Редгрейн Лебовски - Беспокойная Анна

Разбираясь с вредной кофеваркой, которая угрожающе шипела и наливала кофе куда угодно, только не в чашку, Кай настолько погрузился в размышления, что не сразу и услышал Мейсона, который стоял на пороге кухни, скрестив руки на груди и опираясь на дверной косяк.

– Эй! – Посланник Купидона выразительно щелкнул пальцами, привлекая внимание друга. Я сегодня работаю в клубе «Стрекоза». Ничего особенного, конечно… Никакой большой и светлой любви до гроба, временные шуры-муры. Так вот, я говорил с Моррисом и он не прочь сегодня немного развлечься. Тебя я даже не спрашиваю… В десять минут седьмого мы заберем тебя из «Римми». Ты у нас хоть и Мрачный Жнец, но это совсем не значит, что ты должен коротать вечер в компании этой демонической стервы, лелея мечты о том, как в одни прекрасный день свернешь ей шею.

Улыбнувшись, Кай кивнул другу и произнес:

– А знаешь, я серьезно подумаю над тем, чью сторону принять в вашей с Петрой войне.

– Ошибаешься, – Мейсон склонил голову набок. – Ты всегда на моей стороне. Всегда.

– Ты в этом уверен?

– Абсолютно! – Посланник Купидона ехидно подмигнул. – А то ведь Барни может и с тобой поужинать.

Кай недовольно покачал головой.

– Готов поспорить, что отсутствие у меня груди слегка разочарует парнишку, но намного меньше чем то, что я не эльф восьмидесятого уровня.

Мейсон захохотал и хотел еще что-то сказать, но тут между ребятами вырисовалась Петра.

– Кто-то из вас забирал утреннюю почту? – Нетерпеливо поинтересовалась она. – Я оформила подписку на один ведьмовской журнал, он уже должен был прийти…

– Лично я об этом впервые слышу, – Кай осторожно протиснулся мимо нее в гостиную и остановился перед экраном телевизора, внимая очередному выпуску новостей. На лице Мейсона застыло выражение абсолютного непонимания и Петра, заприметив это, повернулась и направилась в сторону входной двери.

– Ай, не обращайте внимания… Сама заберу.

Но не успела девушка ступить за порог, как Мейсон догнал ее и со сверхзвуковой скоростью юркнул мимо. Громко топая и перескакивая через ступеньки, он помчался по лестнице вниз, к почтовым ящикам.

– Какого?.. – Петра удивленно взглянула на Кая, но тот лишь пожал плечами.

Минуты через две изрядно запыхавшийся Мейсон ввалился в квартиру с охапкой писем, рекламных листовок и небольшим свертком в плотной коричневой бумаге.

– Черт тебя побери, что ты делаешь? – Потребовала объяснений девушка, выхватывая из рук парня свою посылку.

– А на что это похоже? – Прохрипел тот в ответ, копаясь в корреспонденции. –Жду свое письмо из Хогвартса [6]. Ты ведь свое уже получила семь лет назад, не правда ли? Так что, прочь с дороги!

Жестом фокусника выудив каталог с перечнем разнообразного хлама, вроде того, что настойчиво предлагают телемагазины, Мейсон небрежно метнул все остальное на журнальный столик и развалился на диване.

– А почему у нас нет такой швабры? – С напускным удивлением спросил он, рассматривая изображение некой невероятной штуковины, больше похожей на изощренное орудие пыток, чем на инструмент для домашней уборки.

– Потому что мы не сумасшедшие, – ответила Петра, заглянув в каталог через спину парня. – Тем более, судя по цене, эта швабра должна уметь варить кофе, приносить завтрак в постель и обладать вмонтированной системой защиты, чтоб любой, кто ей воспользуется, смог почувствовать себя супергероем.

Мейсон решительно отверг утверждение Петры и они опять принялись за свое излюбленное занятие – спорить до посинения, выводя друг друга из себя. Кай вздохнул и попытался мысленно дистанцироваться от друзей. Внезапно его взгляд остановился на книге, одиноко лежавшей на столе рядом с компьютером. На темно-синей глянцевой обложке было вытеснено золотыми буквами: «Ханс Кристиан Андерсен. Сказки» [7]. В памяти всплыло лицо Грейс, причем так неожиданно, что парень едва не поперхнулся горячим кофе.  Поставив чашку в сторону, он прикоснулся к книге, аккуратно повторяя пальцами контуры буквы «К». 

Кай не читал сказки смертных. Вернее, когда-то в детстве ему их читала мама, но когда в 1805 году он пошел в школу, то перестал интересоваться сказками. А когда в свои двадцать лет Кай умер и стал одним из Жнецов Смерти, то у него уже не было ни времени, ни желания, ни необходимости в этом. И хотя, в общем, времени у него было предостаточно, он фактически забыл о существовании таких вещей. Ровно до сегодняшнего утра, когда Грейс Уотсон так беззаботно вручила ему это напоминание в красочном твердом переплете.  

Взглянув на часы, он отдернул руку от книги и поспешил оставить друзей выяснять свои отношения наедине, пока они не втянули его в это действо. Ему нужно было еще принять душ, перед тем как отправиться в участок к детективу Ласло и забиться в каком-то пыльном уголке полицейского архива.

Стараясь не привлекать внимание Петры, которая, прибегнув к своим сверхъестественным способностям, подвесила Мейсона в воздухе вниз головой, Кай проскользнул в свою комнату.

Анна все утро вела себя подозрительно тихо. Она почти полностью растворилась в стене, за исключением лица, которое выступало над поверхностью как жуткий элемент декора. Ее глаза были плотно закрыты, и на появление Кая она никак не отреагировала, что слегка настораживало. Обычно, как только он входил в комнату, она сразу же принималась доставать его, сыпала ядовитыми комментариями и неоднозначными намеками… Что же сейчас заставило демоницу вести себя так спокойно и делать вид, что она спит? Анна никогда не спала  и Кай это прекрасно знал. 

Отметив про себя, что надо будет попросить Петру проверить и подновить сдерживающую пентаграмму для пущей уверенности, что Анна никуда не ускользнет в ближайшее время, парень скрылся за дверью ванной комнаты. Подойдя к зеркалу, он некоторое время внимательно рассматривал свое отражение. За более чем двести лет он совсем не изменился: все те же четкие правильные черты лица, выразительные скулы, ровный прямой нос, слегка пухлые губы и, возможно, немного чрезмерная белизна кожи. Большие серые глаза слегка утратили обычную ясность взгляда, и сейчас в них четко читалась усталость и хроническое недосыпание.  Проведя рукой по густым темно-каштановым волосам, Кай вздохнул и уже собирался скрыть в душевой кабинке, но тут его собственное отражение в зеркале пошевелилось и улыбнулось ему. И от этой улыбки волосы на его руках встали дыбом.

*   *   *

– Ну как, что-то нашел? – Детектив Ласло с любопытством взглянул на Кая, когда тот вернулся в его кабинет из небольшой каморки, отведенной под архив.