Нечаянный отпуск - Алиса Абра

– Я сейчас уйду.

– Вперёд, попутного ветра!

– Где моя сумка? – Кат оглядела комнату.

– Там, где ты её вчера бросила, только вряд ли она тебя дожидается! – хмыкнул Ланц.

– Чёрт, чёрт, а гитара? – девушка в панике соскочила с кровати.

– Ты у меня спрашиваешь?!

– Где моя гитара?! – она не хотела рыдать, но слёзы сами покатились из глаз.

– Там же где и сумка, полагаю, – невозмутимо ответил он.

– Я же … я же осталась совсем без средств…

– Теперь прониклась своей участью? Нечего было ночью болтаться по городу.

– Но Мэт … ему стало плохо…, – в памяти всплыл корчившийся на асфальте парень. «Помогите»! – кричала она. Люди собирались вокруг, фотографировали, снимали видео на телефоны. Она, бросив свои вещи, пыталась напоить Мэта водой, но он закатывал глаза и хрипел. «Скорую надо вызвать», – сказала какая-то девушка и протянула ей телефон. «Я не умею, помогите»! Но девушка пожала плечами и ушла. Через толпу пробился Ланц, он подхватил тщедушного Мэта и понёс вниз по улице. Она не помнит, как добралась до дома. Это катастрофа, она зарабатывала на жизнь пением в переходах, а теперь у неё нет гитары.

– Как Мэт? – тихо спросила она.

– Да что с ним будет?! Дрыхнет, сволочь!

– Как ты можешь так говорить?! У него же рак!

– Какой рак? Очнись, девочка! Он наркоман, вчера спектакль устроил, чтобы кто-нибудь скорую вызвал, и ему дозу вкололи.

– Но как же,… он что, врал?

– Детка, а тебе не кажется, что у тебя проблема похуже, чем твоё неумение читать. Ты зарылась в свои переживания по этому поводу и совершенно не видишь, что творится вокруг. Как ты думаешь, где ты сейчас находишься?

– В квартире братьев Дан, – Кат с недоумением взглянула на собеседника.

– Ты в ночлежке, детка, и борделе по совместительству, – ухмыльнулся Ланц, – а они вовсе не братья. Неужели тебя ничего не смутило в этой квартире и в этих людях? Например, то, как они смотрели на тебя, когда ты решила сделать уборку, то в какой грязи они живут, или что верхний ящик кухонного стола доверху набит презервативами. Тебя это не смутило?

– Они были добры ко мне, – потупилась она.

– Они получают от меня деньги за каждую смазливую бродяжку.

– Как же… Ланц, ты ведь говорил…

– Ты всё ещё считаешь, что я Ланц? – усмехнулся парень.

– Ты разговариваешь… – она съехала по стене, села на корточки, натянув огромную футболку Ланца в которой спала, на коленки.

– Браво! Наконец-то дошло! Ланц глухой, он не может разговаривать, как все люди, он старается вообще не разговаривать.

– Вы с ним так похожи…

– Согласен, и я этим пользуюсь, а тебя даже обманывать не пришлось, сама всё придумала, я только подыграл чуть-чуть. Я знаю, что ты «запала» на Ланца.

– Но это ведь его комната?

– Нет, он живёт над косметическим салоном, где работает и оказывает секс услуги женщинам за хорошие деньги. Он шлюха, детка, и его это устаивает, а татуировки – это его дополнительный заработок. Он дорогая шлюха, тебе с ним ничего не светило. Ланц сразу после вашего знакомства сдал тебя мне.

– Причём здесь ты? Рон хозяин салона, он предложил мне переночевать в комнате Ланца.

– Рон хозяин? Это он тебе сказал? – усмехнулся парень. – Рон способен только пить, играть в карты и трахать всё, что мимо пробегает. Он с радостью проиграл мне этот салон ещё пару лет назад.

– Зачем?

– Салон был заложен несколько раз, да ещё махинации с налогами, ему тюрьма «светила».

