Мальчишник по-новогоднему - Екатерина Руслановна Кариди

то, что мою жену продали на невольничьем рынке?!

Густав-Фредерик резко дернулся, но овладел собой. Провел рукой по лбу и нервно усмехнулся:

— Но ведь ничего плохого не случилось, верно.

— А могло? — с тихой яростью спросил Николас.

— Нет, — твердо проговорил король. — С Анастейшей не могло ничего плохого случиться.

— Да! Кроме того, что после сегодняшнего мог рухнуть мой брак! — все больше распаляясь, проговорил Николас. — Ты понимаешь, что такое, потерять любимого человека? Ты хоть понимаешь, какому жестокому испытанию подверг нас? Это просто счастье, что мы оба…

Николас махнул рукой. И тут он заметил, что Густава Фредерика трясет мелкой дрожью.

— Ты… — Густав сглотнул, а потом заговорил сбиваясь. — Вы прошли его. А я не прошел. И я знаю, что такое потерять. И потерять навечно. Я думал… если кто-то сможет, то только ты.

Король смотрел на него затравленно, а кулаки сжимались, сейчас он уже не был тем вечно насмешливым заносчивым засранцем. Обычный мужчина, глубоко несчастный и потерянный. Нику внезапно стало жаль его. А тот подался к нему и проговорил:

— Прости.

— Ладно, забыто, — проворчал Николас. — У Анастейши просите прощения, ваше величество.

***

Боевые маги из его пятерки, а сейчас просто шикарные мужчины в черных смокингах, проводили шефа взглядом, а потом как-то разом заулыбались Анастейше.

— Ну, как прошел шопинг? — вежливо осведомился Анхель.

Анастейша прокашлялась и ответила, аккуратно прикрывая лицо ладонью:

— Да, спасибо, все было просто замечательно.

— Уммм… А мы э… — начал Петер. — Были в клубе. Но знаешь, там было ужасно скучно.

— Да, эти мальчишники, они такая обязаловка, но ничего не поделаешь, традиция.

— Ах, как я вам сочувствую, — протянула Анастейша, пряча улыбку.

— И кстати, Ник весь вечер от нас не отходил, — тут же вмешался Марко.

— Да? — спросила она. — А можно поподробнее?

Марко слегка напрягся и начал что-то говорить, но Анастейша его уже не слушала, она внимательно смотрела на Николаса и короля. И видела странное. Густав-Фредерик на себя не был похож. Не знай она, о чем Николас собирался с ним говорить, подумала бы, что у того какое-то горе. Она пыталась понять…

И вдруг поняла.

Та девушка. Она просила передать. Ее отчаянный взгляд, и это:

— Вы поймете сами.

Такой же отчаянный взгляд сейчас был у Густава-Фредерика.

«Ну, ваше величество», — подумала Анастейша. — «Погодите!»

Кивнула парням из «великолепной пятерки» и направилась прямиком к елке.

Глава 8

К тому моменту, когда Анастейша подошла и встала рядом с Николасом, король уже овладел собой. Провел рукой по лицу, стирая эмоции, усмехнулся.

— Рад видеть вас, мадмуазель Биглофф. Как вам понравился подарок?

Она искоса взглянула на него и проговорила:

— Спасибо, ваше величество.

А потом обернулась к жениху:

— Ник, ты не оставишь нас? Мне нужно сказать его величеству два слова.

— Хорошо, я буду рядом, — мрачно кивнул тот и отошел в сторону, где стояли его ребята.

***

Только он подошел, те его сразу же предупредили:

— Ник, мы тебя отмазали. Теперь она про твой приват никогда не узнает.

— Ага, ты все это время был с нами. Смотри не ляпни…

Он закатил глаза и закрыл лицо рукой, а плечи затряслись. Потом все-таки выдал, давясь от смеха:

— Парни, если раньше у нее еше были какие-то сомнения, то теперь она точно знает, что вы вруны.

— Что?!!

— Ну, знаешь! Это мы вруны?!

— Это ты шесть часов торчал в кабинете для привата!

— Что, интересно знать, ты там столько времени делал?!

— А вот этого парни, я вам никогда не скажу, — победно усмехнулся Ник и засунул руки в карманы.

***

Анастейша смотрела на жениха и даже отсюда могла догадаться, о чем тот говорит.

— Я хотел бы… — начал король.

Нет.

— Погодите, ваше величество, — сказала Анастейша, быстро поворачиваясь к нему.

Успеть раньше, чем он начнет извиняться или еще что-то такое говорить. Потому что уже больше не злилась. Густав-Фредерик замер, чуть наклонив голову, и нахмурился.

Ну вот, подумала она, теперь пора. Склонилась к нему, выразительно взглянула в глаза и шепнула:

— Меня просили передать…

Он вдруг весь как-то подобрался, вытянулся в струнку и затих. Даже, кажется, перестал дышать.

— Что вас ждут.

Секунду этот мужчина, похожий на льва, стоял недвижим. Только глаза сверкали, и множество чувств металось в них. Потом произнес едва слышно:

— Где? Там?

И такая дикая надежда во взгляде.

— Там, — кивнула Анастейша.

Он закрыл рот рукой, словно онемел, взгляд скользнул по залу…

В следующую секунду Густав Фредерик сорвался с места.

— Благодарю, Анастейша! Я Ваш должник!!!

Быстро пошел к главе Департамента Магии и оттянул его за руку в сторону:

— Мейнц, умоляю, прикрой меня! Мне надо вырваться!

— У меня, между прочим, сегодня в полдень венчание, если кое-кто забыл.

— Мейнц! Прошу тебя по-братски! Ты не представляешь, что это для меня. Это — мой второй шанс! Ник, я клянусь, потом — что хочешь.

— Ловлю на слове, ваше величество, — усмехнулся Николас Мейнц. — Ладно уж, идите, я прикрою.

Густав крепко сжал его руку и тут же направился к выходу из зала.

***

— Куда это его величество? — озадаченно спросил Марко, подойдя к Анстейше.

Только она собралась ответить, как в зале появилась Максин. Увидела, и сразу бросилась к ним. Глаза у Максин горели, рот до ушей.

— Какой был шопинг! Такого шопинга у меня еще не было в жизни! Я все взяла! Представляешь, ВСЕЕЕЕ!

А потом она вдруг уперла руки в бока, смерила подругу взглядом и выдала:

— И кстати, а где ТЫ была, Анастейша Биглофф?! Я тебя там точно не видела!

О-о…

— Я? Кх-кхмм, — прокашлялась Анастейша, видя, что у Марко глаза полезли на лоб. — Я… была на мальчишнике.