AISI - Гляжусь в тебя, как в зеркало

— Эй, плакса! — обратила она на себя внимание девушки, — твоя накидка дорога тебе только деньгами? Или как память о ком–то?

Девушка, всхлипывая, захлопала глазами, не поняв ее вопроса. Оля пояснила:

— Если тебе просто нужен плащ, возьми мой, а я возьму твой. У меня еще есть время, до утра он успеет высохнуть и на веревке.

— Ты хочешь отдать мне свой плащ? — удивилась девушка, — бесплатно?

— Ну да, — кивнула Оля, — деньги мне сейчас вроде как ни к чему.

— Но, это как–то странно, — как–то испуганно начала лепетать девушка, но почему–то успокаиваясь.

— Почему странно? — поинтересовалась Оля, — своим видом ты портишь мне настроение, которое и без того поганое. Хочу увидеть тебя счастливой. Может, и сама воспряну духом.

— А, вот оно как… То есть, это я тоже тебе помогу, если возьму плащ? — уточнила успокоенная девушка?

— Именно, — заверила ее Оля

— Ну, тогда давай меняться, — уже довольно бодро согласилась, наконец, несчастная.

Окружающие их женщины, которые с недоумением слушали их разговор, вздохнули с облегчением. Но как–то странно косились на Олю, как на ненормальную. А потом начали расходиться. Одна их них задержалась возле Ольги:

— Зря ты так, — твой намного больше стоит.

— Да ничего, мне он нужен меньше чем ей.

— Странная ты, — сообщила женщина.

Оля пожала плечами. Но женщина не умолкала:

— Но девица та еще страннее. Видела я их вчера. Она того мужика знала, который напал. И кажется, она ему сама что–то обещала. А потом передумала. Вот и психанул. Ты это, осторожнее тут, пьяных и дураков много.

— Спасибо, я запомню, — попыталась закончить разговор Оля.

Но женщина не унималась.

— Тебя как звать–то?

И Оля поняла, что уйдет отсюда не скоро.

Часть 8

Когда она возвращалась в гостиницу, солнце уже садилось. Осмотреться ей не удалось. Но эту неудачу с лихвой покрыла говорливость ее новой знакомой. За время, проведенное с той, Оля узнала обо всем и обо всех в этой гостинице. И даже о некоторых вещах за ее воротами. А также наговорилась на полгода вперед. Как ни посмотри, а женщина оказалась первой, с кем Оле пришлось общаться как с подругой. Дойдя до лестницы на второй этаж, рядом с которой находилась дверь в общую комнату, Оля заметила, что в щелях не видно света. Если там темно, то надо вспомнить, где располагались они с Анной, и как туда пройти, чтобы никого не задеть. Но, вдруг, она почувствовала чей–то взгляд в спину. И уже знакомое потустороннее «Внимание! Опасность!» мгновенно развернуло ее тело всем корпусом в сторону взгляда. Почти рядом, на самых последних ступенях лестницы стоял удивленный ее действием Воронецкий. Оля молчала, не зная, что в таких случаях говорят господам. И тот тоже молчал. Пока не увидел мокрую тряпку, свисающую с ее руки:

— Это что?

— Да вот, решила постирать, — неуверенно начала подбирать слова девушка.

— Где ж ты успела испачкаться? — полюбопытствовал барин

— Да нигде, — растерянно, но честно попыталась ответить Оля. Потом поняла, что сказала глупость, а возможно и грубость, — вернее, не пачкалась. Просто… люблю стирать, — попыталась закончить она неудобный разговор.

— Вот как, — поразился мужчина, — Понятно.

На продолжении разговора он, похоже, настаивать не собирался. Но почему–то не уходил. Он перевел взгляд с ее рук на свои, а потом сказал:

— Раз уж ты все равно здесь, поднимись наверх, вторая комната с конца коридора. Я, кажется, ключ забыл в двери. Возвращаться не хочется. Примета недобрая.

Оля молча обошла его и начала подниматься. Потом обернулась:

— А если не найду?

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Если не найду в двери ключа, что мне делать? — пояснила она.

— Если не найдешь, возвращайся, и скажи что не нашла, — терпеливо объяснил он. Но потом добавил, — А хотя, подергай дверь перед этим. Если откроется, то крикни что открыто.

— Кричать в такое время? — удивилась Оля.

— Если там кто–то есть, после крика он уже ничего тебе не сделает.

— Понятно. Ну, я пошла.

Он как–то странно покачал головой, но ничего не ответил.

Оля поднялась на второй этаж. Дверь она нашла сразу. Ключ был в ней. Она подергала дверь. Заперто. Девушка вытащила ключ и пошла обратно. И чуть не столкнулась с давешней несчастной девушкой. Та выходила из помещения рядом с дверью, которая была напротив от барской.

— О! Давно не виделись. Разве ты не уехала, — удивилась Оля.

Девушка тоже удивилась.

— Здрасте! Да вот, хозяйке плохо стало, за ней сейчас родня приедет, — объяснила она. — А я уеду домой завтра утром, с новой крепостной, на почтовых. Так что можем обратно меняться. Мой уже высохнет.

Оля протянула ей сырую накидку. Но девушка замотала головой.

— Я сейчас в аптеку. А потом неизвестно когда хозяйка отпустит. Мне ж еще твой вернуть надо.

Оля подумала и сказала:

— Утром мы тоже уезжаем с почтовыми. Возможно ли, что это одни и те же лошади?

Девушка усмехнулась:

— Они. Других нету, — и добавила, — Вот в экипаже и поменяемся. Извини, мне бежать надо.

— Договорились, — согласилась Оля, — до завтра.

И девушка убежала.

Спустившись вниз, она вручила ключ барину. Тот был раздражен:

— Ты там заснула что ли? Я уж сам хотел подниматься.

— Извините, — просто сказала Оля. Больше она не знала что сказать.

Барин глубоко вздохнул, странно повел головой, потом развернулся и молча вышел из гостиницы. А Оля толкнула дверь общей комнаты и пошла разыскивать Анну. Когда она ее нашла, та еще не спала. Ждала Ольгу. Убедившись, что с ней все в порядке, Анна начала кормить ее остатками домашней еды. Оля подумала, что завтра еды не будет, а Воронецкий как–то не очень собирается их кормить. Что будет завтра? — думала она. Что будет дальше и как? После ужина Анна уткнулась лицом в узлы и сразу заснула. А Ольга еще некоторое время пыталась представить себе свое будущее в новом незнакомом поместье. С новыми вопросами без ответов. А потом тоже уснула. Разбудила ее телесная потребность. Где нужное ей место она хорошо помнила. И почему–то, в полной темноте, смогла добраться до двери комнаты, никого не задев. Полусонно справив свои дела, она стала возвращаться в гостиницу. Но уже почти на крыльце довольно ощутимо врезалась во что–то упругое. И сразу проснулась. Но потустороннее состояние опасности отчего–то не появилось. Упругое схватило ее за плечи, чтобы не упасть и не дать упасть ей. От упругого одуряюще несло винищем. И Оля, отворачивая голову как можно дальше, попыталась отпрянуть и стряхнуть с себя его руки. Но тут она услышала глухой голос: