Кто удержит ведьму? - Алиса Турецкова

что является их судьбой, — бабушка, похоже, совершенно не стремилась облегчить мне выполнение возложенной демоном миссии. — Поторопимся. Вам обеим нужно подкрепиться и взять необходимое, а потом отправишься в замок Дасльлстабр, чтобы передать эльфу принадлежащее ему по праву. Ну и заодно, успокоишь свекора. Он места себе не находит. Всех слуг на твои поиски бросил. Того и гляди, армию поднимет, — весело подмигнув расхохоталась шаманка на несколько минут становясь красивой задорной девушкой.

Глава 5

Ысыф

Вернувшись во дворец, я пребывал в приподнятом расположении духа. В жизни вечного мало что радует по-настоящему. Моей отрадой после гибели жены оставалась лишь дочь. Ирония судьбы: мой любимый ребёнок из-за моего наказания не могла наследовать от меня бессмертие. Однако, время искупления приближалось. Я много тысячелетий плёл узор смертных жизней, чтобы, наконец, преодолеть проклятие родной сестры.

*** — Ты пожалеешь, Ысыф, что поступил так со мной! — кричала Ахия на краю озера Всепожирающего огня бездны. — Ты не должен был отнимать их у меня! Я не прощу тебя. Твоим проклятием будет гибель твоей истинной и смертность твоего потомства.

— Не надо, остановись, — я пытался изо всех сил прорваться сквозь силовой барьер, в который отчаявшаяся демоница влила без остатка весь энергетический резерв; наверное, тогда в первый и последний раз я испытывал такой ужас. — Если ты войдёшь в озеро смерти, то не сможешь возродиться демоном, пока не разорвёшь нить судьбы. А смертные этого делать не умеют!

Я не успел объясниться! Не успел доказать, что мстил за обиду нашему роду. Я любил свою старшую сестрёнку и пытался уберечь от боли, в итоге ранив смертельно душу. Лучше бы я позволил ей самой узнать о предательстве клана её возлюбленных.

Стоя на коленях у кромки бушующего пламени, я в отчаянии взывал к богам семи миров, умоляя позволить исправить ошибку.***

Настойчивое ботание в двери вырвало из воспоминаний. Мне не нужно было выяснять личности незваных гостей. Так ломиться к высшему могли лишь возлюбленные Ахии, без разницы в каком воплощении. Точнее, двое из них. Третий всегда был миротворцем.

Позволив ворваться в мой дом, я встретил этих двоих в своём кабинете.

— Демон! — первым влетел, конечно же Юдарий, ах да, теперь он Шиир.

— Не помню, что приглашал вас, — смотреть на растерявших былое могущество было забавно, хотя их решимость вызывала уважение, ведь, они даже не помнили, кем являются на самом деле, но пытаются бороться в заведомо проигрышном состоянии. — Тем не менее, окажу вам любезность и позволю задать вопросы.

— У нас лишь один вопрос: где наша жена? — а Эвизир во всех воплощениях неизменно обманчиво сдержан, но тем и опасен, смертельно опасен для противников.

— Скажем так, её здесь нет, — усмехнулся я.

— Я не верю! — и что же ты, Юдарий, никак не научишься манерам, сколько бы я не создавал для тебя условий? Так и остаёшься неотёсанным мужланом.

— Демоны никогда не лгут, — выдержки мне не занимать, но бывшие возлюбленные сестры до сих пор порядком действуют на нервы. Особенно теперь: слишком ярко напоминая о моём промахе, стоившем непомерно много.

— Ты не можешь распоряжаться ею, — эльф старался разговаривать со мной, словно мы за столом переговоров, хотя я прекрасно видел насколько сильно дрожат его руки, каждый миг готовясь вызвать клинок, кстати, имеющий возможность достаточно болезненно ранить даже высших: и богов, и демонов.

— Я откликнулся на просьбу её истинного. Теперь лишь они определят, когда вы все соединитесь, — становилось скучно: в разных вариациях всегда происходило одно и тоже — они не могли защитить мою Ахию. В этом я был прав.

— Играть с нами вздумал? — попытался всё же взять себя в руки мой бывший враг.

— Инквизарий, потерявший ведьму, позволивший жалкому гному надругаться над своей женой, иди, убейся об стену. Из раза в раз, из воплощения в воплощение, я давал вам троим возможность искупить свой грех. Но всё равно итог оставался один и тот же. Вы позволяли ей умирать снова и снова от рук тех двоих. Я выпросил у создателей возможность исправить несправедливость, причиной которой мы все стали. Но вы каждую жизнь умудрялись всё испортить! В прошлый раз я даже отправил душу сестры в мужское тело, но и тогда вы двое позволили ей вновь испытать все ужасы, что она вынуждена терпеть почти вечность, — не позволяя опомниться своим гостям, я оказался рядом с Юдарием, заставляя встретиться взглядами.

***Инквизарий взглянул в бездну моих демонических глаз, проваливаясь в клубящуюся пустоту, теряя самого себя и неожиданно выныривая в незнакомом месте среди вековых деревьев, шумящих буйной летней листвой. Он в изумлении смотрел на людей в странной одежде с иномирным оружием в руках. А дальше замелькал калейдоскоп событий, утягивая сознание Шиира в свою воронку.

«Вот поседевший раньше времени командир и его помощник подробно инструктируют юного бойца, отправляя с опасным заданием.

Вот юноша прогуливается среди солдат противника, выглядывая, подсчитывая, подслушивая.

Новая картинка показала шестерых жителей небольшого городка с жадностью делящих награду за выданного врагам своего защитника.

В следующее мгновение душа инквизария корчится в агонии, обливаясь кровью вслед за измученным пытками пареньком, с молчаливым упрямством стискивающим зубы, с вызовом смотрящим прямо в глаза своим мучителям.

— Грязная свинья, ты всё равно заговоришь, — обещает холёный офицер, предвкушающе улыбаясь.

Рядом, развалясь в глубоком кресле, спокойно попыхивает сигаретой второй:

— Лучше бы тебе, мальчик, рассказать, где прячется ваш отряд. Пойми, твоя жертва бессмысленна. Вы лишь оттягиваете неизбежное своим сопротивлением. Хотя, мне доставит удовольствие ломать тебя.

А теперь уже командир суёт в переломанные пальцы трофейное оружие:

— Стреляй! Грохни эту сволочь! Отомсти за себя и за всех наших!

Заместитель заламывает руки ещё совсем недавно считавшему себя господином чужих жизней, заставляя встать на колени рядом с носилками израненного пленника. Рука наставника помогает приставить ствол к голове карателя и нажать на спусковой крючок.

Ткань мироздания вздрагивает, нити судьбы, задрожав, перекручиваются тугим узлом, запутываясь, нарушая стройность рисунка: жертва становится палачом, палач — жертвой.

Один падает с пулей во лбу, второй начинает безнадёжно задыхаться в предсмертных судорогах на руках соратников. Военврач, тщетно пытавшийся спасти мальца, в отчаянии выхватывает оружие у одного из бойцов и даёт короткой очередью по любителю сигарет».***

Тьма, схватив сознание Шиира, резко выбросила его в реальность. Инквизарий, упав на колени, пытался вдохнуть больше воздуха. Обеспокоенный эльф метнулся к побратиму, поддерживая.

— Играешь, демон? — шипел он в бессильной ярости.

— Показываю вашу ошибку, — как же раздражают смертные своей непомерной гордыней: живут миг, а ведут себя, словно вечные. — Вам дана