Великий князь и я. Театр - Ксения Васёва

— Идея хорошая, — согласилась я с княжной, — но почему она прислала вместо нормального директора… это!

И услышала:

— "Это" — средний род, а наш новый директор без сомнения мужчина высокого происхождения, — раздался певучий голос рядом со мной, — но естественно, девушки из провинции не разбираются в таких нюансах. Николя, у тебя настолько поменялись вкусы с нашей последней встречи?..

Мой новый знакомый с чувством вздохнул, а я подняла голову. То, как фыркала маменька на платья актрис, стало мне предельно ясно.

Барышни в столице носили декольте — но отнюдь не такое откровенное и сильно ужатое корсетом. Родинка на груди — зуб даю, нарисованная! — тоже ужасно привлекала внимание. Шифоновые рукава добавляли излишней откровенности. Дополняли картинку светлые распущенные локоны и обильные румяна на щеках.

Красивая, упырь подери, очень красивая девушка!

Она со вкусом поцеловала Ника в щёку, изучая меня из-под опущенных ресниц. Фривольный поцелуй и глубокое декольте явно не оставили Ника равнодушным, но к счастью, он быстро пришёл в себя.

— Привет, Жани, — по-хозяйски обняв красавицу за талию, Ник вернул ей поцелуй и сел обратно, — позволь представить тебе Сену, нашу гостью. Её постановка выиграла конкурс княжны Юлианы.

— О, какие люди! — девица упала на соседний стул, не дожидаясь приглашения. — Да, Ясинский говорил про новую постановку. Просто удивительно, какие порой дарования прячутся в глуши. А что пишет такая… личность, как вы? Дай угадаю, любовные романы про цесаревичей?..

— Детективы, — сухо пояснила я, сытая любовными романами по горло. Ничего не имею против отношений между героями, но почему-то в Ладанье все реагировали с подобным пренебрежением. Впрочем, в Ладанье с пренебрежением реагировали на моё желание писать вообще.

Кроме маменьки. Она всегда считала, что у меня талант.

— Детективы?.. — недоумённо, как мне показалось, уточнила Жани. — Это что-то из эротики? Сейчас такая модная тема — писать о близости и непотребствах! Подпольно, разумеется. Наверное, узкий жанр каких-нибудь извращений?

Ник прыснул в кулак, а я покосилась на Жани с подозрением. Она серьёзно?.. Детективы, конечно, менее известны, но даже в провинциальном городе назовут пару авторов!

— Не переживай, Жани, всё будет в рамках приличий, — Ник положил руку поверх руки девушки и мягко улыбнулся. Я машинально спрятала ладони под стол — не то, чтобы кто-то домогался, но ведь такая демонстрация недопустима!..

— Ой, Никки, с тобой я готова на любую роль, ты же знаешь, — вопреки ожиданиям, девица не отшила наглеца, а ещё более к нему прижалась. Но в этот момент её позвали — и, махнув нам, она умчалась.

Я выразительно покашляла.

— Нравы театра настолько вольные?..

— А?.. — Николай будто бы растерялся. — Ну, мы с Жани когда-то были, кхм, вместе, и по старой дружбе…

— Друзьями у нас теперь полюбовники зовутся?..

— Для нежной барышни ты неплохо разбираешься в отношениях, — с ехидцей уколол меня Ник, — брось, Сена. Это театр. Тут почти все были в отношениях тем или иным образом. Лучше привыкнуть к нашей… кхм, нескромности с самого начала. Вдруг на какую-нибудь оргию захочется?..

Кровь отхлынула от моего лица. Что?! Уходить! Немедленно! Благо, очерки начальников сыскной полиции позволяли понять, что Николай имел в виду!.. Мерзавец!..

— Выдохни, — хохотнул он, — оргии уже не в моде. Может, ты и вправду графиня? Краснеешь как благородная беляночка!

Я мгновенно очнулась. В самом деле, Сена! Оргии и оргии, чего бухтеть-то! Да у тебя с десяток оргий за плечами и совершенно никакого титула!..

— В одном Жани права, — как ни в чём не бывало продолжил Ник, — директора назначила княжна, иначе фон Яссон не ушёл бы без боя. Интересно, чем он ей приглянулся? Что думаешь?..

Я была полна своих переживаний — и ничего не ответила. Вместо того, чтобы поддержать разговор, я выпалила:

— Кто утверждает состав актёров? У меня получится повлиять на это?..

— Окончательное слово за директором, но фон Яссон оставлял актёрский состав на усмотрение режиссёру. Так что решать будет Ясинский, а почему… Дело в Жани, да?.. Боюсь, лучше не найти. Она красива, эффектна и известна в нашей среде. Возможно, не слишком образована, но с ролью справится. Я затрудняюсь назвать другую героиню, подходящую на главную роль.

Я ничего не имела против Жани в целом, но представить её на месте своей героини не могла совсем!.. Не тот типаж! Абсолютно! Мелкие пакости, зловредство, заигрывания… моя героиня, переодеваясь в мужчину, держится с ними на равных. В каком-то смысле для Жани это реально будет извращением.

Передаться отчаянию я не успела — звонкий перелив пролетел по буфетной. Поднявшись, Ник пояснил, что нас вызывают в главную залу к директору.

6

— Меня зовут Алексей Темногорский, — директор хмуро обозревал собравшихся, — по величайшему повелению княжны Юлианы я буду управлять театром. Обращаться ко мне исключительно "Ваше благородие" или "господин". Не потерплю фамильярностей и пререканий. Я прав, вы нет. Всё понятно?..

В полной тишине я одна поцокала языком — и тотчас удостоилась пристального взгляда.

— Ваше положение мы обсудим отдельно, — директор посмотрел на меня в упор — и по спине побежал неприятный холодок. — Но запомните, если вы за кулисами — вы подчиняетесь правилам. Мне не важно, как вы оказались в театре. Я никого не держу. Либо уходите с концами, либо остаётесь. Точка.

Никто и с места не сдвинулся — хотя, на мой вкус, Темногорский вёл себя слишком вызывающе! Впрочем, после фон Яссона с прежним "дарованием" актёрский состав основательно поредел. Собственно, возмущаться было особо некому. Работники закулисья нервно жались друг к другу — только императорские театры могли позволить себе гримёра, декоратора и прочих. Покинув театр, эти люди рисковали больше не найти работу.

Поэтому все дружно промолчали.

Кроме Ника актёром назвался молодец с длинными волосами и лысый силач, видимо, взятый для специфических ролей. Конкуренток у Жани практически не нашлось — не брать же двух зажатых девушек, явно из бывшей прислуги.

Кажется, все трое — директор, Ясинский и я — не ожидали такого скудного набора от императорского театра!

— Дела-а, — Темногорский почесал затылок и опустил пятую