Хорошей ведьмочки должно быть много - Нелли Видина

себе несколько листов, пробежал глазами.

— Что же, раз с основными вопросами разобрались, переходим к заключительной части слушания. Господин Ириас, капитаном Таргаром был предоставлен весьма длинный список мелких и весьма крупных проступков ваших подопечных. Свидетельские показания прилагаются. Желаете ознакомиться?

Всё-таки непонятно заседание проходит. Вроде бы и официоз из всех щелей, а с другой стороны, даже мне очевидно, что досконально протокол никто не соблюдает. «Желаете ознакомиться» — это как?! Разве суд не должен разобрать каждый проступок, определить степень вины? Такое впечатление, что решение уже принято, и судья старается покончить с формальностями как можно скорее. Трудно представить, чтобы что-то подобное происходило в большом городе, но здесь-то небольшой форт. Может, в этом всё дело?

— Возможно, позднее? — отказался Блез от предложения.

Судья кивнул:

— На основании того, что ваши подопечные регулярно нарушают общественный порядок, обвинитель требует лишить вас права опеки. Верно, капитан?

— Именно так.

— Господин Ириас, вы согласны?

Блез сжал кулак.

— Никак нет. Я признаю, что с моей стороны был недосмотр, но я прошу Магистерскую Юстицию проявить снисхождение, а также принять во внимание, что подопечные мои братья. Лишение меня права опеки — это разрушение нашей семьи.

— У присутствующих есть что добавить? — и, повернувшись к капитану, судья подчеркнул. — По делу.

Ответов не последовало.

Главный судья что-то чиркнул, и его коллеги вразнобой согласно кивнули.

Я облизала пересохшие губы. Свои проблемы как-то внезапно поблёкли. Не попаду домой вовремя? Так с голоду не умру. Работы лишусь? Это хуже, но тоже не смертельно. В конце концов, я мечтаю заниматься макраме. Кое-какие заказы у меня уже есть. Когда вернусь, будет повод развернуться на широкую ногу.

А вот Блез, близнецы…

— Суд готов пойти вам навстречу, господин Ириас. В конечном счёте существенного вреда причинено не было, а семья — это самое важное, что есть у человека. Суд постановил: до совершеннолетия или особого судебного решения постоянное ношение Вианом и Дианом Ириас частичных магических ограничителей обязательно. Ограничители могут быть сняты на время под вашим полным контролем, господин Ириас. Также суд постановил: если ваши подопечные, господин Ириас, применят какую бы то ни было магию без вашего контроля, права опеки вы сразу же лишаетесь. Возражения?

— Благодарю Магистерскую Юстицию, — торопливо поклонился Блез.

Я просто выдохнула.

Обошлось. Повезло с судьёй.

— Госпожа Белоусова, у вас, как у стороны особо пострадавшей, нет возражений?

Даже моё мнение учитывают?

— Ну!

Я обернулась и поразилась тому, с какой надеждой на меня смотрел капитан.

— Возражений нет, Магистерская Юстиция.

Кажется, у меня появился в форте первый враг. Быстро я…

Мы все вчетвером, Блез, мальчики и я, поклонились и, получив разрешение, покинули зал. Я шла, едва держась на ногах. Переволновалась. Я и правда в какой-то момент уверилась, что близнецов отошлют в приют. Блез захлопнул за нами дверь. Я быстро огляделась. В коридоре никого. Значит, можно прислониться к стене и хоть пару секунд просто постоять. Коленки дрожат.

— Госпожа, мне жаль…, — начал Блез.

Я вскинула руку.

— Потом. Пожалуйста, потом.

Он послушно замолчал, и до нас из-за двери долетели голоса.

Глава 7

Первыми сориентировались близнецы. Мальчишки без всякого стеснения метнулись к двери и вжались в деревянную поверхность. Блез хотел возмутиться, но я опередила — тоже прислонилась ухом к двери — и Блез, посмотрев на меня очень укоризненно, смолчал. Ха, а парень-то небезнадёжный.

И не надо мне рассказывать про то, что подслушивать нехорошо. Гадости затевать — вот что нехорошо. Спорим, капитан сейчас попытается оспорить решение? Не зря же он в зале остался. Ну, точно:

— Но почему?!

— Фойт, ты предвзят.

Ага, я была права: в форте все друг друга знают. Напыщенный официоз совершенно не вязался с какой-то даже… домашней атмосферой заседания.

— Моё требование совершено обоснованно!

— Хочешь сказать, что наше решение противоречит закону? — с заметным любопытством поинтересовался судья.

Капитан моментально пошёл на попятный:

— Нет, ты же знаешь. Но ты выбрал самый мягкий вариант. А можно было жёстче!

— Фойт, дураком не будь, — похоже, упорство капитана начало судье надоедать. — Вот честно скажи, если бы ритуал не близнецы Ириас провели, а оболтус Гиртан, ты бы тоже требовал отправить мальчишку в приют? Я по-человечески тебя понимаю. Ты не можешь простить им тех червей.

— Они с того раза их теперь каждый год мне на Праздник весны подбрасывают!

— Что?! — шёпотом поразился Блез.

Близнецы скорчили рожи, а я приложила палец к губам, показывая Блезу, чтобы помолчал и не мешал. Между прочим, в зале к самому интересному перешли!

— Сочувствую, — сказал судья без капли сочувствия. — Но давай всё-таки головой думать. Сколько у нас охотников на белой лицензии? Думаешь, Блез сможет нормально сражаться, если мы у него братьев отберём, ради которых он собственно старается? Блез, между прочим, один из лучших. Если не он, кого мы будем в рейды отправлять? Может, тебя?

Капитан выругался. Послышались шаги.

Виан или Диан схватил меня за руку, с силой дёрнул, и втроём мы опрометью метнулись к лестнице. Быть застигнутым за подслушиванием никто из нес не хотел. Блез только головой покачал. Нагнал он нас на первом же пролёте и тотчас был остановлен вторым близнецом, не тем, который тащил меня на буксире.

— Блез, ты знал, что всё обойдётся?

Нашли время и место отношения выяснять! Нельзя что ли до дома потерпеть?

— Нет, не знал, — Блез ответил так, что я сразу поверила — не врёт. — Мальчики, Виан, Диан, я надеюсь, вы осознали, что носить ограничители обязательно? И что следующий раз вас точно отправят в приют? Шутки кончились.

— Ограничители? — первый братик невинно округлил глаза. — Ты не сделаешь нам обманки?

Блез побледнел, покраснел.

— Нет!

Я вздрогнула. Мне показалось, что от его громового рыка вся башня магистрата содрогнулась. Я протянула руку и коснулась кончиками пальцев плеча взбешённого парня раньше, чем осознала своё движение.

— Простите, госпожа, — глухо попросил Блез.

Но не отстранился, позволил мне и дальше гладить себя по предплечью.

— Может быть, уйдём отсюда? — уточнила я.

Парень кивнул и предложил мне опереться на его локоть.

— Я рада, что обошлось, — улыбнулась я, когда мы вышли на улицу.

— Ненадолго, — мрачно возразил Блез.

Мда, и ведь не возразишь. Вот совершенно не похоже, что близнецы усвоили урок. Идут, улыбаются во всю ширь лиц, камешки встречные пинают, вдобавок ещё и насвистывают что-то незатейливое. Проще поверить, что они придумывают очередную пакость. И вот совсем не удивлюсь, если завтра-послезавтра жена капитана снова получит коробку червей.

Мы шли по вечернему форту, залитому ярким искусственным светом магических прожекторов. В