Проклятие за любовь (СИ) - Киселева Татьяна Васильевна

— Моя семья мисс Джулиана довольно обеспечена. И поэтому мы открыли на ваше имя счёт в банке и перевели туда некоторую сумму. Кроме этого, весь период обучения в академии вам будет выплачиваться дополнительная стипендия. Оплату за обучение также произвели за все семь лет. Деньги, что заплатили ваши родители, будут им возвращены.

Я смотрела на мужчину и узнавала и не узнавала его. Там в зале, передо мной стоял практически старик с серым землистым лицом. А тут красавец-мужчина в полном расцвете сил, максимум лет тридцать, на первый взгляд. С загорелого смуглого лица смотрели внимательные глаза жёлтого янтаря, под взглядом которых я теряюсь. Лицо гладкое и только в уголках глаз мелкие лучики-морщинки. Грива слегка рыжеватых волос собрана в хвост, вот только виски слегка серебрятся, намекая, то ли на пережитые испытания то ли всё же на возраст.

— Ну, зачем, не надо было — бормочу я, — ни к чему всё это. Я же не из-за денег.

Мужчина наклонился вперёд и взял меня за руки, — Джулиана, ты можешь обращаться ко мне при любом затруднении. И я и моя семья поможем тебе, если будет такая необходимость. Всем чем сможем. А деньги? Деньги, это ерунда по сравнению с тем, что ты сделала. Ты мне жизнь подарила! Ты ведь и зверя мне вернула, я на это даже не надеялся. Я твой должник Джулиана.

Ни тогда, ни позже, когда лежала в кровати и вспоминала эти события, я даже представить не могла, что мне действительно потребуется его помощь. И мне помогут. И сделают для меня всё возможное и даже больше. Но это произойдёт ещё не скоро.

А тогда мы, закончив угощаться кофе, вместе с Гордоном Фишем и мисс Самойловой отправились в банк. Там, кстати, выяснилось, что Фиш не только мне открыл счёт, но и моему куратору, так как посчитал нужным отблагодарить её за разрешение присутствовать на экзамене и за помощь при проведении операции. Я всё смотрела и не могла понять, как мужчина так быстро поправился. Только небольшая худоба напоминала о его болезни. Видя моё недоумение, Екатерина шепнула мне на ухо. — Регенерация. После оборота включилась повышенная регенерация, теперь необходим только отдых и усиленное питание и всё придёт в норму.

Когда мы вышли из банка. уже стемнело. А мой желудок весьма красноречиво дал понять, что ужин я, похоже, пропустила. Я покраснела, а Гордон улыбнулся и сказал, — Милые дамы разрешите пригласить вас на ужин, в качестве компенсации за отнятое у вас время. Тем более, насколько я понимаю на ужин вы опоздали.

— А приглашайте — сказала Екатерина. И мы пошли в ресторацию, где мистер Фиш попросил проводить нас в отдельный кабинет. Гордон заказал себе бараньи рёбрышки в чесночном соусе, а для нас с Екатериной рыбу с овощами. На десерт пирог с черникой, мороженое с земляникой и фруктовый компот.

Я сидела и молча ела, наблюдая, то за своими спутниками, которые оживленно разговаривали, то переводила взгляд на стену-иллюзион. Там то и дело менялись картины, то это был заснеженный лес, то потрясающие своим величием замки, а уже в следующее мгновение на ней распускались цветы невообразимой красоты. Поглядывать на своего куратора и мистера Фиша было не менее занятно. Я украдкой посматривала в их сторону и понимала, что эти двое, симпатизируют друг другу. После ужина Екатерина сказала, так как портальная площадка в кампусе уже не работает, то ночевать мы будем в городе. Я хотела ехать к родителям. Но преподаватель сказала, что из её квартиры до академии добираться будет ближе и предложила переночевать у неё.

Мистер Фиш поймал пролётку и проводил нас до дома, где была квартира у мисс Самойловой. В квартире куратора была всего одна комната и кухня. Екатерина извиняющимся голосом сказала, — Я практически всё время провожу в академии. У меня там тоже небольшая квартирка. Здесь бываю редко, но у меня в заморозке лежат кексы. Попьём чайку?