– А тебе-то этот салон зачем?

– Там двадцать пять человек постоянно работает, да ещё люди на подработках. Куда их? На улицу? У нас и так ночлежек на всех не хватает. Я, в отличие от Рона, делом занимаюсь, с проблемами салона за несколько месяцев разобрался.

– Почему же он так…? А как же дочь?

– Какая дочь?!

– Маленькая кудрявая девочка Хайди.

– Чёрт! Опять эта курица ребёнка ему оставляла, говорил же ей, что Рону по пьяни всё равно кого трахать, мамашу или её ребёнка! Хайди – дочь его подружки.

– Какой ужас! Но за девочкой близнецы Тим и Лим присматривали.

– У них что, клиентов не было?

– ???

– Они шлюхи, им все равно с мужчинами или с женщинами, лишь бы платили. Ты сама видела, как я их вчера пинками в школу выгонял. Учиться не хотят, работать тоже, зато в койке готовы трудиться круглосуточно. Их мамаша дом продала и укатила с любовником, а парни на улице остались.

– А ты тогда кто?

– Я Кит!

– Не смешно.

– Почему? Я Кит, ты Кат, получается Кит-Кат! Так ведь, Хелен?

– Ты знаешь кто я?!

– Это все знают. Твои похождения часто на первые страницы газет попадают! Если бы ты умела читать…

– Я не НЕ умею, я не могу!

– Да, ладно, было бы желание, а научиться можно, есть специальные программы, я узнавал, но сейчас не об этом. Ты правильно делаешь, что никому не говоришь своего имени, поэтому до сих пор жива. Папашка твой объявил, что тебя похитили, а это очень хороший способ избавиться от дочурки, что подрывает его могучий авторитет. Ну что, маленькая шлюшка, сколько тебе заплатить, чтобы стать твоим первым клиентом?!

– Мне срочно нужно уходить отсюда, пока вас всех не поубивали. Мой папочка не церемонится с отбросами общества.

– Это ты сейчас о себе?

– Это я о его взгляде на окружающий мир.

– Тебе сейчас надо сидеть здесь и носа не высовывать. Ты с Мэтом вчера «засветилась», сегодня твои фото уже во всех газетах. Так что будь дома, а я схожу, посмотрю, что вокруг происходит.

– Где я? – спросила она и не узнала свой голос.

– В больничке, – ответил смутно знакомый крупный спортивный парень, руки которого были забиты татуировками.

– Что со мной? – голос не слушался.

– Пулю словила, дура, говорил тебе, дома сиди!

– Уходить тебе надо. Уезжай в другой город, а лучше в другую страну.

– Проблемка, мы с тобой в тюремной больничке.

– За что?

– За нападение на полицию, хотя это они на нас напали.

– Понятно, папочка постарался. И сколько нам дали?

– Два года, хотели больше, но доказательств не было.

– Давно я так лежу?

– Несколько месяцев, ранение оказалось тяжёлое.

– Какие ещё новости?

– Ещё мы поженились, надеюсь, ты не возражаешь?

– Зачем тебе это?

– Лучше здесь за тобой ухаживать, чем торчать в душной камере.

– А-а, тогда конечно…

– Кто вы? – спросила она, открыв глаза. Над ней склонился совсем не старый, но совершенно седой мужчина, впрочем, седина придавала ему определённый шарм.

– Я доктор Харвис, Том Харвис, – представился он. – Вы находитесь в моей клинике. Я провёл вам операцию по пересадке участка сердца. Это первая подобная операция…

– Надо же, как много интересного я пропустила. В прошлый раз я пришла в себя в тюрьме.

– Это вам приснилось! – рассмеялся обаятельный доктор. – Вас привезли родители, вы пострадали при похищении.

– Подумать только, сколько изменений в моей жизни, даже похитить успели, а я и не помню ничего, даже обидно.

– А вы молодец! Только пришли в себя и уже шутите! Ваши родители здесь, я позову их?

– Ну, если вы