Мама поневоле. Алмазный принц - Джулия Поздно

не этому учила, Гейли! — пожурила женщина Главу.

Гейлор Брейкс от происходящего только закатил глаза, но затем взял себя в руки, а заодно и меня (потому что я тотчас же почувствовала, как мужчина стиснул мою ладонь в своей).

— Что вы делаете? — я злобно прошипела, реагируя немного нервно на происходящее.

— Улыбайтесь, Дрю, — проговорил Глава и еще сильнее сжал пальцы моей руки.

Затем мужчина уверенной походкой потащил меня вверх по ступенькам, а я лишь следовала его примеру и так же безвольной куклой волокла за собой Витторию…

Маленькая смешная старушка куталась в теплую шаль, а затем, с интересом осмотрев нас с Витторией с ног до головы, выжидательно уставилась на…

И тут я немного засомневалась в ходе своих мыслей, потому что особого сходства не замечала между женщиной и мистером Брейксом.

И поэтому тоже ждала развязки этого милого безумства.

— Кто наша гостья и эта юная леди, Гейли? Порадуй свою старую тетушку, неужели я наконец-то дождалась?..

Чего она дождалась, я пока еще не понимала и напряженно следила, что же ответит Глава женщине.

— Да, тетушка Миранда, это она и есть. Моя невеста.

Вот тут у меня и отвисла челюсть. Едва справившись с эмоциями, я усиленно улыбалась и только кивала в подтверждение всему тому, что так виртуозно выдавал Гейлор Брейкс.

— Ну, а ты, деточка, кто такая? — склонилась старушка к Виттории, ущипнув дочку за нежную щечку.

— Дрю — вдова, а это ее дочка, — мужчина быстро опередил мою девочку, пока та усиленно во все глаза смотрела на старушку.

— Может, мы все-таки пройдем внутрь, — изрекла я наконец, найдя в себе силы увести наш маленький цирк подальше от посторонних глаз.

Мало ли кто мог нас услышать.

***

— Я как чувствовала, — затараторила милая старушка. — Испекла яблочный пирог, запекла твое любимое мясо, Гейли. Ты любишь пироги и мясо? — наклонилась женщина к Виттории.

— Я люблю свеклу, с сахаром и медом, — проговорила дочка.

— Свеклу? — посмотрела на меня в удивлении тетя мистера Брейкса.

Я не знала, чем объяснить подобную любовь. Потому что сама я бы никогда не стала есть свеклу, тем более с сахаром и медом.

— Детские забавы, — быстро проговорила, а затем добавила: — Леди…

— Ох ты же батюшки, — воскликнула женщина. — Нас так и не представили по всем правилам! Гейли, твое упущение.

Я на это лишь улыбнулась. Странно было видеть этого сурового мужчину в нравоучениях от такой забавной старушки.

— Дрю, дорогая! Прости мне мою оплошность, и ты, тетя, прости.  Леди Миранда Дулиттл, — указал жестом мужчина, и я присела с Виттой в приветственном реверансе перед женщиной. — Леди Беллор и Линда Беллор.

— Что вы, Дрю! Это совсем лишнее. Сейчас вы у меня дома, и моим самым дорогим и столь долгожданным гостям не следует впадать в излишнюю учтивость. Это не по-семейному.

— Совершенно верно, не по-семейному, — вторила я женщине, укоризненно посмотрев на мистера Брейкса.

Когда все условности были соблюдены и наше знакомство состоялось, Миранда пригласила нас к столу.

Женщина оказалась очень словоохотливой. За чаепитием она много спрашивала о нашей встрече с Гейлором, откуда мы с Виттой родом. Мне даже не пришлось ничего придумывать и говорить, потому что Глава успевал быстро давать ответы, причем весьма исчерпывающие, что тетушка Миранда иногда умолкала и погружалась в свои мысли.

Я только чувствовала сильную усталость, и мне очень хотелось спать. Виттория тоже позевывала. И это не укрылось от леди Дулиттл.

— Гейлор, ну что же ты сидишь? Они же очень устали. Милые мои, — ласково проговорила Миранда, — следуйте за мной.

И женщина, позвонив в маленький серебряный колокольчик, пригласила в столовую прислугу.

Когда мы стояли у крыльца, я предполагала, что в доме нам выделят всего лишь комнату, но вышло так, что леди Дулиттл отдала нам целый пустующий этаж на весь тот срок, что мы должны будем провести в Плайесване.

— Вы понимаете, что заварили такую кашу… что… — я призадумалась, какое же слово подобрать лучше, чтобы не оскорбить мистера Брейкса.

И совсем не заметила, как Виттория отпустила мою руку, решив осмотреться в нашем новом жилище.

— Вам ничего это не будет стоить! — настаивал мужчина, и стало очень обидно, даже не за себя, а за ту милую женщину, что так радушно нас с дочкой встретила.

— Но ваша тетушка? Вы подумали, что может стать с Мирандой, когда она узнает правду? Вы же разобьете ей сердце, а я… Мы должны рассказать правду, пока не поздно!

Я развернулась на каблуках и направилась к двери. Как только я прикоснулась пальцами к дверной ручке, услышала голос Виттории:

— Мамочка, камушки… как во сне.

Я увидела, что дочка стоит у окна. Она приоткрыла тяжелую портьеру и завороженно куда-то смотрела.

— Что ты там увидела, милая?  — обратилась я к Виттории.

— Там не может быть ничего интересного, и виды… — вмешался Глава.

Я подошла к Виттории и посмотрела в окно.

Огромная устрашающая воронка расположилась на окраине городка. Она спиралевидно закручивалась и опускалась на самую глубину.

— Что это такое? — я задала вопрос мистеру Брейксу.

— Кимберлитовая трубка, Дрю.

Я покачала головой. Мне совершенно это ни о чем не говорило.

— Камушки из сна, — еще раз повторила Виттория.

 

Глава 4

Я стояла на краю пропасти кимберлитовой трубки и задыхалась. Настолько было страшно смотреть вглубь нее.

— Виттория, ты уверена, что папа отсюда посылал тебе сигналы в твоем сне?

— Угу, — кивнула девочка, посильнее обхватив мою руку.

Мне мало верилось, что в этой воронке мог находиться живой человек. Беспросветная пугающая тьма вызывала лишь одно: жуткое и устрашающее чувство паники.

— Мы можем вернуться к Миранде, она как раз собиралась печь лимонные конвертики к ужину.

С самого утра леди Дулиттл настояла на совместном завтраке. Женщина отнеслась к нам с дочкой как к родным. Естественно, не без