Я согласилась. Мы сходили с ней в душ. А потом сидели, забравшись с ногами на диван, пили чай и разговаривали. Оказалось, что Екатерина старше меня всего на 9 лет. Ей предложили преподавать сразу после окончания магистратуры, соблазнив возможностью заниматься исследованиями и бесплатной аспирантурой. Екатерина рассказала, что она русская и очень скучает по возможности говорить на родном языке, а я предложила ей научить говорить по-русски меня. Тем более что куратор сказала, что берёт меня под свою опеку и мы будем с ней развивать мою способность видеть болезни. Её очень интересует эта особенность моей магии. И мы даже попробовали выучить с ней первые слова на русском. И она смеялась до слёз, услышав от меня: — Спокуойной нотши!

С тех пор прошло уже почти шесть лет. С Екатериной мы дружим, не как куратор со студенткой, а как единомышленники. Она для меня словно старшая сестра, заботливая и любящая. Я довольно бегло говорю по-русски, по крайней мере, так утверждает Катя. Спросите, зачем мне нужен русский? Не знаю, он мне не нужен, мне просто хочется сделать приятное подруге. Да и забавно иногда бывает, когда мы переговариваемся на русском чтобы поделиться секретами, видеть недоумевающие взгляды. Русский язык в Чаронграде, диковинка.

С моим даром видеть и чувствовать болезнь, тоже всё прекрасно. Вдобавок я смогла развить свои навыки управлять даром огненной и водной стихии. Водной, причём в холодной её части. Я могу отращивать на кончиках своих пальцев огненные и ледяные лезвия, правда, одновременно на всех пальцах у меня это не получается и, конечно, что-то одно. Но мне и не надо на всех, я учусь делать лезвия как можно тоньше, чтобы можно было использовать их в ходе операции. Уже четыре года два дня в неделю, я подрабатываю в госпитале. И если вначале я работала там, как сестра милосердия, то последние два года я принимаю участие в осмотрах больных. И всё чаще мне доверяют проводить операции, правда, при обязательном присутствии лечащего врача.

В последнее время я в основном оперирую оборотней, кто-то подсаживает в них дрянь, которая глушит и пожирает их вторую сущность. Это практически идентично тому, моему первому случаю. Только сейчас эта зараза действует намного агрессивнее, и порой отчёт идёт уже не на годы, а на месяц или даже неделю. Если опоздать, то оборотень может потерять своего зверя навсегда.

Диана по-прежнему живёт со мной в комнате. Она осталась на ведовском факультете, ей неожиданно понравилось варить зелья и усиливать их магией. Она даже пытается создать свои рецепты, и её очень хвалят. С Артуром они обручились и планируют пожениться сразу после окончания магистратуры. Ребята окрепли и возмужали. Постоянные тренировки пошли им на пользу. И Генри стал намного серьёзнее, хотя тот ещё баламут! Рядом с ним всегда весело.

Только вот одно, но. Напрягают меня в последнее время его задумчивые взгляды, устремлённые на меня. Я думаю, что он в меня влюбился. Вот только моё сердце молчит. Я люблю его как брата, как друга. Но и только…

Как я и говорила, сейчас за нами зайдут парни. И мы пойдём в город праздновать в таверну «У дядюшки Джо» что на улице Ветреной. Экзамены позади. Ещё месяц практики и каникулы. У меня на них большие планы.

Дианка крутится перед зеркалом на ней лёгкое бирюзовое платье, этот цвет изумительно ей идёт. Глаза кажутся ярче, какого-то невероятного сине-зелёного цвета. Лиф выгодно обрисовывает девичью грудь, юбка клёш начинается от груди и нежными волнами ложится вокруг умопомрачительных девичьих ножек, обутых в туфельки на небольшом каблучке. А когда Диана кружится, юбка взлетает невесомым облачком и только подъюбник из тончайшего ирландского кружева не позволяет рассмотреть Дианкино шикарное нижнее бельё. Диана заплела свои тёмно-русые волосы в какую-то замысловатую косу, выпустила у висков небольшие прядки, этакие завлекалочки. Выглядела она при этом очень нежно и романтично.

— Да хороша, хороша, — вздохнула я. Идти мне никуда не хотелось. Выложилась на экзаменах и на подработке по полной. И сейчас мне требовалось одно, лечь поскорее спать.

— Джу, не раскисай, ну почему ты до сих пор не одета? — спросила Ди.