Его строптивая любовь (СИ) - Коняева Ирина

Да что со мной происходит? Почему я так стараюсь ему угодить? Бесит!

Кулак под моей рукой расслабился, и мои пальчики оказались в мягком захвате горячей ладони.

— Как только ты будешь представлена ко двору, на тебя лягут все обязанности светской леди, Алессаль, а это балы, визиты, невозможность сбежать в общежитие академии и спрятаться от всей этой «прелести». Кроме того, если это случится до твоего поступления, любая из принцесс может потребовать тебя во фрейлины. И вместо обучения ты будешь не просто ходить тенью за её высочеством, а станешь прислугой при капризной особе. Более того, до замужества лишиться этой «почётной» обязанности невозможно, как и выйти замуж без её разрешения, — обрисовал картину брат.

Кашлянула. Бросила на маму с отчимом недовольный взгляд.

— Я могу оформить документы в академию завтра с утра?

— Если нам повезёт и ректор Родсон будет в городе, Алессаль.

— А если нет? — Испуганно сжала его руку.

Взгляд брата стал теплее, выражение лица смягчилось.

— С большой долей вероятности этот вопрос будет решён положительно, — сообщил Рагнар, а затем перевёл взгляд на родителей. — На бал ей попадать нежелательно. Для вас нежелательно, — добавил он с таким выражением, что мама отшатнулась, ударившись о спинку стула. — Мы вас покинем. Я обещал Алессаль показать вечерний город. Не ждите нас.

Спорить не стала, откланялась и молча пошла рядом. Вечерний город, так вечерний город, я не против пройтись и поговорить на нейтральной территории. Кроме того, можно погулять подольше и вернуться так поздно, чтобы сразу лечь спать, даже если мама будет ждать меня для ещё одной неловкой беседы.

На улице сейчас, наверное, приятно. И можно надеть красивое платье.

— А можно я надену юбку по колено? — оживилась от одной мысли нарядиться почти по–земному, и, не дожидаясь ответа брата, побежала к себе.

Когда выбирала платье к ужину обнаружила целый ворох современной столичной одежды, притом юбки были не только пышные, но и обычные шифоновые, приятные к телу и идеальные для лета. Неизвестный дизайнер сформировал готовые комплекты, так что я быстро облачилась в симпатичную голубую юбку и белую блузку без рукавов. Украшения не надевала — с ними бы я точно провозилась, а оставаться в доме дольше необходимого не хотелось.

— В таком и на Земле можно ходить, — оценила наряд, покрутившись перед зеркалом. — Жаль, вся обувь с закрытыми пальчиками.

Выбрав босоножки на высокой танкетке, быстро их надела и вышла к Рагнару, который терпеливо ждал в гостиной на милом плюшевом диванчике цвета тёмной сирени. Точнее, это был полноценный диван, но из–за огромных габаритов братца он выглядел, как игрушечный.

— Ты пойдёшь вот так⁈ — ужаснулся он, поднимаясь и замирая с выпученными глазами.

Вот гад. Сам ведь говорил, что в его присутствии можно наряжаться во что угодно.

— Именно так я и пойду, — проговорила с достоинством. — У меня прекрасная фигура, не вижу смысла прикрывать её десятком слоёв ткани.

— Мне тебя не понять, — признался Рагнар, качая головой. — Наготы стесняешься, а вот так одеваться — нет!

Настал мой черёд удивляться.

— Вот так — это как? Так одеваются девушки с сомнительной репутацией?

— Нет, но…

— Если нет, то не вижу причины для переодевания, — отрезала, строго посмотрев на брата. — Это обычная современная и допустимая одежда, раз она оказалась в моём гардеробе. Или ты хочешь сказать, дизайнер хотел меня таким образом подставить?

— Нет, — вынужден был признать Рагнар. — И всё же твой наряд непривычен взгляду и чересчур откровенен. Все мужчины будут смотреть только на тебя.

— И что? Разве найдётся хоть один безумец, который в твоём присутствии подойдёт и сделает мне неуместный комплимент? — хмыкнула, посмотрев на мощного и сурового брата. Да к такому дорогу спросить побоишься подойти, не то, что подмигнуть его спутнице!

— Нет. И тем не менее, я бы на твоём месте переоделся, — заявил вдруг Рагнар с таким лукавым видом, что я поняла: да, мне стоит это сделать. Незамедлительно! Но вредность подняла голову и возмущённо на меня посмотрела.

— И не подумаю! — проявила я упрямство. — Пойдём, пока окончательно не стемнело, я хочу пройтись по амирским улицам в этом наряде и увидеть реакцию современных горожан, а не таких дикарей, как ты.

— Из–за таких дикарей, как ты говоришь, моя дорогая и прекрасная Алессаль, — едва не мурлыкая от удовольствия произнёс Рагнар, помогая спуститься мне по лестнице, — и стоило переодеться. Точнее, из–за одного дикаря. Ты выглядишь в этом костюме… волнительно, — закончил он неожиданно деликатно.

Строго посмотрела на братца и цокнула.

— Держите себя в руках, лорд Фогрейв.

— Лордом быть не так весело, как дикарём, — заявил братец, подхватывая меня за талию и легко сбегая по лестнице в парк. На землю при этом меня никто не поставил.

— У тебя вечерний фитнес? Тренировка? — поинтересовалась я нарочито нейтральным тоном. — Тогда отнеси меня к чашам с огнём, пожалуйста, я немного подзаряжусь энергией любимой стихии.

— Снова не споришь? — удивился Рагнар.

Ах, вот, что он задумал! Провоцирует на конфликт. Кажется, кое–кто подсел на наши пикировки и скучает по ним.

— Что ты, милый братик! — возмутилась таким елейным голосочком, что едва не расхохоталась. Ну и сдала себя с потрохами, разумеется: — Хочу посмотреть, сколько ты продержишься. Ты, конечно, очень сильный, но…

— Но-о⁈ — совершенно искренне вознегодовал мужчина, направляясь в обход дома, где нас ждал тускло тлеющий, чтобы не подставить меня перед слугами и родителями, и очень недовольный тем Огонёк.

— Но не можешь ведь ты меня носить на руках всю ночь, — закончила я, забирая обиженную стихию, которая гордо удалилась под кожу и спряталась за сердцем.

Вместо ответа меня продолжили нести на руках, а я из чистой вредности покрутилась–повертелась, всячески демонстрируя, что мне так неудобно, и только после этого попросила не мять новую юбочку, мне её ещё показывать местным мужчинам.

Рагнар посмотрел на меня так дико и зло, что я не выдержала и нежно ему улыбнулась. Желание чмокнуть мужчину в нос железной волей подавила. Это стало бы фатальной ошибкой.

Мы гуляли по хорошо освещённым улицам и болтали о всяких мелочах до тех пор, пока брат не пришёл в себя. Не знаю, отчего, но я чутко улавливала малейшие отголоски его настроения и точно знала, когда можно заводить серьёзные разговоры, а когда нет.

— А к дворцу можно подойти так, чтобы не пришлось идти внутрь? — поинтересовалась с интересом.

— Конечно. Хочешь посмотреть?

— Ага.

— Алессаль, пожалуйста, используй более утончённые слова, ты ведь девушка, — попросил Рагнар, меняя направление. — Я сегодня не очень расположен к допросу, но обещал тебе дать несколько ответов, потому приступай.

— Ой, как замечательно, что ты сам начал этот разговор! — обрадовалась я и посмотрела на спутника, сияя улыбкой.

— Будто у меня был шанс его избежать.

— Почему ты назвал меня хозяйкой дома, если здесь наши родители? — задала вопрос, который мучил куда сильнее остальных, возможно, даже более важных.

— Именно из–за их присутствия я уточнил твоё положение. В Эрмиде действует право сильнейшего, Алессаль, а я значительно сильнее отца, и именно я принимаю решения и отдаю приказы.

Интуиция подсказывала, что мне дали честное, но неполное объяснение, однако я не знала, как можно деликатно намекнуть на это обстоятельство. Подумала немного и решила спросить прямо. В конце концов, Рагнар сам говорил, что девушки надумывают себе лишнее, затем нервничают и волнуются, когда куда разумнее задать вопрос и получить ответ.

— О чём ты умолчал? Я хочу услышать развёрнутый ответ.

Мужчина хмыкнул, взял мою руку, положил на сгиб локтя, зафиксировал сверху своей огромной лапищей.

— Растёшь, Алессаль. Всё же я хороший учитель.

— Ужасный. Ничего не рассказываешь и не объясняешь, — пробурчала я.