Жена на одну ночь. Тариф семейный (СИ) - Рыба Ася

— Простите, а вы женаты? — подняла я голову, оторвавшись от бумаг

— Я? Нет, — покраснел блондин.

— Очень хорошо, — кивнула, снова вернувшись к чтению. - Это не брак, а добровольная каторга.

— Да как вы смеете? — вскипел Чарльз, подскочив с места. — Да я самый завидный жених империи!

— Ага, как же, — буркнула я. — Сядьте. Мне ваши истерики некогда лицезреть. Ведите себя достойно.

— Вы ведёте себя неподобающе, — проворчал блондин, вернувшись на диван. Не понимаю, что плохого в вековых устоях? Для любой женщины наивысшее счастье служить мужчине.

— А вы у женщин спросили? — перебила его я, сцепив руки в замок.

— Что? — опешил мужчина, беспомощно взглянув на коллегу.

— Вы слышали вопрос, — усмехнулась, продолжив буравить его взглядом.

— Кому придёт в голову, спрашивать о чём-то женщину? — возмутился он. — вы же двух слов связать не можете. Да и отстоять свою позицию не в состоянии.

— Совсем как вы сейчас, — хмыкнула я, перевернув страницу. — Так. А это ещё что такое?

— Что? — вытянул шею Ворон

— Почему на женский корпус выделяется в три раза меньше средств, чем на мужской?

— Так у парней больше потребностей, — пожал плечами брюнет.

— Что? — переспросила я, решив, что мне послышалось.

— Ну женщинам что нужно? Лист салата на завтрак, да ложка крупы на обед, —хмыкнул Ворон.

— А ужин? — заломила я бровь.

— Девицы не ужинают, — встрял довольный Чарльз. — Им нужно фигуру беречь, а то их замуж никто не возьмёт.

— я вас сейчас буду бить, — вздохнула я, приподнимаясь с дивана.

— Не имеете права! — взвизгнул Чарльз и рванул на выход, оставив напарника мне на растерзание.

— А что не так? — искренне удивился Ворон. — Всё же вроде верно. Их учат тому, что им пригодится в будущей жизни.

— Нет, их учат тому, что пригодится в будущей жизни вам! - не согласилась я. — Всё, что они должны - это угождать своим мужьям, которые ни во что их не ставят. Ещё и изменяют, обвинив потом в этом своих женщин. А с кем они изменяют? — замерла я.

— ЕСТЬ Те, КТО Живут свободно?

— молодые вдовы, — мечтательно улыбнулся Ворон. — Они практически свободны, если не осталось живых опекунов.

— А кто может стать опекуном?

— Отец, брат, ну или совершеннолетний сын, — перечислил брюнет — Если таковых не имеется, вдова становится свободной. Но только если она не носительница редкого дара. Тогда её могут выдать замуж по приказу короля.

— Так ведь женщина вправе сама выбрать себе мужа, — напомнила я.

— Так это только в первый раз, — развёл руками мужчина. — Не всегда же идти на поводу у женщин.

— Почему? — вздёрнув подбородок, уточнила я.

— Через несколько лет мы получим целый выводок таких, как вы! — каркнул он, недовольно поджав губы.

— По-моему, отличная перспектива, чтобы сбить спесь с таких, как вы, — парировала я.

Избавившись от Ворона, я спустилась вниз в приёмную, где сидела Венера.

— Ужин скоро будет — быстро отчиталась она.

— Лист салата и ложка крупы? — проворчала я.

— Только не для вас, — ответила девушка. — Для ректора всегда готовили особое меню.

— Как думаешь, куда он делся? — спросила, присев на диванчик у стены.

— Прежний ректор? — уточнила Венера. — Скорее всего, отправился к своему брату.

Он всегда хвастался, что его родственник стоит у власти, поэтому он может творить всё что угодно, не опасаясь последствий.

Да уж. Не зря сам этот мир спихнул с должности противного толстяка. Наверное, это был единственный способ, помочь этому месту стать лучше.

Глава 7

Оля

Первый день в академии был настолько богат на события, что мне казалось, что я вряд ли могу чему-то ещё удивиться. Да, я реально так думала, но лишь до той поры, пока мне не подали ужин.

