Не открывай эту дверь (СИ) - Светлана Ворон

— Подходит. Правда, она не такая вкусная, — он усмехнулся, глянув на меня со значением, и я шокировано покачала головой. Гость тем временем опять посерьезнел: — Животных мы тоже истребили. В нашем мире нет диких зверей. Даже птиц всех переловили. Я слышу… — он указал вверх пальцем, — что у вас они все еще существуют.

Где-то в лесу заухала сова, и я кивнула, впервые несмело улыбнувшись.

— У нас с этим все в относительном порядке.

Шед нахмурился:

— С животными проще. Они быстрее размножаются и растут, производят гораздо больше крови. Коровьих ферм нам с лихвой хватает. И стоит такая кровь дешево. — Он одарил меня немного смущенной кривоватой ухмылкой. — Кровь человека самая дорогая, это деликатес. Мы редко себе ее позволяем, разве что по праздникам. Зато богачи ни в чем себе не отказывают, могут купить сколько угодно крови или даже открыть собственную ферму.

— Ясно, — опустила я глаза, не зная, как на такое реагировать. Трудно было представить. Теперь-то я поняла, что за бутыли стояли у Шеда на столе и полках, в погребе. Что было в том большом бокале. От отвращения меня затошнило.

— Мы давно не убиваем сами, — терпеливо напомнил вампир, заметив мою негативную реакцию. — Это категорически запрещено, есть закон. Воспроизводство крови строго регулируется. Уже три сотни лет мы существуем цивилизованно, так что бояться тебе нечего.

Взгляд его пугающих черных глаз выражал честность намерений и открытость. Но могла ли я всерьез рассчитывать на благоразумие вампира, попавшего из мира, в котором его веками во всем ограничивали, в другой мир, где соблюдать свои законы необязательно? Сколько пройдет времени, прежде чем он поймет это? Прежде чем устроит резню и приведет сюда своих голодных друзей?

Наша история не зря сохранила столько страшных легенд о вампирах, некогда охотившихся на людей и устраивающих кровавые пиршества. Что если все они прибыли к нам из параллельной вселенной, когда эта дверь еще не была закрытой? Что если я реально впустила в свой мир зло, и отсчет пошел? Отсчет до начала вампирского апокалипсиса…

— Ладно, — вздохнула я, веря в презумпцию невиновности любого живого существа. Пока Шеридан не совершил ничего плохого, я не стану считать его монстром. Да и был ли у меня теперь выбор? Вряд ли я сумею силой вернуть вампира домой, он ясно дал понять, что кочерга для него не проблема, а оружия помощнее у меня не было. А вот если смогу его разговорить, если сумею убедить в необходимости хранить тайну двери, то не только предотвращу опасность вторжения, но и, возможно, обрету союзника и друга. Не кнутом, но пряником? Так тому и быть.

— Может, пригласишь в гости? — предложил мой завораживающе-опасный посетитель, кивнув на ступеньки с приветливой улыбкой. — Там и продолжим разговор. Мне тоже интересно узнать все о тебе и твоем мире.

Понадобилось немало времени прежде, чем я прекратила трястись всякий раз, стоило вампиру пошевелиться. Его заверения, что он не собирается меня убивать, не очень-то помогали, я все равно напрягалась, если он подходил близко. Смотрела на него как на чудо света, не веря глазам. Впрочем, он смотрел на меня с тем же выражением.

Лишь спустя два часа я почувствовала себя в обществе Шеда немного спокойнее. Мы обменивались вопросами, узнавая о различиях наших миров, рассказывали о себе и своей жизни. Шед бродил по дому, изучая обстановку, но я все еще вздрагивала, когда он слишком резко перемещался с одного места в другое. Пока он не догадался, что меня это пугает, и не начал двигаться медленнее.

— У вас здесь все такое примитивное, — удивлялся он, озадаченно взяв в руки сломанное радио.

— Это дом моей бабушки, — напомнила я обиженно. — В городской квартире у меня есть все, что и у тебя — телевизор, компьютер и остальные блага цивилизации. Ну, может, не настолько навороченные, я не богата.

Я с осторожностью наблюдала, как Шед воспримет факт, что я была на его стороне, но он не выказал удивления. Видимо, догадался по дыре в стене.

— А в вашем мире совсем нет вампиров? — спросил вдруг Шед, и я улыбнулась, вспоминая сюжеты фильмов и книг.

— Только в романах и народных легендах. — Хотя теперь я не сомневалась, что любые мифы основаны на реальности.

— Я заметил: ты сразу поняла, о ком речь, когда я назвал себя, значит, знала о существовании моего рода хоть что-то, — его ясный взгляд устремился на меня, и я осознала, что мы думали об одном и том же.

— Вероятно, эта дверь не всегда была заперта, — озвучила я неприятное предположение.

— Не думаю, что нам о ней было известно, по крайней мере, точно не всем из нас, — выразил сомнение Шед. — Иначе… — он многозначительно поднял бровь, — ваш мир уже был бы под нашей властью.

Вся кровь отлила от моего лица после такого устрашающего заявления.

— Наверное, дверь была найдена случайно, и в последний раз ею пользовались очень давно, — Шеридан развил мысль, и я согласно кивнула. — Я купил этот дом два года назад и до сих пор ничего не знал о ней. Прежний владелец просто передал мне ключи. Если бы он представлял, что за ней сокрыто, ни за что не продал бы такое сокровище. До сегодняшнего дня я даже не догадывался, что дверь куда-то ведет.

— Я тоже понятия не имела, — признала я. — Вчера я открыла ее и за кирпичами оказалась просто земля, не было никакого прохода.

— И я открывал ее. Правда, не пытался разрушить стену — решил, что дверь висит для красоты. А вчера из-за нее вдруг раздались звуки. — Парень прищурился. — Это была ты?

Я смущенно кивнула, поежившись от воспоминаний о пережитом страхе.

— Да. Услышала ваши голоса, спустилась и… — я не договорила, что делала дальше, все и так было яснее ясного.

Мысленно я обдумывала возможность повернуть ситуацию вспять. Как мне уговорить вампира покинуть мой мир и сохранить тайну двери? Что я буду делать, если он откажется? Что ждет нас дальше? Мой мир теперь под угрозой вторжения кровожадных существ, и это моя вина. Даже если удастся загнать монстра обратно, никакая дверь не спасет, если он вернется с подмогой. Я очень живо теперь представляла кошмарное будущее, в котором пять миллиардов людей становятся донорами горстки кровопийц…

— А сколько всего вампиров? — поинтересовалась я мрачно.

— Не очень много. Четыреста тысяч с небольшим.

Ничего себе «не много», почти полмиллиона! Да они разнесут тут все за считанные недели, превратив свободный человеческий мир в огромную ферму рабов.

— И численность постоянно уменьшается.