухом.

Говоря это, Святояр продолжал нежно перекатывать «мышцы» на моей спине и попе.

— Ммм? — невнятно прогудела я.

— Я рад, что ты согласна, — в голосе нахала явно звучала усмешка.

Да, ты мой находчивый, думаешь, мое слабое место нашел? Полагаешь, что я прошлой ночью от твоих ласк млела? Да, если тебе всю правду рассказать, то ты нас, женщин, до самой смерти ненавидеть и проклинать будешь! Или ты рассудил, что я к тебе кормой развернулась, чтобы углубить, так сказать, угол проникновения для достижения максимального удовольствия во время финальных скачек? Дудки! Мечтательный ты мой, с лапшой на ушах! Так мне представлялось лучше! Так сказать, реальный участник марафона не мешал визуализировать желаемого! Да только нельзя, милый, тебе такое в лицо-то говорить, а то ты меня на костре прямо во дворе Бессмертного, сожжешь, как ведьму!

— Святояр, а я сегодня ночью таким же образом согласилась стать твоей невестой? — не открывая глаз от удовольствия, спросила я.

— Да, — нахально ответил боярин.

— Боюсь, ты меня неправильно понял, — расплылась я в улыбке, не предвещавшей моему собеседнику ничего хорошего.

— Что? — умелые руки замерли на моей корме.

— Это я не на сватовство соглашалась, а высоко оценила твой талант делать женщину счастливой!

Вот это я! Это ж надо так витиевато заменить слово оргазм и, не обидев жениха, отказаться от помолвки!

— Ты хочешь сказать, что не соглашалась стать моей невестой? — боярину явно не верилось.

— Не соглашалась, — подтвердила я.

— Но ты ведь так мне улыбалась! Аж, вся светилась! — не отступался Святояр.

Понятно, коли не желаешь быть невестой, то хвали меня, хвали! Ну что не сделаешь ради хрупкого мужского самолюбия! Похвалим и по шерстке погладим, лишь бы двухметровый чувствительный богатырь не расстроился!

— Щедро одарила тебя природа талантами, вот и улыбалась, — ворковала я в удушающих объятьях.

Святояр уткнулся лицом мне в макушку, продолжая исследовать мое тело, вызывая волнительную реакцию.

— Ты отказываешься быть моей невестой, — не спросил, а печально констатировал Святояр.

— Отвечу честно, быть твоей суженой в мои планы не входило. Но, как выяснилось, что не делается — все к лучшему, — успокаивала я расстроенного боярина, гладя его по широкой спине. — Утренняя реакция царских индивидов свидетельствовала о том, что ты был абсолютно прав, когда говорил, что со статусом твоей невесты мне тут будет гораздо безопаснее, чем в качестве свободной женщины с ребенком. Прости, что раньше тебя не послушала.

— Машенька! — как-то слишком томно зашептал мне в макушку Святояр, недвусмысленно упираясь мне в живот причиной своего пылкого состояния. — А если будешь моей женой, тебя ни один косой взгляд не заденет, ни одна грязная сплетня не долетит.

Интересно, это каким образом? Ну, точно, запрет меня в высоком тереме и будет захаживать исключительно для взыскания супружеского долга. Судя по его горящему похотью взгляду, в моем исполнении эта повинность его вполне устраивает. А вот у меня совершенно другие планы.

— Статус твоей невесты меня вполне устраивает, но только на прежних твоих условиях. Если быть моим женихом тебе не нравится, то сегодня на обеде, перед Кощеем Бессмертным и коллегами я объявлю о разрыве нашей помолвки и даже для убедительности посыплю голову пеплом в доказательство своих страданий, — ответственно заверила я. — Не поможешь мне пепел в Кощеевом дворце отыскать?

От быстроты изменения моих решений Святояр немного протрезвел, несмотря на охвативший его дурман плотских желаний и, заглядывая в мои честные очи, даже отступил на шаг назад.

— Нет, нет, нет! — замотал боярин головой. — Твоя безопасность прежде всего! Я согласен для подтверждения своих намерений защищать твою честь, прикрывая своим именем, вновь встретиться в моих покоях сегодня ночью.

Ух ты! Ну, просто рыцарь! Защитник сирых и убогих! А как изящно и завуалированно на встречу пригласил для продолжения распутных отношений! Быстро учишься, воевода!

— Благодарю за заботу, но, думаю, я сегодняшний вечер с сыном проведу! — выкручиваясь из объятий тяжелодышащего боярина, ответила я.

Надо же, раньше млела в объятьях этого мужчины, тая от жарких прикосновений и пылких слов, а сегодня, кроме краткого вывода «приятно» ничего не чувствую. Что-то я совсем запуталась! Домой нужно возвращаться, там все гораздо проще!

Отойдя от гостеприимной стеночки метров на десять, я обернулась. Святояра там уже не было, а вот на каменном козырьке в метрах десяти над тем местом, где мы только что так жарко обнимались с воеводой, сидел ворон, не сводя с меня черных, как ночь, глаз. Ну, кто бы сомневался, что меня оставят без наблюдения? Я, приложив палец к губам и молча прося пернатого сохранить сей разговор в секрете, нахально