Я не знаю, каким образом прежний ректор умудрялся съедать огромного гуся, миску каши, десяток тефтелей, плавающих в жирной подливе, а сверху трамбовать это тортиком со взбитыми сливками. Но теперь хоть понятно, почему он был таким огромным.

— Ого, — только и смогла, произнести я, глядя на всё это безобразие.

— Да, прежний ректор любил покушать, — с завистью вздохнула Венера.

— А ты чем ужинаешь? — уточнила я.

— Я? Ужин только для мужчин, — ответила девушка. — Ну и для вас, раз уж вы ректор.

— Так не пойдёт, — покачала я головой. — Много здесь женщин?

— Что? — нахмурилась Венера. — Женщин? Вы имеете в виду работниц?

— Да, — подтвердила я. — Есть неподалёку те, кого мы сможем угостить?

— Сейчас проверю, — просияла девушка, осознав, для чего мне понадобились работницы академии.

Минут пятнадцать спустя, к ректору на огонёк заглянули уже знакомые горничные, крохотная старушка-кладовщица, комендант женского корпуса и юная прачка, пробегавшая мимо и вовремя попавшаяся на глаза Венере.

— Это все, кого удалось поймать, — отрапортовала секретарь.

— Добрый вечер, дамы, — улыбнулась я. — Меня зовут Ольга, и я являюсь новым ректором этой академии.

— Шатана мне в штаны! — прошепелявила кладовщица, радостно захлопав в ладоши. — Ща пожрём! И пойдём свергать деканов! Чарльза беру на себя!

— Ох, бабушка Уга, — покачала головой Венера. — Шатан вам в штаны не нужен. Они кусаются. И свергать мы никого не будем. По крайней мере, не сегодня.

— Но если соберёмся, — перебила я, заметив, что старушка готова расплакаться, То Чарльза оставим вам. Честное слово.

Не хотела бы я оказаться на месте блондина, когда эта бабуля выйдет на тропу войны. Это ещё разобраться нужно, что она подразумевает под словом свергать.

— Рада познакомиться, — улыбнулась высокая, болезненно худая девушка, с тускло рыжими волосами и сероватыми губами. — Я Мидори - комендант женского корпуса.

Надеюсь, с вашим приходом, здесь всё поменяется в лучшую сторону.

— Не сомневайтесь, — сдержанно кивнула я. — Мидори, простите за вопрос, вы здоровы?

— да, - отмахнулась она, отведя взгляд. — Просто не привыкла пока к новомурежиму питания. Я здесь совсем недавно.

— И уже успела дойти до истощения? — не поверила я.

— Ну в подобных местах это быстро происходит — встряла бабушка Уга.

— А ваши мужья, они не видят, что вы недоедаете? — удивилась я, растерянно оглядев присутствующих — Им вас не жалко?

— Кто таких замуж возьмёт? — хихикнула молоденькая прачка. — Для неприкосновенных мы не годимся из-за наличия дара, а для мужчин не подходим из-за того, что силы слишком мало. Вот и приходится таким, как мы идти прислуживать в подобные академии. В других местах хоть кусок хлеба могут на ужин выдать, а здесь нет. Свято чтут свои традиции и соблюдают выдуманные правила.

— Хватит разговоров, — прервала я монолог девушки. — Приглашаю всех к столу.

Сегодня поужинаем здесь, а завтра я придумаю, где нам разместиться с большим комфортом.

Выходит мне повезло, что я попала в тело совершенно лишённое магии?

Пришлось бы мне также пытаться устроиться на работу, где у женщин никаких прав и в помине нет.

Я ожидала, что во время ужина девушки разговорятся и поведают мне про это необычное место. Но вместо этого они быстро поклевали свои порции и бережно завернув остатки, распрощались, пообещав вернуться завтра. Ну радует, что они снова придут и мне не придётся возвращать еду на кухню. Одно не понимаю, почему они так быстро сбежали?

— Венера, им что-то не понравилось?

— Что вы! — всплеснула руками девушка. — Они впервые за много месяцев смогли нормально поесть. Просто решили угостить, кого получится.

— Я не про то, что они забрали остатки, — отмахнулась я. — Нам они ни к чему. Я про то, что они убежали так быстро.

— Так, ведь для женщин существует комендантский час, — округлила глаза девушка.

— После заката нельзя выходить из своих комнат.

— А ты как доберёшься до своей спальни? — нахмурилась я

— Я живу в комнате в конце коридора, успею добежать.