Его невинная Алая - Виктория Скляр

образов. Слишком уж была яркая картинка, что даже кровь отлила от лица. И прилила к ногам, чтобы быстрее отсюда сбежать. Кровать стояла на толстых, резных ножках, украшенных блестящими камнями, что отражали солнечный свет из большого, кристально чистого окна.

Да уж, прислуга тут не прохлаждалась и времени зря не теряла.

У стены напротив кровати стоял длинный книжный стеллаж, и я даже обрадовалась такому подарку (книги всегда были моей слабостью!), однако стоило мне прочитать названия этих произведений, как краска, только сошедшая с пылающих щек, вновь вернулась, заставляя отвести смущенный взгляд в сторону. Эти книги были лишь о плотских наслаждениях, о том, как правильно подготовить мужчину к сексу и тому, как себя вести в экстренных ситуациях.

Меня передернуло, и я демонстративно повернулась спиной к стеллажу, чувствуя отвращение от увиденного.

Ужас!

Экстренные ситуации?

Даже не хотела представлять себе подобные события!

Помимо кровати и книжных полок здесь также была дверь, что вела в просторную гардеробную с множеством вешалок, а также я заметила странный шкафчик с замком и вставленным в него золотым ключиком. Он так и манил. Природное любопытство вязало верх над приземленной разумностью, и вот мои пальцы уже два раза провернули ключ, открывая замок. Ящик как по волшебству отодвинулся, и я горько пожалела о содеянном.

— А-а-а-а! — испуганно воскликнула я, отпрыгивая и закрывая с грохотом дверь гардеробной за собой. Перед глазами застыли игрушки, от которых меня замутило, ведь их облик был слишком… реалистичным, особенно кляпы и плетки, что казались мне просто дикостью. — В какой публичный дом я попала? — прошептала я упавшим голосом, зарываясь трясущимися пальцами в волосы и нервно сглатывая.

Садясь на прохладный каменный пол, я открыла свой сундук и достала сменную одежду. После увиденного и услышанного, мне срочно нужно было принять теплый душ. Нужно было смыть с себя все омерзение, что скопилось в душе и на теле. Хотелось покинуть это пугающее, чуждое мне как морально, так и физически место, этот мир. И лишь понимание, что если сбегу, то подведу не столько себя, сколько своего отца, заставило меня стиснуть зубы и думать над дальнейшими действиями.

Взяв собственное полотенце и сменные вещи, я направилась к единственной оставшейся двери, которая как я надеялась, вела именно в ванную, а не в извращенную игровую комнату. С опаской обхватил круглую ручку пальцами, провернула ее и резко открыла дверь, закрыв предварительно глаза.

Постояв так несколько долгих, томительных секунд, я открыла глаза и расслабленно выдохнула, чувствуя, как волнение немного меня отпустило.

Мне открылся вид на пусть и вычурное, но самое обычное помещение — в центре стояла мраморная белоснежная ванна, с золотыми кранами и на золотых ножках, дальше во всю стену было огромное зеркало и пахло здесь чем-то сладким и даже приятным.

Поняв, что никто на меня выпрыгивать с игрушками или плетками не собирался (проверила на всякий случай), я спокойно зашла внутрь и пустила воду в ванну. Нужно было смыть с себя волнение и тревоги.

Когда теплой воды стало достаточно, я быстро разделась, немного стесняясь и все еще опасаясь быть пойманной, как какой-то воришка в доме лорда. Осторожно, сначала засунув тонкую, изящную одну ногу в пену, я вскоре опустилась в воду полностью, чувствуя, как мыло уже начало делать свою работу — помогало расслабиться. Приятные мурашки пробежали по коже, заставляя прикрыть глаза от наслаждения. Смывая с себя грязь, пот и все увиденное, я словно отправилась в другое место, где не было ничего из Андрога. Я будто вернулась в свой мир, домой, или даже на свою любимую работу, где окружающие были скромными, спокойными и даже если и хотели с тобой переспать, то не показывали это столь очевидно.

И я настолько задумалась о смысле всего происходящего и вопроса, что волновал меня все это время, что даже не заметила, как в комнате появился еще кто-то.

— А ты красивая, — услышала я женский голос — приятный и бархатистый. И нервно дернувшись, я ушла под воду, глотая мыльную пену. Резко выплывая, сильно размахивая руками и цепляясь пальцами за бортики ванны, я начала громко кашлять, ощущая пенную жижу в своих легких, горле и глазах.

— Кто вы? — вспыхнула я уже скорее от злости, чем от смущения. Только сейчас заметила, что вся пена уже исчезла и вода была почти прозрачная. Я неловко прижала колени к груди, пытаясь хотя бы так скрыть свою наготу. Кончики моих ушей вспыхнули алым, а взгляд голубых глаз пытался прожечь дыру в груди незнакомой гостьи. — Как вы сюда попали? — требовательно спросила я, хмуро смотря на женщину исподлобья.

Я едва сдерживала свой демонический порыв истинного вредителя — то есть запустить в незнакомку огненным шаром.

— Меня зовут Жасита, Вторая и твоя мать, Джесси, — широко улыбнулась гостья и я прикусила нижнюю губу, пытаясь осмыслить эту ситуацию. А еще, чтобы не выругаться, как заправский моряк.

Впервые за свои восемнадцать лет я встретила ту, что подарила мне жизнь и бросила, как ненужный… мусор. И с радостью отметила для себя, что у меня с ней не было ничего общего. Кроме цвета глаз. И только!

Внутри меня задрожала детская обида, сжигая все на своем пути и заставляя мрачным взглядом посмотреть на амазху.

Женщина передо мной была статной и прекрасной — высокая и стройная красавица, с ухоженными, блестящими темными волосами, длинными острыми ногтями и белой, слишком пугающей улыбкой. Длинные локоны амазхи были распущены и сейчас каштановым водопадом, с вплетением золотых нитей ниспадали на покатые, худые плечи. У Жаситы были красивые, большие голубые глаза, что были слишком похожи на мои.

От амазхи так и разило властью, сексом и надменностью.

Мне даже захотелось проветрить комнату. И снова помыться.

Она не была похожа на мать, лишь на первоклассную стерву.

Особенно четко я это осознала, когда она откровенно начала пялиться на меня, снисходительно улыбаясь. Ее черное, шелковое платье смотрелось, как нельзя кстати, в этой дорогой ванной комнате. А вот я была здесь откровенно лишней.

— Только близкие могут звать меня Джесси, — строго произнесла я, глазами пытаясь отыскать свою одежду или хоть что-то, чтобы прикрыться.

Я чувствовала себя такой беззащитной и беспомощной, что все внутри предательски сжалось от этого чувства. Вновь захотелось вернуться. А еще испепелить ту, что вынудила меня прибыть в этот дикий мир обычным шантажом.

Лишь спустя несколько секунд я заметила, что вода в ванне начала нагреваться и это значило лишь одно — моя магия всеми силами хотела вырваться из тела. Демоны