Ведьзмарский лес - Иванна Осипова

Она всегда придерживалась полуправды, когда утверждала, что не помнит родителей, или сама верила: воспоминания — обман и игра воображения. Отца Урсула видела только на портретах, а образ мамы оставался стёртым пятном среди тёмных красок комнаты, где долгое время жила старшая леди Бидгар. В год смерти матери Уле исполнилось пять.

— Ты не можешь помнить. — Харви сморщился, как от зубной боли, морщины пролегли глубже. — И Эрмея обезумела от горя после смерти лорда. Стала мнительной выдумщицей. Не стоит слушать пустые слова и искать в них смысл.

Закрыв глаза, Ула пыталась извлечь из памяти жаркий шёпот матери, произносящей непонятные для ребёнка фразы о проклятии и гибельном замужестве. Вместе со звуками пришли запахи — травяных настоев и горечи. Затем, острыми иглами в сердце посыпались разрозненные картинки. И ярче прочего — бесформенная неопрятная фигура в белой рубахе до пят; бледное лицо с размытыми чертами искажалось при каждом движении мысли. Ула не любила бывать в комнате, где мать порезала себе руки, разбив окно. Комната и теперь оставалась закрытой.

— Неужели брака никак не избежать? — Продолжая надеяться на что-то, Ула терзала и Харви.

— Потеря половины земель. Лес.

— Лес… — Убедившись, что ноги больше не дрожат, леди Бидгар поднялась. — Он ничего не стоит. Умирающая земля. А остальное… — Она продолжала хмуро комкать ленту, сорванную с шеи. — Наши земли. Не для Скоггарда мы с таким трудом каждый день выкраиваем золотые и силы для поддержания жизни. Я готова подумать о браке.

Карвелл по своей привычке смолчал, но, скрестив руки на груди, вцепился пальцами в предплечья. По лицу советника Ула прочла, что иного решения он от неё и не ждал. Однако Харви добавил:

— Я пытался выяснить. Молодой Скоггард не слишком любит вашу семью, миледи. Это обнадёжило меня когда-то. Поэтому я удивлён, что договору дали ход.

Обед с младшим советником, как и обещала леди Бидгар, состоялся. По негласной договорённости никто не упоминал о деле, но и других разговоров за столом не сложилось. Карвелл недобро поглядывал на гостя, а тот односложно отвечал на отвлечённые вопросы старого Харви.

Ничем не выдавая волнения, Урсула показала себя безупречной хозяйкой — поинтересовалась, хорошо ли устроили посланника, предлагала испробовать вина и особых блюд, поддерживала, пусть и короткие, разговоры. Несколько раз она принималась за еду, но столовые приборы так стучали по тарелке и дрожали в пальцах, что Ула их отложила. Впрочем, и есть она не хотела.

Пытка продолжилась и после застолья. Они показали гостю конюшню, предложив прогулку верхом, но Резло вежливо отказался. Его устроила пешая прогулка возле замка, где Урсуле пришлось рассказывать о мельнице, понижении уровня воды в реке и переселенцах из-за мёртвой земли.

— Проблема переселенцев. — Гость кивнул, будто поставил галочку в собственном невидимом списке.

— В землях лорда Скоггарда так же? — машинально задала вопрос Урсула. Всё, чего она желала сейчас, — это запереться в собственной комнате, зарыться в подушки и дать волю слезам, что застряли в горле комом.

— Две деревни. Один песок да камни остались, — подтвердил младший советник и следом напряжённо сцепил руки: кажется, решил, что слишком откровенен с Бидгар.

На Улу он произвёл двойственное впечатление. Внешне Резло ничем не отличался от мужчин своего возраста. Невысокий, с резкими чертами лица и сдержанными манерами, он мог считаться интересным мужчиной. Но Урсуле младший советник не нравился — обстоятельства ли знакомства наложили свой отпечаток или то, как посланник лорда Скоггарда оценивающе оглядывал хозяйку и тем же самым взглядом изучал окрестности. Лишь изредка во взгляде проскальзывало что-то естественное и человечное. К моменту возвращения в замок он смотрел на Урсулу Бидгар с заинтересованным вниманием.

Вечером Ула смогла уединиться в комнате. Отпустив Дану, прямо в одежде села на кровать, вцепилась пальцами в самый краешек. Перед прогулкой она переоделась в удобный дорожный камзол, не в силах больше выносить тесное платье. Каменное лицо гостя отразило удивлённый интерес, когда Ула спустилась к ним в подобном виде.

«К старым богам тебя, Резло!» — Резкие слова остались невысказанными.

Ула должна была всё обдумать. Почувствовав, что пальцы начинает сводить, — с такой силой она сжимала деревянный остов кровати, — она заставила себя их разжать, руки дрожали. Тщательно спрятанное и сдерживаемое скрутило болью. Ком в груди мешал дышать.

На этот раз Ула позволила слезам пролиться. Одна в комнате, никем не видимая, она тихо плакала, прощаясь с Карвеллом и своим несостоявшимся будущим. Совсем иную жизнь она представляла, мечтая о счастье рядом с любимым человеком. Вначале это был неясный образ, смутное ощущение близости и тепла. А позже образ обрёл краски и чёткие линии, став Карвеллом. Он всегда был рядом, оберегал и заботился о своей девочке. Улу совсем не волновало, что выбор её пал на человека, который годился ей в отцы.

Однако Урсула не была наивной и давно понимала, что рано или поздно ей придётся выйти замуж и мужем станет не тот, кого выбрало сердце. Знала, что отдаст себя чужому, незнакомому мужчине, лорду других земель или безземельному, но родовитому потомку славных семей края. Иначе сохранить статус и кровь Бидгар невозможно. Она не желала думать об этом, спрятала в самый дальний уголок сознания тревожные мысли, продолжала жить иллюзией, что сможет изменить правила. Реальность ударила в самую сердцевину, когда Ула этого не ожидала.

Чужак перестал быть пустой оболочкой и обрёл имя — лорд Скоггард. Она совсем не знала его. Отерев ладонью слёзы, Ула прилегла, вспоминая детство и то, как она, восьмилетняя девчонка, возилась у дороги с деревенскими детьми. В азартном веселье они с ног до головы вымазались в грязи, боролись друг с другом, изображая храбрых воинов. Собранные в косички волосы Улы растрепались и повисли грязными прядями, чумазое личико раскраснелось. Когда мимо проезжал небольшой отряд из соседского замка, она меньше всего походила на наследницу древнего рода и хозяйку земель.

Сейчас Урсула ярко увидела мальчика на белом коне среди хмурых широкоплечих всадников. Лошади медленно переставляли мускулистые ноги, бряцали сбруя и оружие стражи. Девочка с зелёными глазами сжимала в руках деревянный меч и провожала взглядом кавалькаду, где ехал чистенький и строгий мальчик с недовольным лицом. Тогда ей хотелось, чтобы он посмотрел на неё, а следом она испугалась, что он увидит, какая она неопрятная и растрёпанная. Юный лорд Скоггард выглядел таким гордым и правильным — с высоко поднятой головой, тщательно расчёсанными